?????? ????? ????????? ??????? ????? ???????? 72 by Z4LC6pQ

VIEWS: 70 PAGES: 106

									Источник: www.zrd.spb.ru

                   Сборник под редакцией
             О. ГУСЕВА, Р. ПЕРИНА
          Серия "ПОТЕРЯННЫЕ КЛЮЧИ"

       ТАЙНОЕ И ЯВНОЕ
                              В ИСТОРИИ:
                          ЭЗОТЕРИЧЕСКИХ НАУК
                               РЕЛИГИЙ
                            АНТРОПОЛОГИИ
                               ЕВГЕНИКИ
                             ЯЗЫКОЗНАНИЯ
                              ПОЛИТИКИ...

Санкт-Петербург
2003

СОДЕРЖАНИЕ

Р. Перин. Извлеченные из «тьмы» силы…........................3
Д. Кулаков. Бактериологическое оружие древности….....5
Г. Ровдин. Одежда с чужого плеча – опасна!….................9
В. Авдеев. Отпечатки пальцев как расовые признаки…13
С. Лурье. Антисемитизм в древнем мире….....................21
Н. Островский. Генеалогия зла….....................................80
Н. Поляков. «Евреев гнать в сторону противника…»…..84
Л. Тихомиров. О смысле войны….....................................91
А. де Бенуа. Загадка Гитлера…......................................103
Евгеника……....................................................................117
А. Элфорд. Загадка возникновения Homo sapiens…....127
О. Гусев. Всеясветная грамота…...................................153



                                                1
В августе 2003 г. в Туве прошел международный съезд шаманов. (СМИ, 17.08.03)

Герман сошел с ума. Он сидит в Обуховской больнице в 17-м нумере, не отвечает ни на
какие вопросы и бормочет необыкновенно скоро: «Тройка, семерка, туз! Тройка, семерка,
дама!…»
(А.С. Пушкин. Пиковая дама)

Не стоит перед именем «Чёрная магия» впадать в мистический ужас, т.к. именно в момент страха и
паники вы становитесь ее легкой добычей. Даже в наставлениях для черно-магических ведьм и
колдунов предупреждают об опасности воздействия на сильных людей с хорошо защищенным
подсознанием, чтобы не подорваться на собственной мине, т.к. “магический поток может вернуться
и ударить по Вашему подсознанию”. Биоэнергетическое подключение к объекту черно-магический
колдун или колдунья производят на эмоциональном уровне. В руководствах по черной магии
описываются методики и способы, как вызвать интерес к себе или довести общение до нужного
эмоционального уровня - от признания в любви до скандала. Должен отметить, что предлагаемы в
руководствах по черной магии психологические приемы достаточно профессиональны и
действенны. Если вы узнаете, что ваш знакомый или близкий человек занимается черной магией,
лучше прервать с ним общение, т.к. среди этой публики процентов 90 сумасшедших, не малая часть
из них сходит с ума в процессе увлечения черно-магическими практиками. Остальные 10%
действительно способны влиять в той или иной степени на других людей. Но ни в том, ни в другом
случае не стоит рисковать, дергая черта за хвост. Вспомним диалог кошки и Алисы из известной
сказки Льюиса Кэррола:

« - Ах, с этим ничего не поделаешь, - сказала кошка, - здесь все сошли с ума. Я сошла с ума, ты
сошла с ума.

- Откуда же ты знаешь, что я сошла с ума? - спросила Алиса.

- Ты должна быть такой, - сказала кошка, - иначе бы ты здесь не была».

Выдающийся представитель эзотеризма ХХ века Рене Генон, предрекавший неизбежную гибель
цивилизаций, лишенных традиций, предостерегал современное общество об опасности занятия
оккультизмом. Генон указывал на серьезный риск для душевного и физического здоровья профанов
в силу полного непонимания ими истоков и сути оккультизма. Современник Генона адепт магии
С.Тухолка указывал на глобальность магических связей в обществе и любой структуре: «Магическая
цепь образуется соединением людей связанных одной идеей и волей одного человека. …Все
общества, объединенные внутренней дисциплиной и единой волей являются магическими цепями, и
люди образуют эти цепи нисколько не подозревая, что они следуют законам магии.» (Тухолка С.
Оккультизм и магия. СПб., 1911).

Не в малой степени это относится и к черной магии, которая не всегда имела негативную окраску. В
своей первородной сути магия была призвана влиять на погоду и урожай, являла собой культ
плодородия. Сейчас это хорошо прослеживается на шаманизме Востока и Севера и колдунах
Африки, которые обычно занимаются погодой, урожаем и лечением заболевших животных и людей.
Черные мессы и черно-магические практики с весьма экзотическими и неординарными целями
породила западноевропейская цивилизация, заполняя возникший духовный вакуум и инстинктивную
тягу человека к мистическому. Почти все западноевропейские масонские ложи практиковали черно-
магические ритуалы. Не мало «учителей» и «пророков» с психическими отклонениями создавали
целые направления и школы, обращаясь к сатане и иным потусторонним представителям тьмы,
внося в свои ритуалы гомосексуализм, садомазохизм и иные сексуальные извращения. Делая ставку
на пороки и патологию, «божки» никогда не оставались без уверовавших и последователей.

Практикующие черную магию очень скрытные люди. Поэтому обратите внимание на предметы,
которые окружают человека, на странные рисунки и надписи, амулеты, талисманы, кристаллы,

                                                 2
ножи, запахи трав. Часто на драгоценностях и украшениях в рунических письменах выгравировано
колдовское имя, символ, обозначающий ранг в шабаше. (Прошу не путать людей, занимающихся
фольклором и изучением древней истории, а также исповедующих дохристианское мировоззрение, с
людьми, практикующими черную магию).

Я не знаю ни одного человека, который бы устроил свою жизнь счастливо, прибегнув к услугам
черной магии. Напротив, даже за временный успех, приходилось вскоре расплачиваться большими
потерями. Соприкасаясь с потусторонним миром, человек блуждает в полных потёмках и
извлеченные из «тьмы» силы могут оказаться слугами двух хозяев. Тем боле опасно прикасаться к
неведомому ради эксперимента или игры.

Роман ПЕРИН
БАКТЕРИОЛОГИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ ДРЕВНОСТИ
Говорят, что история это цепь, состоящая из тайн и загадок. И одна из таких тайн - это тайна
принятия христианства на Руси.

В самом деле: как такое могло получиться, что целая нация единым порывом вдруг предала
убеждения своих отцов, дедов и прадедов с тем, чтобы отдаться на милость пришлого бога из
Византии? Что тому могло быть причиной, как вообще подобное могло случиться?

Объяснений этому феноменальному маразму придумано множество, но все они звучат, мягко говоря,
наивно и неубедительно.

Разве можно, например, серьезно относится к заявлению, что христианство, якобы, точнее, мягче и
тоньше описывает мир, чем родное «язычество», и потому победило? Что оно - более
«прогрессивно»? Или что приход христианства - историческая неизбежность, вызванная
естественным ходом истории?

Смешно слышать подобные рассуждения, казалось бы, от умных образованных людей!

Но что же тогда? Должно же быть этому хоть какое-то разумное объяснение!

Из некоторых источников, описывающих те времена, известно, что одновременно с тем, как князь
Владимир вздумал «крестить» Русь, по славянским землям пошел невиданный до этого мор. Люди
вымирали целыми селениями, казалось, что наступает «конец света». В этой ужасающей обстановке
и появились христианские миссионеры из Византии.

«Ваши боги - лживы. Примите истинного бога, спасителя нашего Иисуса Христа, и тогда болезнь
обойдет вас стороной, ибо она - кара господня за то, что вы, мерзкие язычники, упорствуете в грехе
своего невежества!» - примерно так говорили они. И люди принимали Христа, надеясь выжить. И
странное дело: селения, принявшие христианство, болезнь действительно часто обходила стороной!
Разве можно найти более удачный пример для агитации? «Чудо!» - восклицали христиане.

Когда наука набрала силу, она стала скептически относиться к этой легенде, ибо микробы не имеют
привычки спрашивать вероисповедание у своих жертв. И странное поведение эпидемии стало
объясняться или простым совпадением, или элементарной выдумкой религиозных фанатиков.

А ЧТО ЕСЛИ БОЛЕЗНЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО «НЕ БРАЛА» ЛЮДЕЙ, ПРИНЯВШИХ
ХРИСТИАНСТВО? Что тогда? Возможно ли это, хотя бы чисто теоретически?

По описаниям та болезнь весьма похожа на обыкновенную черную оспу. О том, как защититься о
нее, сейчас знает каждый - надо сделать прививку. НО ЗНАЛИ ЛИ О НЕЙ ТОГДА?

                                                 3
Да, знали! О том, как можно защититься от оспы, было известно еще в Древнем Египте и Индии.

От египетских жрецов эту тайну узнали врачи Древней Греции, а от них - римляне. А Византия
считается наследницей Великой Римской империи. Более того, достоверно известно, что Византия
не раз использовала оспу в качестве бактериологического оружия. Не раз в метательные машины,
обстреливающие не желающий сдаваться вражеский город, закладывались останки умерших от оспы
людей - их специально держали в особых хранилищах. Выждав время, византийские «воины»
перелезали через вражеские стены и открывали ворота. Они не боясь заразиться и приступали к
грабежам в вымершем, в полном смысле этого слова, городе. Болезнь их не трогала; у них был
заранее привитый стойкий иммунитет.

Причина гибели населения вражеского города для рядовых солдат была часто неизвестна. Обычно
им объясняли, что это гнев «истинного» бога, покаравший отступников и пришедший на помощь
христианским «праведникам». В Библии есть несколько эпизодов, когда бог лично заступался за
«правых», и потому объяснение не казалось таким уж неправдоподобным, а только укрепляло веру.

Византия не была первой, применившей бактериологическое оружие. Принято считать, что
пионером в этой области был Китай. Китайцы для этой же цели использовали герметичные
фарфоровые сосуды. Пока сосуд цел, можно было не бояться заразить своих.

И только в Средние века, благодаря стараниям Святой Инквизиции, позорный способ ведения войны
был прекращен. Но прекратился он вовсе не по причине своей негуманности, а просто потому, что
были физически истреблены люди, ведавшие секрет прививки. Их обвиняли в колдовстве, в связях с
дьяволом и отправляли на костер.

Но, видимо, Инквизиция недостаточно постаралась, т.к. не следует забывать, что оспа сыграла
ключевую роль при колонизации и Северной, и Южной Америки. В считаные месяцы этой болезнью
были почти полностью истреблены империи Ацтеков, Инков и Майя. Разве сумели бы крохотные
отряды конквистадоров иначе справиться с многомиллионным населением? Да никогда! Тем не
менее, завоевание Америки многие историки рассматривают как величайшее из всех возможных
везений, без которого образование Нового Света было физически невозможным.

Но вот одна «странность» - пока тамошнее население позволяло себя безнаказанно убивать
испанским солдатам, болезнь молчала. Но стоило начаться восстанию, и начинался мор. Не кажутся
ли не случайными эти совпадения?

Документально известно, что среди «оборудования», доставленного миссионерами из-за океана,
были также «святые мощи» - останки почитаемых христианской церковью людей. Когда начинались
«неприятности», эти останки распаковывались, и у них просили помощи для борьбы с «презренными
язычниками». И помощь приходила в виде болезни и, как видно, весьма эффективная помощь.

Несколько лет назад в прессе промелькнуло сообщение о том, как ученые попытались выяснить, от
чего умер один из христианских святых, чьи останки до сих пор почитаемы католической церковью.
Вердикт был однозначным - оспа! Причем оспа, от которой и сейчас можно легко заразиться. Без
сомнения, было ЧТО попросить у «святых мощей» христианским священнослужителям!!!

Но вернемся на Русь, в конец Х века.

Не дает покоя мысль: а что если начавшаяся эпидемия была вовсе не случайна? Что византийцы
сами же вызывали ее, специально заражая наши территории? Ведь использовали же они эпидемии,
искусственно ими вызываемые, во время войн в самом центре Европы. Так что могло помешать им
сделать то же самое против презираемых ими каких-то славян-”язычников”? Ясно, что никакие
моральные соображения не могли им помешать сделать это!


                                               4
Из всего вышесказанного можно сделать точный вывод, что византийские миссионеры конечно же
знали о прививках как способе защиты от эпидемий. И под видом какого-нибудь христианского
обряда -”таинства” делали прививки согласившимся окреститься. Упорствующим же в «язычестве»
прививки, естественно, не делались, и они умирали сотнями тысяч. (Население Руси в годы
насильственной христианизации сократилось с 12 млн. человек до 5 млн. человек - Ред.)

Понятен лицемерный подтекст в словах византийских крестителей, что мор - «божия кара
непокорным».

По прошествии стольких лет правду об этом выяснить невозможно. Целенаправленными
исследованиями в русле этой версии никто не занимался. Во-первых, современным учёным она,
видимо, до сих пор не приходила на ум. Во-вторых, изложение истории России вплоть до 1917 г.
было под контролем цензуры (РГПЦ), которая не допустила бы подобный «компромат». Поэтому
убедительно достоверных доказательств как «за», так и «против», найти пока не представляется
возможным...

Но вывод каждый может сделать сам.

Денис КУЛАКОВ («Потаённое» №2/9, 1998)


ОДЕЖДА С ЧУЖОГО ПЛЕЧА - ОПАСНА!
Информация к размышлению (1).

Как-то был в комиссионном магазине и стал свидетелем такой сценки. Человек рассматривал куртку.
Вижу, по размеру вполне подходит, красивая и вроде бы не дорого. Он уже собрался было ее
покупать. С покупателем был его приятель, он и отсоветовал. Насколько я понял, главный его
аргумент состоял в том, что ничего не известно о предыдущем хозяине вещи. Похоже, что
покупатель в тот момент даже и не понял такой постановки вопроса. И все же его приятель, вполне
возможно, был прав.

Казалось бы в чем дело? Ведь это обычная, существующая с незапамятных времен практика -
передавать по наследству, дарить или отбирать и уж, конечно, торговать вещами (кстати, не только
одеждой), бывшими ранее в употреблении у других людей. Тем более это актуально в нынешней
экономической ситуации, когда для многих людей чуть ли не единственная возможность одеваться -
это приобретать одежду «с чужого плеча». Да и далеко не всегда дело только в экономии расходов.
Иногда все обстоит как раз наоборот. Огромное число антикварных магазинов и аукционов продают,
порой за большие деньги, уже бывшие в употреблении ювелирные украшения, красивые
безделушки, часы, предметы старины, различные личные предметы и вещи, принадлежащие ранее
другим, иногда знаменитым, но чаще всего неизвестным людям. Но всегда ли эти вещи
«нейтральны» по отношению к своему новому хозяину?

Оказывается, нет. Вещи способны накапливать и хранить информацию об их прежнем владельце.
Более того, они аккумулируют не только информацию, но и био-энергию, которая способна
«переходить по наследству». При этом количество энергии в значительной мере зависит от хозяина
вещи. Порой такая энергия накапливается спонтанно, но в некоторых случаях этим процессом
можно управлять.

Информация к размышлению (2).

Известный специалист-востоковед, художник и философ, наш соотечественник Н.К. Рерих в своих
очерках о странах Востока (он и его потомки проживали, а некоторые живут и теперь в Индии)
писал о деятельности одной магической секты в Тибете, именуемой «бон-по». На горных тропинках
                                               5
Тибета путники порой натыкаются на талисманы или просто внешне привлекательные предметы
(так называемые те-рафимы), например, серебряные монеты или ювелирные украшения, обычно
лежащие в куче каких-либо лоскутков материи, напоминающих связку лент, которые шаманы
привязывают к своей одежде и ритуальным палкам. Местные жители, несмотря на их бедность,
никогда к таким вещам даже не прикоснутся. Они знают, что это «вещи-ловушки», приготовленные
для «простаков» тибетскими колдунами «дуг-па». Тот, кто дотронется до этих предметов, будет
парализован содержащейся в них «отрицательной энергией» и вскоре погибнет от ее воздействий.
Иногда дуг-па «минируют» узенькие горные тропинки, проходящие рядом с обрывами, лохмотьями
ткани со смертоносным зарядом этой самой отрицательной энергии. Если путник не заметит эти
лохмотья и наступит на них, его тело словно пронизывает молния. Мощный заряд парализует
человека, он может потерять сознание и свалиться в пропасть. При этом в момент смерти в
пространство выделяется огромное количество жизненной энергии, которую тибетские колдуны
умеют подбирать...

Вернемся, однако, к одежде. Она может отдавать свою энергию новому хозяину постепенно. Идет
своеобразный взаимный обмен - к вещи от нового хозяина и наоборот. Если у человека появилась
бывшая в употреблении шапка и он вдруг стал лысеть, можно предположить, что ее прежний
обладатель имел проблемы с волосами. Положим, это еще как-то можно объяснить. Но в практике
встречаются и другие факты. Например, если у предыдущего хозяина болели почки, новый хозяин
почти наверняка через какое-то время это почувствует, и т.д. Есть специалисты, способные это
безошибочно определять и, более того, «лечить» старые вещи, «снимая» накопившуюся в них
отрицательную энергию. Итак, купленная вами бывшая в употреблении одежда, мебель или другие
вещи неожиданно принесут вам много хлопот... Но всегда ли только хлопот? Не менее интересным
представляется и обратный эффект: старые-вещи могут лечить! Это значит, что накопленная в них
теперь уже «положительная энергия» будет передаваться ее новому владельцу. Особый интерес для
людей пожилого возраста может представлять их собственная одежда того периода, когда они были
молоды и полны жизненных сил. Женская одежда периода беременности и кормления грудью -
также прекрасный источник такой энергии. Молодые, не выбрасывайте ее! Она вам может еще
пригодиться (случай с Моникой Левински здесь не в счет). А пожилым мужчинам, обеспокоенным
падением своей мужской энергии, не вредно иногда поносить белье своих сыновей.

Еще одна рекомендация. Если ваша кошка ожидает котят, старайтесь держаться поближе к ней. Не
торопитесь избавиться от котят. Помимо радости, которую приносят юные зверушки, имейте в виду,
что они щедро делятся с окружающими своей энергией молодости. То же относится и к растениям.

Информация к размышлению (3).

Известный русский мыслитель, искусствовед, писатель и историк С.С.Гейченко, «зацепивший» еще
период общения с царским двором и признанный им, был долгие годы хранителем дома-музея
А.С.Пушкина под Псковом (еще один «мощный источник» его поразительной жизненной энергии!).
Он умел устанавливать контакты не только с людьми и животными (у него жил ручной петух по
имени Педро), но и с растениями. Недалеко от дома до сих пор растет могучий дуб, израненный
осколками прошедшей здесь войны. Лет 50 назад дуб буквально на глазах погибал, но Гейченко
часами не только залечивал его раны, но и беседовал с ним, успокаивал, и все же сумел его
вылечить. Он этим очень гордился, потому что дуб помнил самого А.С.Пушкина.

И все же, как все это происходит? Автор этого очерка дружил с С.С.Гейченко и имел многочасовые
очень интересные беседы с С.Н.Рерихом, сыном Н.К.Рериха, будучи у него в гостях в Индии.
Святослав Николаевич, так же как и его отец, широко известный художник и философ, большой
патриот бывшего Советского Союза и России. В разговорах с ними фигурировали и описанные выше
темы. Конечно, автор не рассчитывал получить от них соответствующее «научное» объяснение
необычных явлений, о которых говорилось выше, но их убежденность выглядела исключительно
впечатляющей. Приходилось беседовать на эти темы и с нашими крупными учеными, академиками
АН СССР «старого поколения» и услышать много загадочного. Прямо скажем, сегодня существует

                                              6
много явлений, которым пока не найдено объяснения, включая так называемый американский
проект с субмариной «Наутилус». Слишком многое здесь переплелось. Разум и интуиция. Память.
Передача мыслей на расстояние. Биоэнергетические и информационные поля. Еще есть неизвестные
поля (на сегодня до конца не ясна, например, сущность гравитационных полей). Способность
человека мыслить и принимать решения; сам механизм человеческого мышления. Возможность
угадывать прошлое и предсказывать будущее. Общение с тем, кого именуют «Всевышним»; так
называемые «злые силы», способные на расстоянии наводить «порчу», и одновременно «добрые
силы», способные исцелять людей, в том числе и по фотографиям и портретам (колдуны «освоили»
теледоступ значительно раньше ученых). Колдовство, шаманство: все ли здесь наносное, или в этом
глубокая суть и исходная позиция для изучения до сих пор необъясненных явлений? Скорее, второе.

Еще одна проблема - условность различия между живой и неживой природой. Поверхность
предметов, даже таких «неживых», как камни, это мириады «естественных чипов» (элементарных
ячеек памяти и реализации логических операций), аккумулирующих информацию, а порой и
энергию окружающего мира. Научиться управлять процессами считывания этой информации,
извлечения накопленной этими предметами энергии - задача будущего. Но порой эти процессы идут
самопроизвольно, подобно тому, как существует так называемая «естественная радиоактивность».
Опыты фотосъемок с длительной экспозицией в местах со свежими геологическими разломами
грунта близ рек дают иногда удивительные результаты. Это изображения старинных объектов,
например, лодок, контуры каких-то существ, животных и строений. Еще одна загадка: недавно
одной солидной российской газетой опубликована информация о возможности и практике
фотографирования создаваемых человеческим воображением образов... Фотографирование мыслей!
Гигантский шаг в будущее или бред? От ответа на этот вопрос зависит очень многое.

Человек и окружающая его природа - взаимосвязанные части единого информационного
пространства, разобраться в котором шаг за шагом смогут лишь грядущие поколения. И притом
никогда до конца. И это несмотря на то, что у будущих исследователей, помимо новых интересных
идей, будут такие научные средства и инструменты, о которых мы сегодня и не мечтаем. Мы же
пока скромно зафиксируем такую задачу и сделаем предположение, что ломоносовский закон
«сохранения» распространяется и на информацию. Тысячу раз прав был М. Булгаков в романе
«Мастер и Маргарита», описывая следующую сцену. Помните, его герои посетовали о сожженной
книге. В ответ они услышали, что рукописи не исчезают, и книга прочитана. Окружающий нас мир
это, помимо всего прочего, еще и гигантская кладовая памяти обо всем, что уже было и где ничто не
забывается и не исчезает.

Г. РОВДИН, кандидат наук («Потаённое» в «ЗРД» №5/65, 1999)

ОТПЕЧАТКИ ПАЛЬЦЕВ
КАК РАСОВЫЕ ПРИЗНАКИ
Вот уже сто лет, как в представлении читателя всякое упоминание об отпечатках пальцев устойчиво
ассоциируется с криминалистикой. Но читателю почему-то «забывают» сказать, что различия в
дактилоскопических рисунках, из-за которых люди никогда не бывают похожи друг на друга, не
случайны, а подчинены жесткой логике Природы, создавшей разные народы и расы в различных
частях земли.

Самый конец XIX в., как известно, ознаменовался бурным расцветом естественных наук таких, как
антропология, биология, психология, на стыке которых с участием социологии и политологии
возникла РАСОВАЯ ТЕОРИЯ. Двоюродный брат Чарльза Дарвина, Френсис Гальтон, развивал в это
время прикладную часть расовой теории - ЕВГЕНИКУ - науку об улучшении человеческого рода.
Он, будучи талантливым математиком, разглядывал однажды плавно вьющиеся линии
дактилоскопических рисунков и увидел в них графическое изображение математических функций
расовых признаков, ибо к тому времени уже был накоплен некоторый фактический материал.

                                                7
В 1892 г. Гальтон впервые сопоставил пальцевые узоры различных расовых и этнических типов.
Именно с этого времени развитие дактилоскопии начинает развиваться в русле классической
расовой теории. Далее Гаррис Готорн Уайлдер, Гарольд Каммине и Чарльз Мидло вносят большой
вклад в развитие новой науки, которая получает название ЭТНИЧЕСКАЯ И РАСОВАЯ
ДЕРМАТОГЛИФИКА.

В России дерматоглифические исследования полным ходом начинаются только в советское время.
Поразительно, но факт, что именно в стране, взявшей на вооружение тезисы интернационализма,
расовые исследования получают официальное научное признание. Институт антропологии
Московского государственного университета организует многочисленные экспедиции в самые
различные уголки нашей страны. Крупнейшие советские антропологи А.И.Ярхо, В.П.Алексеев,
Г.Ф.Дебец создают теоретическую базу этнической и расовой дерматоглифики. М.В.Волоцкий,
Т.А.Трофимова, Н.Н.Чебоксаров совершенствуют методологическую базу исследований.

С самого начала дифференциация отпечатков пальцев начинает производиться на трех уровнях:
расовом, этническом и территориальном, - что сразу же говорит о точности метода и большом
потенциале его развития. Т.е. по отпечаткам пальцев человека устанавливают не только его расу,
национальность, но и географический регион, из которого он происходит. Гениальная догадка
Гальтона конца XIX в. к 30-м гг. века ХХ-го находит свое полное подтверждение при исследовании
сотен этнических групп в самых разных концах земли.




                                               8
              Завихрения       Петли         Дуги

 Эскимосы         72,2          26,9          0,8
  Японцы         45,16         52,76         1,81
   Евреи          42,7          53,0          4,2
 Итальянцы       36,46         58,44         4,72
  Русские        32,12          61,3         6,15
  Немцы           26,6         66,13         7,27
 Норвежцы        25,65         66,95          7,4

Причем потрясающей точности удается достичь на первых порах даже при относительной простоте
метода. Выделяют три основные типа попиллярных узоров: дуги, петли и завихрения. Все они
представлены на рисунках 1-5. А в таблице (так же представлена) изображены пропорции частоты
завихрений, петель и дуг у некоторых народов.

Ведущий немецкий специалист в этой области доктор Эрих Карл в статье «Отпечатки пальцев как
расовые признаки и передача их по наследству», опубликованной в журнале «Volk und Rasse» (N7,
1936), дает такое резюме многочисленным исследованиям:

«Представители желтой расы во главе с эскимосами имеют больше всего завихрений и меньше всего
дуг и петель. У европейцев соотношение противоположное: у них число дуг и петель увеличивается
за счет завихрений. Индейцы вплотную примыкают к азиатам, а айну занимают промежуточное
положение между желтыми и белыми. Евреи сильно отличаются от европейцев большим числом
завихрений и сравнительно небольшим числом дуг. Среди европейских народов больше дуг, и
меньше завихрений у северных европейцев, а у южных, наоборот, больше завихрений и меньше дуг.
Среди северных европейцев больше всего дуг и меньше всего завихрений у норвежцев: за ними
следуют немцы, англичане и русские».

Замечателен тот факт, что данная статья была опубликована в 1936 г., когда в Германии была
официально взята на вооружение расовая теория, а идеологическое противостояние с Советской
Россией, как «азиатской страной», было обозначено со всей решительностью. Однако данные
Э.Карла полностью совпадают с данными, приведенными П.С. Семеновским еще в 1927 г., что
может говорить лишь об одном: борьба идеологий не имеет никакого отношения к закономерностям
развития науки, а немецкая расовая статистика подтверждает советскую и не в пользу мифа
национал-социализма «об азиатских ордах большевиков».

Исследования продолжаются и в послевоенное время. Архив Института антропологии Московского
государственного университета увеличивается. Итогом этой кропотливой научной деятельности
стала фундаментальная работа Ганриэтты Леонидовны Хить «Дерматоглифика народов СССР» (М.,
“Наука”, 1983).

В рамках нашей статьи мы не будем пересказывать научную часть книги, всецело доверяя автору так
же, как и непогрешимости авторитета Института им.Н.Н.Миклухо-Маклая, который эту книгу
представлял. Акцентируем лишь наше внимание на выводах, ибо гражданское и научное мужество
Г.Л.Хить выразилось в них в полной мере.

Как было доказано американским биологом Артуром Дженсеном, расово-соматический облик
человека на 80% формируется его наследственностью, и только на 20% окружающей средой.

Отпечатки же пальцев и дерматоглифические рисунки ладоней и ступней вообще не подвержены
влиянию среды и являются абсолютным воплощением нашей расовой и этнической сущности,
передающейся из поколения в поколение генетически. Расово-этнические свойства выражены в них
в чистом виде, именно поэтому дермоглифический метод занимает особое положение как наиболее
достоверный.
                                               9
«Автор приходит к выводу, что признаки дерматоглифики, будучи неадаптивными, не
подверженными воздействию отбора и тем самым более стабильными по времени, более надежно
свидетельствуют о сохранении древних особенностей популяций, чем соматические. Вся система
признаков кожного рельефа подвержена жесткому генному контролю, который ограничивает
возможности варьирования каждого признака в строго определенных пределах и, более того, делает
соизмеримыми степени внутримежгруппового разнообразия признаков. Вследствие этого возникает
картина уникальной стабильности дерматоглифического комплекса. (...) Признаки кожного рельефа
сохраняются в виде контролирующих генных систем».

Далее Г.Л.Хить, обобщая данные полевых исследований этнических групп на территории СССР,
дает строго аргументированную отповедь евразийцам и прочим проводникам концепции смешения
русской крови с азиатской.

Миф о многонациональной стране и как следствие о расово-нечистом котле из разнохарактерных
элементов исчезает под воздействием самого точного дерматоглифического метода расовой
диагностики. Тезис о том, что большинство детей у нас происходит от смешаных семей, похож на
уловку незначительной части смешаного населения, которая желает перенести свои грехи на расово-
чистое большинство.

«Монголоиды и европеоиды СССР в целом на всех трех уровнях хорошо дифференцированы со
статистической точки зрения. Каждый уровень значимо отличается от всех остальных. При
объединении данных степень внутрирасовой дифференциации увеличивается, а значимость ее
возрастает до МАКСИМАЛЬНОГО ПОРОГА. Этнический уровень является наивысшим во
внутрирасовом масштабе и достигает 70% от величины уровня различий между большими расами.
Локальные расы гораздо более гомогенны, чем любые из рассмотренных таксонов».

Напомним еще раз, что под тремя уровнями подразумеваются деление по расовому, этническому и
территориальному признакам. Г.Л.Хить подчеркивает, что даже проживая в пределах одного
региона, представители разных рас и этнических групп не подверглись смешению. (В самом деле,
даже в конце XIX в. в России молодой человек, позволивший себе жениться на девушке иной
национальности, создавал себе массу проблем. Ситуация хорошо описана в романе М.Шолохова
«Тихий Дон» на примере деда Гр.Мелихова, который женился на турчанке, - прим. ред.)

Наконец, совершенно великолепны по своей убедительности и однозначности выводы о расовом
типе русских:

«В европейской части СССР представлены северная ветвь европеоидной расы и типы,
промежуточные между северными и южными европеоидами. Установлено, что русские однородны в
отношении кожного рельефа и являются носителями НАИБОЛЕЕ ЕВРОПЕОИДНОГО
КОМПЛЕКСА».

Миф о генетической панмиксии русских всего лишь ненаучная провокация даже не столько против
русских сколько против Белой расы вообще.

Наконец Г.Л.Хить подтверждает базовый постулат расовой теории о том, что любой исторически
значимый народ имеет расовую основу, в которой его расовые признаки выражены наиболее ярко.
Не абстрактные общественные законы влияют на историю, но именно расовые признаки, которые
несет в себе народ. Каждый исторически значимый народ имеет одну расовую основу, одно расовое
ядро, с помощью которого он диктует свои «правила игры» расовой периферии, т.е. расово-
нечистым помесям. Египет был создан египтянами, Великая римская империя -латинянами.
Китайское царство - китайцами. Российская империя - русскими. Таким образом, все разговоры о
мультинациональных культурах - всего лишь риторический прием, скрывающий элементарный
подлог.

                                              10
ИМПЕРИИ СОЗДАЮТ РАСОВО-ЧИСТЫЕ НАРОДЫ, А ПОМЕСИ ЭТИ ИМПЕРИИ
РАЗРУШАЮТ. Пионер расовой теории Жозеф Артюр де Гобино говорил: «Ничто не указывает на
то, что метисация создает высшие группы в социальной лестнице общества». Только расово-чистый
тип, гомогенного в своей основе народа, имеет желание и возможность выражать себя в
исторических формах, создавая свой тип государственности, свое религиозное мировидение, свой
культурно-цивилизованный тип.

«На уровне больших рас различия почти целиком должны определяться расовой основой.
Сопоставление дает сходную картину: сближение популяций европеоидной группы и заметную
удаленность от монголоидов. При этом расстояния между членами европеоидной группы регионов
меньше, чем между любыми из них и монголоидами. Следовательно, на уровне больших рас
различия между монголоидами и европеоидами полностью зависит от расовой основы».

Итак, все разговоры о гибельных с расово-биологической точки зрения последствиях монголо-
татарского ига - всего лишь вредоносный миф, не имеющий под собой никакой научной основы.

Вывод таков, РУССКИЕ - РАСОВО-ЧИСТАЯ В СВОЕЙ ОСНОВЕ, ГОМОГЕННАЯ,
ПРЕИМУЩЕСТВЕННО НОРДИЧЕСКАЯ ВЕТВЬ ЕВРОПЕОИДНОЙ РАСЫ. Самый точный на
сегодняшний день генетико-антропологический анализ на основе этнической и расовой
дерматоглифики дает совершенно конкретное определение проблемы. Все, кто думают иначе,
заблуждаются; все, кто говорят иначе, находятся в оппозиции к нам.

Те, кто не уверены в достоверности данной информации и считают позицию автора этих строк
слишком тенденциозной, могут обратиться к открытому официальному источнику (см.
Энциклопедия «Народы России», М.,1994), где в главе «Расовый состав населения СССР» сказано:

«По приблизительным подсчетам представители европеоидной расы составляют более 90%
населения страны и еще около 9% приходится на представителей форм смешанных между
европеоидами и монголоидами. Численность чистых монголоидов не превышает 1 млн. человек».

По официальным международным нормам ООН и ЮНЕСКО страна считается монорасовой в том
случае, если 66%, или две трети ее населения, принадлежат к одной расе. Поэтому когда
демократические обществоведы говорят о России как о многонациональной стране, нужно
добавлять: «Хотя многонациональная, но монорасовая!»

Базовая концепция расового ядра была сформулирована выдающимися немецкими расовыми
антропологами первой половины ХХ в.: Альфредом Плетцом, Вильгельмом Шальмайером, Огеном
Фишером, Фрицем Ленцем, Гансом Ф.К.Гюнтером, а также подтверждена данными ЭТНОГРАФИИ
И КУЛЬТУРНОЙ АНТРОПОЛОГИИ Рут Бенедикт и Бронислава Малиновского, БИОЛОГИИ
ПОВЕДЕНИЯ Конрада Лоренца и Иренауса Эйбл-Эйбесфельдта. Учение о расовой душе наиболее
полно развил Людвиг Фердинанд Клаусс (см. «ЗРД» N6/66, 1999 - ред.). Так что все разговоры о
многонациональных государствах и мультикультурных сообществах - блеф.

Даже этих обобщений было бы достаточно, чтобы причислить Г.Л. Хить к числу ведущих расовых
теоретиков современности, но ее научный темперамент и гражданское мужество не позволили ей
остановиться на полпути. В ее монографии содержатся уже совершенно шокирующие выводы, а
перспективы развития ее научного метода поистине не имеют границ.

«Значение данных дерматоглифики для решения проблем расо- и этногенеза в целом явно и
несправедливо недооценивается. В фундаментальных сводках расового состава земного шара этой
системе посвящаются обычно краткие и беглые обзоры с негативными выводами, касающимися
лишь нескольких признаков. Целью автора было показать, что кожные узоры при корректном
методическом подходе могут явиться неоценимым источником исторической и биологической

                                              11
информации. На громадном объеме материала обнаружено совпадение дифференциации групп и
расовых комплексов по признакам кожного рельефа и расовой соматологии. Можно без
преувеличения утверждать, что кожный рельеф человеческих рас и популяций - это запечатленная
история их формирования. Отсюда вытекает возможность реконструкции основных этапов
расообразования в масштабе всего человечества».

На сегодняшний день, по уверениям Г.Л.Хить, «библиографический список работ по
дерматоглифике включает несколько тысяч названий».

А теперь, уважаемый читатель, скажите, много ли Вы слышали о данной проблеме с учетом ее столь
фундаментальной проработки? Не трудно догадаться, что сокрытие данной информации от широких
кругов общественности - следствие умысла, имеющего определенный расовый контекст. Глобальное
управление человечеством осуществляется именно из-за массовой расово-биологической
безграмотности. «Кто информирован - тот вооружен», - гласит древнейшая поговорка.

В свете новейших открытий в области генетики возникает перспектива не только глобальной расово-
этнической идентификации человечества, в том числе и на региональном уровне, но и возможность
детального восстановления всей истории человечества на уровне рас, народов и регионов. Используя
уникальную неизменчивость кожного рисунка пальцев, его полную генетическую обусловленность,
можно сколь угодно далеко проникнуть в глубь исторического процесса, восстановить в деталях всю
антропологическую историю человечества. Возникновение любой популяции, племени, народа,
нации можно теперь проследить с первых периодов расообразования и до наших дней, причем в
масштабах всей планеты. Но что особенно важно, так это то, что процессы формирования расово-
этнических общностей теперь можно будет проследить в их взаимной связи друг с другом. Можно
будет понять, какая общность ассимилировала другую, какая, напротив, сама растворилась в других
племенах. Можно будет учесть все социальные и биологические силы, динамически
воздействовавшие на расовое ядро того или иного народа, причем как угодно глубоко во времени.

Биологические причины и следствия великих переселений народов, рождение культур, религий,
империй, а также их закат станут достоянием точных наук, и со всеми догматическими
спекуляциями на ниве мировой истории можно будет покончить раз и навсегда.

РАСОВО-ЭТНИЧЕСКИЙ ЧЕРТЕЖ любого государства, независимо от его древности и степени
изученности средствами археологии, можно будет воспроизвести с функциональной достоверностью
и технической точностью чертежа. На основе новых методов дерматоглифики можно будет заново, и
теперь уже окончательно, восстановить подлинную политическую, социальную и культурную
историю человечества. Возможно будет перечисление всех народов, что содействовали образованию
великих государств, и тех, что, напротив, принимали участие в их разрушении. Можно будет точно
узнать, как теперь называются потомки тех или иных древних племен. Всякая ложь и
фальсификация в межнациональных отношениях не будет иметь под собой никакой почвы.
Историзм как универсальный метод исторического исследования должен будет исчезнуть, а вот
РАСОВАЯ ИСТОРИОСОФИЯ И РЕВИЗИОНИЗМ имеют все основания пережить второе рождение.
Все культуротворящие народы и народы-паразиты будут обозначать, как элементы в периодической
таблице Менделеева. Место популяционной генетики в высших учебных заведениях займут
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕНЕТИКА И ПОПУЛЯЦИОННАЯ КАЗУИСТИКА. Точно также на основе
современной науки СОЦИОБИОЛОГИИ можно идентифицировать и высчитать народы-доноры и
народы-паразиты, и тогда самым естественным образом возникнут, например, такие науки, как
СОЦИАЛЬНАЯ ПАРАЗИТОЛОГИЯ, ЭВОЛЮЦИОННАЯ ПАРАЗИТОЛОГИЯ И
БИОЛОГИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ.

...Упомянутый выше немецкий расовый антрополог Фриц Ланц, размышляя о базовой концепции
расового ядра и о будущем дерматоглифики сказал:

«НИКТО НЕ МОЖЕТ ВЫЛЕЗТИ ИЗ СВОЕЙ КОЖИ ТАКЖЕ, КАК И ИЗ СВОЕЙ ДУШИ»

                                              12
Владимир АВДЕЕВ
(«За Русское Дело» №9/69, 1999. Публикуется в сокращении)
АНТИСЕМИТИЗМ В ДРЕВНЕМ МИРЕ

Попытки объяснения его в науке и его причины


Будут и суша и море наполнены вами повсюду,
Все ненавидеть вас будут за ваши привычки и нравы.
Еврейская Сивилла.
Пусть бы несущее ужас оружье Помпея и Тита
Не покоряло совсем нам Иудейской страны,
Вырвав из почвы, заразу по белому свету пустили,
И победитель с тех пор стонет под игом раба.
Рутилий Намациан.
Ага! Значит, неприятно, когда обзывают евреем!
Рар. Ох, Х, 124

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящая работа была задумана в 1914-1915 гг., когда русское еврейство больше всего страдало от
общественного антисемитизма, обострившегося вследствие новых наветов о роли евреев в
европейской войне. Всякого мыслящего и чувствующего человека должен был заинтересовать
вопрос о причинах этого исторического явления, крайне важного, хотя бы уже вследствие своей
многовековой давности. Для автора этой работы уже тогда было несомненно, что причина
антисемитизма лежит в самих евреях, иными словами, что антисемитизм - явление не случайное, что
оно коренится в разнице между всем духовным обликом еврея и нееврея.

Путем самонаблюдения (автор имеет счастье или несчастье быть, по общему мнению всех знающих
его, одним из типичнейших представителей еврейского племени во всех решительно отношениях) и
изучения окружающих мне удалось прийти к определенным взглядам по вопросу о причинах
антисемитизма. Когда я случайно наткнулся в это время на книгу Th. Reinach’a «Textes d’auteurs
grecs et romains relatifs au judaisme», я с удовольствием увидел, что данные эллинистической эпохи
подтверждают те выводы, которые я сделал, изучая современность; это дало мне повод приступить к
настоящей работе.

Работа обещала очень много, так как вместе со мной за эту же работу взялся мой покойный отец,
лучше моего научно вооруженный для нее и стоящий на диаметрально противоположной точке
зрения: еврейский вопрос - результат исторического недоразумения, еврейство существует потому,
что существует случайно появившийся в мире антисемитизм, и будет существовать, только пока он
существует. Возможность обмениваться мыслями по каждому вопросу с человеком, стоящим на
столь противоположной точке зрения, давало право надеяться, что работа выйдет вполне серьезной и
обоснованной.

К сожалению, уже в самом начале моих занятий отец погиб на своем медицинском посту,
заразившись неизлечимой болезнью. В то же время наступили события весны 1917 года, когда
казалось, что антисемитизм, а вместе с ним и весь еврейский вопрос, канул в вечность вместе с
другими призраками старого режима. Поэтому я забросил начатую работу, как я думал, на очень
долгое время.

Прошло 3-4 года, и мне пришлось, однако, к ней вернуться. Ход событий показал, что весенние
настроения 1917 года были пустой иллюзией, и блестяще подтвердил верность сделанных мною
                                                13
прежде выводов о причинах и происхождении антисемитизма: несмотря на полное отсутствие
официальных еврейских ограничений, антисемитизм вспыхнул с новой силой и достиг такого
расцвета, какого нельзя было и представить себе при старом режиме. В частности, он тяжело
отразился и на моей личной жизни. Понятно, что я должен был забросить все текущие научные
педагогические занятия и вернуться к оставленной работе.

Таким образом, настоящая работа - результат продолжительного размышления и исследований, и
потому, как бы ни были велики ее недостатки, ей, во всяком случае, не может быть поставлена в
вину компилятивность или простая регистрация чужих мнений. Моя точка зрения совершенно новая.

Действительно, чуть ли не каждый исследователь выдвинул особое объяснение происхождения
антисемитизма. Одни видят причину антисемитизма в том, что евреи - выше окружающей их среды
и потому вызывали зависть соседей, это - народ бескорыстных идеалистов и апостолов (М.
Фридлендер), другие, наоборот, в том, что евреи в нравственном отношении ниже окружающей их
среды - они корыстолюбивы и кровожадны (Ф. Штегелин), это - народ ростовщиков (В. Зомбарт);
для одних - все дело в том, что евреи проникнуты партикуляризмом, они отделяют себя китайской
стеной от окружающих (Э. Шюрер), другие, наоборот, видят историческую ошибку еврейства в том,
что оно слишком охотно проникалось чуждой культурой (И. Фрейденталь); одни пытаются делить
еврейство древности на два обособленных и враждующих между собой течения и считают, что
только одно из этих течений - узко-националистическое - породило антисемитизм (А. Бертолет),
другие, наоборот, видят в еврействе древности одну тесно сплоченную семью и объясняют
антисемитизм именно этой сплоченностью (Т. Моммзен); одни видят причину антисемитизма в
необыкновенном своеобразии и иррациональности еврейского национального характера,
представляющего собой тесное соединение крайних противоположностей (Эд. Мейер), другие,
наоборот, объясняют антисемитизм более или менее случайными причинами временного характера -
религиозными, экономическими, политическими и т. д. - и считают, что еврейского народа не
существует, а есть только граждане различных национальностей, исповедующие иудейскую религию
(Т. Рейнак).

Как я уже сказал, я определенно примыкаю к той группе ученых, которые, исходя хотя бы из одного
того, что везде, где только ни появляются евреи, вспыхивает и антисемитизм, делают вывод, что
антисемитизм возник не вследствие каких-либо временных или случайных причин, а вследствие тех
или иных свойств, постоянно соприсущих еврейскому народу. Поэтому необходимо отвергнуть
объяснение антисемитизма случайными экономическими, религиозными или политическими
конъюнктурами. Конечно, я располагаю доказательным материалом только для эпохи, входящей в
круг моих научных занятий - для античности. Но я а priori убежден, что в средние века дело обстояло
не иначе. Очень любопытна в этом отношении статья L. Canet в Revue des еtudes juives, 61 (1911) стр.
213 («La priеre pro iudaeis de la liturgie catholique romaine»). В католической церкви установлена в
Великую Пятницу молитва за церковь, за папу, за клир, за императора, за прихожан, за страдающих
(больных, голодных и т. д.), за евреев и за язычников.

Каждое отдельное молитвословие состоит из 1) вступления, начинающегося словами: «Помолимся
за... (oremus pro...), 2) коленопреклонения с молитвой про себя и 3) заключения. Одна из частей этой
молитвы представляет собою молитвословие за евреев («помолимся за вероломных евреев» - oremus
pro perfidis iudaeis), в этом молитвословии в отличие от всех прочих (включая даже молитвословие за
язычников), начиная с IX века, существеннейшая часть - коленопреклонение - опускается.

В церковной литературе это объясняется тем, что евреи, издеваясь над Христом, становились перед
ним на колени, поэтому христианам не подобает становиться на колени за евреев. Объяснение это -
заведомо произвольное и придуманное ad hoc: согласно Евангелию, над муками Христовыми
издевались не евреи, а римские солдаты.

Тщательно изучив церковную литературу, Канэ (стр. 210) приходит к выводу: «У всех авторов дело
сводится к тому, чтобы оправдать уже существующую практику, а не чтобы ее ввести впервые. По-

                                                14
видимому, эта практика установилась сама собой, и в ней нужно видеть проявление народного
антисемитизма. Доказательство этого мы имеем в заметке на полях сакраментария Ратольда (или С.
Васт и Корби): «в этом месте никто из нас (т. е. из членов католического клира) не должен
становиться на колени вследствие злобы и ярости народа».

Итак, именно народ не позволял становиться на колени... В том, что народные массы в Корби
отказывались становиться на колени, когда их призывали молиться за евреев, нет ничего
удивительного, таким образом, установился новый обычай. Духовенство только позаботилось о том,
чтобы самая молитва сохранилась и чтобы этот обычай был оправдан.

Из этого случайно выхваченного примера мы видим, что даже в этом случае, где легче всего было
бы свалить всю вину на пропаганду духовенства и объяснить все религиозными и экономическими
причинами (церковь, мол, была крупным ростовщиком, и антисемитизм вызывался стремлением
церкви устранить конкуренцию ростовщиков-евреев (Зомбарт), в действительности церковь только
послушно плелась в хвосте народного антисемитизма.

Постоянной причиной, вызывавшей антисемитизм, по нашему мнению, была та особенность
еврейского народа, вследствие которой он, не имея ни своей территории, ни своего языка, и будучи
разбросанным по всему миру, тем не менее (принимая живейшее участие в жизни новой родины и
отнюдь ни от кого не обособляясь) оставался национально-государственным организмом.

Действительно, всякого рода «конституции» и «законодательства» - только внешнее закрепление
ряда явлений чисто психологических социально-нравственных переживаний. А эти переживания
налицо у евреев не в меньшей, а в большей мере, чем у народов, обладающих своим языком и своей
территорией, эта особенность евреев, как мы увидим, удовлетворительно объясняется своеобразием
древней истории евреев.

Однако эта особенность осталась непонятой не только «хозяевами» евреев, но и учеными
исследователями из среды самого еврейства, воспитанными на правовых доктринах «хозяев». Если
Фрейденталь готов считать основой национальной самобытности - язык (см. ниже, ч. II, 1), если Р. Г.
Леви (Revue des еtudes juivеs, 62 (1911), 188) категорически заявляет, что нет еврейского народа, а
есть только граждане различных государств, исповедующие Моисеев закон («pas plus qu’il n’y a de
peuple catholique ni de peuple protestant, il n’y a de peuple juif»), то они уже в древности имеют
предшественников Филона (ниже, 115).

Точно также и для не-евреев этот факт остался непонятным: любопытно, что, напр., Блудау
характеризует чувство, связывающее евреев разных стран, как «земляческое» (landsmannschaftliche,
ниже стр. 56). А между тем те психологические переживания, которые налицо у каждого
нравственно здорового еврея и в которых часто он сам не отдает себе отчета, могут быть
охарактеризованы только как государственно-национальные.

В этом отношении показательно следующее. Во время европейской войны, когда, с одной стороны,
расцветали махровым цветом возникшие уже в средние века легенды о еврейском шпионаже,
сжигании евреями хлеба на корню, собирании золота в гробы для отправки неприятелю и т. д., а с
другой стороны, еврейская пресса («Восход») из кожи вон лезла, чтобы доказать несуществующий
патриотизм евреев и печатала портреты евреев - георгиевских кавалеров - в еврейской массе был
особенно популярен трогательный рассказ.

Во время панического бегства австрийцев в Карпатах какой-то еврей - унтер-офицер, грубый и
малограмотный человек, но неоднократно отличившийся и имевший георгиевские кресты, -
бросился в атаку одним из первых и, настигнув ближайшего австрийского солдата пронзил его
штыком. Несчастный успел только воскликнуть: «Шма, Исроэль!» (еврейская повседневная
молитва) и упал мертвым. С злополучным же героем произошла резкая перемена. Он забился в угол,
целых три дня ничего не ел и на четвертый день зарезался бритвой.

                                                15
Если мы вдумаемся в этот рассказ, то увидим, что психологические переживания унтер-офицера до и
после убийства соплеменника вполне однородны, разница лишь в том, что до убийства объектом его
национально-государственного чувства была Россия, а после убийства обнаружилось, что это
чувство было поверхностным, наносным, и что в душе унтер-офицера гораздо глубже сидело другое
национально-государственное чувство, объектом которого был еврейский народ.

Если эта работа над первоисточниками не столь тщательна и не имеет столь исчерпывающего
характера, как мне бы хотелось, то причина этого в невыносимой экономической и психологической
обстановке настоящего времени.

Моя научная специальность - история Греции, поэтому я был в состоянии самостоятельно изучать
только историю антисемитизма в эллинистически-римскую эпоху. Если мой труд озаглавлен
«Антисемитизм в древнем мире», то только потому, что данные об антисемитизме в предыдущие
эпохи настолько малочисленны, что не заслуживают рассмотрения в особой книге, а в моей книге
необходимы как параллель и введение.

Само собой разумеется, что памятники этой эпохи (главным образом, документы еврейской колонии
на Элефантине) не могли быть здесь подвергнуты самостоятельному разбору, я должен был
удовольствоваться только использованием разработанного уже в науке материала, и никакой
ответственности за то или иное понимание этих документов я поэтому не несу.

Для истории антисемитизма в древности имеется материал и литературный, и документальный, как
на греческом и латинском, так и на еврейском и арабском языках.

Литературные памятники на греческом и латинском языках были мною изучены наиболее
внимательно. Это, во-первых, произведения антисемитской литературы и отдельные антисемитские
выпады античных писателей. Все они собраны в книге Th. Reinach, Textes d’auteurs grecs et romains
relatifs au judaisme, Paris, 1895. (В Berliner Philologische Wochenschrift: 1895, стр. 985-989, Вилльрих
поместил придирчивую рецензию на эту книгу и дал длинный список пропущенных Рейнаком мест.

Я просмотрел эти места, но ничего интересного для моей темы не нашел. Во-вторых, это остатки
еврейской светской литературы, исторических работ и произведений изящной словесности. Это, в
первую голову, Филон и Иосиф Флавий, далее отрывки из утраченных трудов еврейско-
эллинистических историков, собранные в уже цитированной книге Freudenthal’я; отрывки из
трагедии Езекиеля лучше всего изданы L. M. Phillippson, Ezechiel und Philo, Berlin, 1830. В-третьих,
это греческая Библия, апокрифы и псевдоэпиграфы.

Сличение канонической части Септуагинты с еврейским подлинником и изучение умышленных
отступлений в переводе даст немало материала для нашей темы. К сожалению, такое сличение
сделано мною только для отдельных мест, я не располагал временем, чтобы провести его в полном
объеме. Септуагинту (каноническая часть и апокрифы) я использовал в издании С. de Tischendorf,
Vetus testamentum graece iuxta LXX interpretes, T. I et II Lipsiae 1880.

Сивиллины оракулы я изучал по изданию Rzach Oracula Sibyllina, Wien 1891. Пособием для изучения
апокрифов и псевдоэпиграфов мне служил двухтомный перевод со вступительными статьями,
изданный E. Kautzsch’eм.

Из документальных источников мне удалось заново выбрать и полностью использовать папирусы и
египетские надписи. Несколько хуже обстояло дело с внеегипетскими надписями. Из них мною
использованы те, на которые я нашел ссылки в литературе, и те, которые так или иначе
реферированы в европейских научных periodica. Конечно, было бы желательно просмотреть
полностью собрания греческих и латинских надписей и извлечь из них все, имеющее отношение к
нашему вопросу. Но это было бы равносильно составлению Corpus inscriptionum graecarum et

                                                   16
latinarum ad res iudaicas pertinentium, а для такой работы я, при нынешних условиях, конечно, не
располагал временем.

Еще хуже обстоит дело с литературными памятниками на еврейском и арамейском языках (Библия и
Талмуд). Вследствие весьма слабого знания еврейского языка, нужные для моей работы позднейшие
части Библии я принужден был изучать в образцовом немецком переводе E. Kautzsh’a и только в
особенно интересных, трудных или спорных местах я мог обращаться к подлиннику.

Но хуже всего обстояло дело с Талмудом. Пользоваться переводом я не считал себя вправе не только
потому, что не существует общепризнанного авторитетного перевода Талмуда, подобного
Kautzsh’евскому переводу Библии, но еще и вследствие обычно выдвигаемого антисемитами
обвинения, будто в переводах и последних изданиях Талмуда все наиболее «криминальные» места
выпущены.

Поэтому для привлечения к делу Талмуда необходима самостоятельная работа над талмудическим
текстом, что при моей нынешней подготовке совершенно невозможно. Если начатые мною ныне
занятия дадут мне надлежащую подготовку и если внешние условия не помешают этому, я возьмусь
за особую работу о Талмуде, как об источнике для истории антисемитизма в древности. Пока же я
приводил только те места Талмуда, которые уже освещены в литературе нашего вопроса со
ссылками на привлекших их ученых.

Что касается литературы вопроса, то и здесь имеются пробелы. Благодаря тому, что мне удалось
получить доступ к переданной ныне в Азиатский Музей Академии Наук библиотеке покойного ныне
проф. Хвольсона, литература вопроса до 1909-1910 гг. мною использована почти сполна. Хуже
обстояло дело с более новой литературой.

В Азиатском Музее имеются и были использованы книги по интересующим меня вопросам вплоть
до 1920 года, но подбор их далеко не полный и оставляет желать многого. Что же касается
библиотеки моей alma mater, Петроградского Университета, то, к глубочайшему моему прискорбию,
я лишен возможности ею пользоваться.

К сожалению, в моем труде читатель не найдет ссылок на русскую литературу вопроса. Сколько мне
известно, вся русская литература сводится к статье Н. Брюлловой «Антисемитизм в древности» в
«Еврейской энциклопедии» (изд. под ред. Л. Каценельсона и бар. Д. Г. Гинцбурга; II отд. - иудео-
эллинский - под ред. проф. Ф. Ф. Зелинского, том II, стр. 639-643). Эта статья представляет собою
краткий реферат ярко-антисемитской брошюры Stahelin’a, Der Antisemitismus des Altertums без
малейшей попытки критически разобраться в сообщаемых фактах.

Реферат сделан крайне небрежно: так, в труде Посидония Анамейского приближенные Антиоха VII
Сидета рассказывали этому царю о разоблачениях, сделанных Антиохом IV Епифаном в
иерусалимском храме; Брюллова, по-видимому, не поняла прочтенного у Штегелина и на ст. 641
приписывает эти разоблачения непосредственно Антиоху VII.

Далее, Штегелин говорит о мнимой еврейской монополии торговли папирусом в весьма осторожных
выражениях, слагая всю ответственность на Шлаттера. Брюллова говорит об этом давно
опровергнутом в науке (ниже, стр. 39) навете, как о непреложном факте. Единственное собственное
добавление Брюлловой: «в различных спекулятивных отраслях торговли и государственного
хозяйства евреи играют преобладающую роль» - представляет собою не основанное ни на каких
фактах дальнейшее развитие мыслей Штегелина. Ясно, что на эту статью было неуместно ссылаться
в научной работе.

Далее, как мне сообщили, на днях выходит в свет книга проф. Тюменева: «Евреи в древности и в
средние века», но к моменту сдачи моего труда в печать мне не удалось достать этой книги.


                                                 17
За отсутствием в типографии греческих и еврейских шрифтов мне пришлось все цитаты приводить в
латинской транскрипции.

В заключение считаю долгом выразить свою глубокую благодарность дорогому товарищу Петру
Викторовичу Ернштедту, хранителю Азиатского Музея Академии Наук, за его содействие в
разыскании научной литературы, за указания новейших научных трудов по интересующим меня
вопросам, за руководство в моих первых шагах по изучению древнееврейского языка и за сообщение
мне ряда весьма существенных для моей работы фактов (на стр. 34 читатель найдет сделанное им
ценное примечание).

Петроград, 15 февраля, 1922 г.
Соломон Лурье

ПРИЧИНЫ АНТИЧНОГО АНТИСЕМИТИЗМА

Общие замечания

Выше мы видели, что объяснять античный антисемитизм какими-либо временными, случайными
причинами или причинами, лежащими вне самих евреев, совершенно невозможно. Если везде, где
только ни появляются евреи, тотчас вспыхивает и антисемитизм (Mommsen, Rom. Gesch. V, 519), и
если антисемитизм есть совершенно «своеобразное явление», не имеющее никаких параллелей в
отношении греков и римлян к другим национальным группам (Wilcken, Zum alex. Antisemitismus,
783), то, очевидно, следует искать причину антисемитизма в самих евреях.

Это ясно для большинства ученых; но так как антисемитизм до сих пор остается злобой дня, боевым
вопросом, то вполне естественно, что такое объяснение антисемитизма получает оценочный
привкус; ученые не довольствуются констатированием того, что евреи в тех или иных отношениях
разнятся от всего остального древнего мира, но еще находят нужным объяснять антисемитизм тем,
что евреи либо много хуже, либо много лучше своих соседей.

Со взглядами первой группы мы уже отчасти встречались в первой части, отчасти мы выясним их
происхождение и опровергнем их ниже. Сейчас мы займемся взглядами второй группы. Такого рода
взгляды высказываются не только учеными-евреями (у которых они и понятны, и простительны), но
и учеными-христианами. Дело в том, что в еврействе эти люди видят предтечу христианства, а так
как для них преимущество христианского мира над «языческим» - одна из первых аксиом их
исторического миросозерцания, проникнутого верой в непрерывность нравственного прогресса, то
естественно, что и еврейство, содержащее в себе зародыш христианства, - куда «выше язычества».

Автор этой книги не видит никакого нравственного прогресса в переходе от так наз. «языческой»
эллинской религии к средневековому христианству и равным образом не видит тех нравственных
максимов, которые заключались бы в Библии, но не были бы уже достоянием эллинистической
культуры. Для него, так. обр., эта априорная предпосылка отпадает сама собой.

Однако такие взгляды нередко раздаются в науке. Ренан (Revue de deux Mondes, 1890, p. 801)
говорит: «Израилю не была предназначена (курсив мой) судьба обычной нации, прикрепленной к
своей земле; его удел был стать бродилом для всего мира. Рассеяние было одной из предпосылок его
истории; ему предназначено было исполнять свою главную миссию будучи рассеянным».

Еще дальше идет автор книги «Das Judentum in der vorchristlichen griechischen Welt» (Wien und
Leipzig, 1897) М. Фридлендер. Исходя из (конечно, далеко не беспристрастных) указаний еврейских
писателей древности, Филона и Иосифа Флавия, он приходит к выводу, что весь еврейский народ (не
только его идейные руководители, но и широкие средние круги) «поставил своей единственной
целью служить руководителем в нравственной жизни всему человечеству» (стр. 3-4), что
«единственным крупным промыслом, которым евреи диаспоры интенсивно занимались, было

                                               18
широко поставленное обучение и обращение язычников» (стр. 23), что «еврейская диаспора в
действительности представляла собою общину апостолов, чувствующую себя призванной стать
светочем народов, каким она и в самом деле стала» (стр. 23), что «презрение к богатству вообще
было основной характерной чертой еврейской диаспоры» (стр. 66) и т. д. И т. д. Точно так же и в
объяснении антисемитизма М. Фридлендер следует Иосифу Флавию (с. Ap. I. 125): антисемитизм
возник вследствие зависти язычников к успеху религиозной пропаганды и нравственным
совершенствам образцового во всех отношениях еврейского народа (стр. 6, 47).

Если пойти по стопам этих ученых, то еврейский народ - какое-то неслыханное и непонятное
исключение в истории мира. Другие народы ведут ожесточенную борьбу за существование, и в этой
борьбе закаляется их природа и вырабатывается национальный характер; евреи пренебрегли этой
борьбой за существование, ушли от мелочей жизни, «презрение к богатству вообще было их
основной чертой» и вместо этого, пользуясь выражением Ренана, всецело погружаются в исполнение
какой-то заранее предназначенной им исторической миссии, на вред себе и на благо окружающим.

Самое существование такого «народа апостолов» невероятно. Такой народ, живя среди людей с
ангельскими душами, конечно, поразил бы их своим примером и в короткий срок обратил бы их всех
в еврейство, живя же среди людей черствых сердцем, он, вследствие своей полной
неприспособленности к жизненной борьбе, был бы в короткий срок уничтожен. В действительности
не случилось ни того, ни другого. Вдобавок, такое представление никак не уживается с
историческими данными.

Несмотря на антисемитизм и нравственные гонения, евреи, как мы видели выше, прекрасно
преуспевали в практической жизни. Далее, не только пророки, праведники и ученые, но и
практические дельцы, думавшие прежде всего о том, как бы сколотить хорошее состояньице,
пользовались у евреев всеобщим почетом и уважением, если они соблюдали известный декорум,
известный минимум благотворительности и внешней религиозности. Так, крупный откупщик-
спекулянт Иосиф Тобиад «был очень популярен среди жителей Иерусалима за свое благочестие,
мудрость и справедливость» (Jos. Ant. XII, 4, 2).

Откуда же могло возникнуть такое представление о евреях древности? Источник его двоякий: во-
первых, подобные же замечания у писателей древности «языческих» и еврейских; во-вторых,
широко поставленная миссионерская деятельность античных евреев.

Начнем с указаний «языческих» писателей. Писатели конца IV и начала III века Феофраст (fr. 5 R),
Клеарх (fr. 7 R), Мегасфен (fr. 8 R) и другие (Diog. Laert. praef. 9; fr. 98 R) считали евреев не народом,
а философской сектой. Но это объясняется, конечно, не «апостольской миссией» евреев: в это время
ассимиляция в еврейской среде, как мы видели, еще только начиналась, и эти писатели попросту не
знали евреев.

Им было известно только, что это народ, живущий в большинстве на чужой территории и тем не
менее всюду с упорством исповедующий и проповедующий свою религию; а так как для античного
человека религия неразрывно связана с государством, то для него и религия, не втиснутая в рамки
определенного государства - не религия, а «философия», почему и евреи, с его точки зрения, не
национальная группа, а философская секта.

Столь же малоубедительны и панегирики эссенянам, которые мы находим у Плиния (fr. 150. 73 R) и
Солина (fr. 196. 9 R). Эссеняне - монашеский орден в Палестине, и, конечно, не они, а евреи
диаспоры давали представление о характерном облике еврея и были причиной тех или иных чувств к
ним соседей. Конечно, и у евреев, как и у всякого другого народа, были и достоинства, выгодно
отличавшие их (особенно в эпоху нравственного упадка эллинистического мира) от их соседей;
«таковы добродетели, признававшиеся даже врагами евреев: глубокая религиозность, строгое
повиновение закону, крайне скромные потребности, благотворительность, привязанность друг к
другу, презрение к смерти на войне, усердие к земледелию и ремеслам» (L. Friedlander, Darst. aus der

                                                   19
Sittengeschichte Roms. III, 515), но было бы невозможным парадоксом утверждать, что именно эти
достоинства и были причиной антисемитизма.

Наоборот, мы видим, что древние писатели умеют совместить уважение к этим достоинствам евреев
с самым ярким антисемитизмом; так, напр., Страбон (Georg. XVI, 35) воздает должное простоте и
возвышенности еврейского религиозного культа и в то же время относится к евреям крайне
враждебно за другие особенности их жизни и учения.

Еще менее убедительны указания еврейских писателей древности. Более всего с первого же взгляда
отличала евреев от окружающих их религия и ее внешняя обрядность. Подобно тому, как греческие
писатели старались представить себе эту религию как смесь безнравственности, кровожадности и
суеверия и этим объясняли себе антисемитизм, так и еврейские писатели склонны были видеть
причину антисемитизма в еврейской религии. Но так как евреям, естественно, их религия должна
была казаться лучшей и совершеннейшей, то понятно, что они считали себя апостолами,
мучениками за эту религию, и видели единственную причину антисемитизма в зависти соседей
(Joseph, s. Ap. I 25, Or. Sib. III 194 sq. et passim Sapientia Salomonis, passim).

Широко поставленная миссионерская деятельность евреев, не имеющая даже отдаленных
параллелей в истории других религий древности, стремление навербовать как можно больше новых
адептов еврейской религии, казалось, противоречили национально-религиозной замкнутости евреев
и заставляли видеть в них народ, ушедший от мира, народ апостолов. Это - главная причина
появления тех взглядов, о которых мы только что говорили.

Между тем, более близкое ознакомление с характером миссионерской деятельности евреев
древности ставит нас сразу же в тупик.

По справедливому мнению Бертолета (о. с. 322 слл.), для того, чтобы быть признанным евреем,
необходимо было соблюдать известный минимум еврейских религиозных обрядов, не имевших
прямой связи с нравственным усовершенствованием (такая связь устанавливается эллинистически-
еврейскими писателями только посредством символизации этих обрядов) и сохранявших лишь
национально-традиционное значение.

Конечно, нельзя указать точно, каков был этот минимум, так как внутри самого еврейства шла также
борьба между партикулярными и ассимиляционными элементами, и вольнодумная часть еврейства
сама не находила нужным соблюдать значительную часть установленных обрядов. Во всяком
случае, обрезание, соблюдение субботы, почитание иерусалимского храма, кое-какие правила
относительно пищи считались conditio sine qua non для еврея, а следовательно, и для всякого,
желающего вновь вступить в среду еврейства. «Или обрезание и связанный с ним полный переход в
еврейство, или же вы остаетесь совершенно вне их круга» (Бертолет, о. с. 329): «для прозелитов
является законом все то, что было законом для самих евреев» (ibid. 335).

Попытка М. Фридлендера (о. с. 56 слл.) открыть в еврействе религиозное течение, отрицающее и
обрезание, и иерусалимский храм, должна была быть признана неудачной: он, как мы увидим ниже,
опирается на еврейскую литературу, предназначенную для неевреев, и притом для таких неевреев,
которых вовсе не имеется в виду вовлечь в круг еврейства. Действительно, сам же он (на стр. 57
своей книги) указывает, что тот же Филон, который в своих трудах объясняет обрезание и субботу
как чисто символическое изображение определенных нравственных максимов, тем не менее для
нужд еврейского читателя находит нужным заметить: «Следует, однако, сурово порицать тех людей,
которые, уразумев истинный философский смысл старинных обрядов, священных в глазах народных
масс, перестают вследствие этого их соблюдать». (Philo de migr. Abr. ч. I 450 м., ср. доб. к стр. 91).

В глазах евреев всех толков «перейти в еврейство» и «сделать себе обрезание» синонимы.
Проникнутый эллинистической культурой еврей мог, так. обр., считать еврейские обряды сами по
себе безразличными для нравственного усовершенствования и видеть в них только символы; тем не

                                                 20
менее он требовал соблюдения их ввиду их «старинности», т. е. по национально-патриотическим
соображениям.

С другой стороны, евреи вели среди соседей широкую пропаганду своей религии (ср. напр. Hor. Sat.
I ч. 138 слл. цит. выше на стр. 23); при этом они пропагандировали чаще всего только нравственные
догмы еврейской религии, умышленно перетолковывая иносказательно-символически еврейские
обряды - иными словами, вели пропаганду, которая могла иметь и имела своим результатом лишь
появление большого числа лиц, приемлющих часть еврейского вероучения, а не присоединение к
еврейству больших групп эллинского общества (Bertholet, о. с. 302, 334. Bludau. о. с. 27, ср.
Mommsen, о. с. V, 492).

М. Фридлендер справедливо заметил, что Филон вовсе не хочет «наложить на язычников бремя
еврейского закона, он представляет им еврейское учение как благо, доступное для разума и
легкодостижимое» (о. с. 70). Такова же и тенденция еврейской Сивиллы (тот же автор, стр. 57 слл.);
М. Фридлендер ошибается лишь в том, что видит здесь взгляды одной из партий внутри еврейства,
тогда как в действительности мы имеем здесь, если можно так выразиться, товар, предназначенный
лишь для внешнего употребления.

Еще более любопытна книга, вышедшая в свет под именем (по-видимому, египетского жреца)
Артапана. Несмотря на то, что самой сущностью еврейской религиозной пропаганды является
проповедь монотеизма и борьба с многобожием, автор этой книги, как мы видели выше (стр. 24-25),
приписывает Моисею изобретение языческой религии, отождествляет Моисея с греческим богом
Гермесом (и, по-видимому, египетским богом Тотом), приписывает ему не только постройку
языческих храмов, но и «верх языческой мерзости» - культ священных животных. А между тем
автор этой книги настроен ярко националистически и его цель - снискать как можно больше
поклонников еврейству.

Конечно, и это - товар, предназначенный исключительно для экспорта, но какой толк в вербовке
поклонников еврейства, не усвоивших себе даже основной сущности этой религии - единобожия?

Получается, таким образом, непонятное противоречие, на которое указал уже Шюрер (о. с. III, 162).
Для устранения его Бертолет и Штегелин так же, как и М. Фридлендер, прибегают к допущению
существования двух резко враждебных партий в еврействе, с тою лишь разницей, что в то время,
как, по мнению М. Фридлендера, вольнодумная партия, не признающая обрезания и храма, задавала
тон еврейскому общественному мнению диаспоры, с точки зрения этих ученых эта
универсалистическая партия составляла жалкое меньшинство (Bertholet, о. с. 318) и не играла, по-
видимому, самостоятельной роли в еврействе: все ее значение сводится лишь к тому, что из ее недр
вышло христианство, и что она вынуждала к известным уступкам универсализму господствующую
партикуляристическую партию.

Существование этих двух партий Бертолет доказывает на следующем примере (о. с. 316). Царь
Адиабены, Изат, настолько проникся нравственной высотой еврейской религии, что хочет
подвергнуться обрезанию и стать евреем всецело. Но, как сообщает Иосиф Флавий, от которого мы
узнаем об этом случае (Ant. XX, 2, 5), религиозный наставник Изата еврей Ананий из страха, что
обрезание царя может навлечь на него как на виновника гнев народный, уговаривает царя не делать
этого. Он пытается внушить ему, что Бога можно чтить и без обрезания - необходимо только
тщательно соблюдать еврейские законы. Это - много важнее обрезания. Одним ничтожным
меньшинством, мнение которого может быть вовсе не принимаемо во внимание.

Однако, если считать течение, ведшее пропаганду за принятие только нравственной части
еврейского закона, столь мало влиятельным, то останется непонятным появление весьма
многочисленной категории не-евреев, принявших отчасти еврейский закон, так наз. «чтущих Бога»
или «чтущих Бога Всевышнего» (sebomenoi ton Theon, phobumenoi ton Theon, sebomenoi Theon ton
Hypsiston). Бертолет чувствует это, и для него остается только одна возможность - считать, вопреки

                                                21
общепринятому в науке взгляду, sebomenoi не полупрозелитами (прозелит - человек, принявший
новую веру - Ред.), а настоящими прозелитами, принявшими всецело еврейский закон (ст. 329 слл.
Его труда). Несмотря на талантливость, Бертолету эта попытка совершенно не удалась.
Действительно, в подтверждение своего взгляда он приводит следующее:

1) Иосиф (Ant. XIV, 7, 2) указывает, что сокровища Иерусалимского храма составились из взносов:
а) евреев всей вселенной, б) sebomenoi ton Theon и в) жителей Европы и Азии. Под а), конечно,
разумеются евреи, под в), по мнению Бертолета, полупрозелиты; таким образом, остаются
настоящие прозелиты, каковыми, следовательно, и являются sebomenoi ton Theon. Рассуждение это
правильно в том случае, если считать, что настоящие прозелиты составляли значительную
обособленную группу, которую необходимо было упомянуть отдельно. Если же, как мы увидим,
настоящих прозелитов была ничтожная горсточка, растворенная бесследно в коренной еврейской
массе, то гораздо более естественно будет видеть во второй группе - полупрозелитов, а в третьей -
лиц, не имеющих никакого отношения к еврейству и сделавших взносы из соображений
дипломатических, политеистических (желание жить в ладу со всеми богами - обычное явление в
эллинистическую эпоху) и т. д.

2) В «Деяниях Апостольских» (13, 50) евреи натравливают на Павла и Варнаву женщин из категории
sebomenoi - tas sebomenas gynaikas. По мнению Бертолета, нелепо предположить, что они
натравливали на апостолов полупрозелитов и не натравливали настоящих прозелитов: очевидно,
sebomenoi - настоящие прозелиты. Но если мы представим себе, что настоящие прозелиты
представляли ничтожную кучку, бесследно растворившуюся в еврейской массе, не только не
пользующуюся влиянием, но презираемую наравне с евреями, тогда как полупрозелитки, не
пожелавшие вступить в среду евреев, представляли собой цвет местной аристократии, то станет
ясно, почему евреи прибегли именно к их влиянию, желая добиться высылки Павла и Варнавы.

3) Выражение Павла (там же, 13, 16) «Мужи Израильтяне и phobumenoi ton Theon» также не
доказывает, что phobumenoi - настоящие прозелиты, так как настоящие прозелиты ввиду их
малочисленности implicite подразумеваются в обращении «мужи Израильтяне». Более убедительна
цитата из дальнейшей части его же речи (13, 26): «Мужи братья, сыны рода Авраамля, и включенные
в нашу среду phobumenoi ton Theon». Но такой перевод основан на произвольной конъюнктуре - hoi
en hymin - «включенные в нашу среду» - вместо hoi en hуmin - «находящиеся (т. е. присутствующие
здесь) среди вас» - и, так. обр., это место решительно ничего не доказывает. Абсолютно ничего не
доказывают и приводимые Бертолетом на стр. 332 его книги надписи.

4) Наконец, в доказательство своего взгляда Бертолет ссылается на ст. 96 слл. XIV сатиры Ювенала,
где речь идет о metuentes - буквальный перевод на лат. яз. греческого слова phobumenoi. А так как
здесь речь идет об обрезанных, принявших еврейский закон целиком, то phobumenoi - настоящие
прозелиты. Но в действительности это место доказывает обратное: здесь говорится, что сами
metuentes - phobumenoi довольствуются почитанием единого Бога, соблюдением субботы и
воздержанием от свиного мяса, тогда как дети их сплошь да рядом подвергаются обрезанию и
целиком принимают еврейский закон.

Phobumenoi, следовательно, здесь резко противопоставлены настоящим прозелитам (выражение
metuunt ius в ст. 101 употреблено не в техническом смысле, а в обычном разговорном) (Schurer, о. с.
174, пр. 70).

Обратим, наконец, внимание еще на то, что южно-русские надписи из Горгиппии (нынешней Анапы
- Латышев, IOSPE II, 400, 401, ср. прим. к I 98), без сомнения, исходят от такой же религиозной
группы, как и южно-русские же надписи из Танаиса, начертанные sebomenoi Theon Hypssiston,
«чтущими Бога Всевышнего», так как эти надписи начинаются еврейской формулой: «Богу
Всевышнему Всемогущему Всеблагому (Theo hуpsisto pantocratori eulogeto)». А между тем, эти
надписи кончаются тем, что ставят посвятителя под покровительство Зевса, Земли и Гелия - иными
словами, здесь никак нельзя считать sebomenoi настоящими прозелитами.

                                                 22
Итак, попытку Бертолета надо признать неудачной: крупнейшая категория прозелитов - sebomenoi -
образовывали отдельную группу, стоявшую вне еврейства, и не были настоящими прозелитами. Но
и вообще попытку разбить еврейство на две партии - господствующую партикуляристическую,
требовавшую от новых евреев полного принятия закона, включая обрезание, и ассимиляционно-
универсалистическую, не требовавшую этого от прозелитов, - надо считать неудавшейся.

Действительно, казалось бы, обе партии должны были быть резко противопоставлены друг другу.
Между тем, как указывает тот же Бертолет (стр. 322), как раз школа Шамаи, державшаяся
партикуляристических взглядов, часто в вопросе о прозелитах была либеральнее школы Гиллеля,
стоявшей на универсалистической точке зрения. По этому поводу он принужден заметить: «Разницу
между обеими школами по отношению к неевреям нельзя переоценивать».

Вот почему другие ученые (напр., Блудау и Штегелин) объясняют это противоречие иначе и видят в
еврейской пропаганде принятия лишь нравственной части их религии только ловкий военный
маневр: сначала показывается товар лицом, подчеркивается лишь часть религии, имеющая
общечеловеческую ценность, дабы заманить легковерного эллина, а затем его постепенно склоняют
и к принятию нелепых, иррациональных еврейских обрядов, как мы видели в сатире Ювенала. Но
это противоречит фактам: если бы дело обстояло так, то еврей Ананий обрадовался бы желанию
царя Изата подвергнуться обрезанию, между тем, в действительности, как мы видели, он всячески
отговаривает его от этого. И в самом деле, как мы сейчас покажем, еврейская пропаганда вела к
образованию широких кругов sebomenoi, но не привела большого числа «язычников» в лоно
правоверного еврейства.

В псалмах, у пророков и в других местах Ветхого Завета часто высказывается надежда, что когда-
нибудь все язычники станут евреями. Однако эти пожелания относятся к отдаленному будущему -
обычно ко времени Мессии. Конечно, евреям доставляло радость, если уже и в их время «язычники»,
убедившись в могуществе еврейского Бога, переходили в еврейскую веру (Эсфирь, 9, 17, Юдифь, 14,
10). Но евреи не только не старались заманить всех и каждого в свою среду, но, наоборот,
относились с большой осторожностью к приему прозелитов. Прозелиты не были равноправными
членами еврейской общины, и такое недоверчивое отношение к ним, по справедливому замечанию
Мюллера (Des Fl. Josephus Schrift gegen Apion), препятствовало вхождению в еврейскую среду
значительного числа новых адептов.

Действительно, целый ряд свидетельств показывает, что число еврейских прозелитов огромно -
вероятно, значительно превышало число самих евреев: но о каких прозелитах здесь идет речь?
Шюрер (о. с. 165) говорит: «Число тех, которые в большей или меньшей степени (in engerer oder
freierer Form) примкнули к еврейским общинам, принимали участие в еврейском богослужении и в
большей или меньшей степени (bald mehr bald weniger vollkommen) соблюдали еврейские законы,
было очень велико». «В большей или меньшей степени...» - иными словами, он уклоняется от ответа
на вопрос, в какой же именно степени основная масса этих прозелитов приняла еврейскую веру.
Однако в приводимых им примерах из древней литературы мы находим указание только на двух
лиц, действительно ставших, после долгих колебаний и искуса, настоящими евреями: это уже
упомянутый царь Адиабенский Изат и его мать Елена (о. с. 169).

Все остальные цитаты относятся исключительно к sebomenoi, т. е. к лицам, принявшим часть
еврейского вероучения и не вошедшим в среду еврейства. О широком распространении этого и
только этого вида прозелитизма говорят в приводимых им местах и Иосиф Флавий (с. Ap. II, 39), и
Сенека (у Augustin, de civitate Dei, VI, 11), и Дион Кассий (Dio Cass., XXXVII, 17). Так, напр., тот же
Иосиф Флавий гордится тем, что в Антиохии «евреи постоянно привлекали к своему богослужению
большое количество эллинов и делали их в известном отношении своей составной частью». «В
известном отношении» - tropo tini - конечно, Иосиф так бы не выразился, если бы большое число
антиохийцев по-настоящему вошло в еврейскую общину!


                                                  23
В доказательство того, что и число настоящих прозелитов в диаспоре было огромно, Нибур (Rom
Gesch. I стр. 7, Alte Gesch, III, 544), и вслед за ним и Блудау (о. с. 27) ссылаются на то, что в эпоху
Филона евреи составляли 2/5 всего населения Александрии, т. е. около 400000 чел. Такое большое
количество не могло получиться из маленькой еврейской колонии, вернувшейся из плена;
следовательно, большая часть этих евреев - это прозелиты и их потомки. Однако Бертолет (о. с., стр.
297) справедливо указал на невозможность такой аргументации, так как за 550 лет население при
средних благоприятных условиях увеличивается в 65 раз, т. е. 400 тыс. евреев могли быть потомками
только 6150 возвратившихся из изгнания. К этому прибавим еще: 1) что у евреев, вследствие
запрещения убивать детей, что широко применялось в древнем мире (убивали детей с аномалиями и
признаками вырождения - Ред.), по свидетельству древних авторов (Гекатей Медерский, fr. 9 R, _ 9,
Тацит, Hist, V, 5), прирост населения был особенно велик; 2) что значительное число евреев
выселилось из Палестины в Египет при первых Птоломеях и 3) что, как показали раскопки в
Элефантине, еврейская колония в Египте образовалась много раньше возвращения евреев из плена.

Следовательно, таких указаний, которые дали бы нам возможность заключать о многочисленности
настоящих еврейских прозелитов, нет. Соблюдение отдельных еврейских обрядов и исповедание
отдельных еврейских догм было «криком моды» в античном обществе. Если из «Деяний
апостольских» (13, 44) мы узнаем, что в антиохийской синагоге собрался «почти весь город»
(skhedon pasa he polis), чтобы послушать Павла и Варнаву, то ясно, что ходить в синагогу было
принято и у неевреев (Bertholet, о. с. 296*).

Овидий в своей книге «Ars amatoria» (I, 75) советует искать себе любовницу в местах, где собирается
много публики, в частности дам; при этом он указывает и на синагогу: «конечно, имеются в виду не
еврейки или официальные прозелитки». Особенно в моде в греческом обществе было празднование
субботы. «Нет ни одного народа, в среду которого не проник бы наш обычай праздновать седьмой
день недели» (Jos. c. Ap. II, 39). Насколько в моде было у римлян празднование субботы, мы видим
также из указаний поэтов (Pers, Sat. V, 176 слл.; Tibull Eleg. 1, 3, 17-8; Hor. Sat. 1, 9, 68-72 - здесь
человек, чтущий субботу, извиняется тем, что он ведь только «один из многих» - unus multorum;
Ovid. rent am. 217).

Наконец, что любопытнее всего, из Светония (Tiber. 32) мы узнаем, что грамматик Диоген читал
свои доклады только по субботам и даже ради императора Тиберия не согласился перенести свой
доклад на другой день. Празднование субботы было характернейшим, бросающимся в глаза
признаком sebomenoi, почему Ювенал (Sat. XIV, 96) и называет sebomenoi «чтущими субботу» -
metuentes sabbata; отец настоящего прозелита, заведомо не еврей и не настоящий прозелит,
характеризуется здесь тем, что «каждый седьмой день он посвящал лени и не занимался никакими
делами». У Бертолета (стр. 299 слл.) и М. Фридлендера (стр. 39 слл.) читатель найдет сколько угодно
свидетельств такого частичного заимствования неевреями еврейских обрядов.

Несомненно, это было в большой моде; но, после всего сказанного в первой части нашей работы об
антисемитизме в эллинистическом обществе, трудно себе представить, чтобы могло быть в моде
полное вхождение в еврейскую общину. Все эти поклонники еврейского закона предпочитали
только «играть в евреев» (hypokrinestai Joudaious), им нравилось быть «ни то, ни се»
(epamphoterizontes) «на словах евреями, а на деле чем-то другим» (Arian. Nic. Epict. II, 9, 19-21);
иными словами, войти по-настоящему в еврейскую общину, подвергнуться обрезанию они считали
для себя зазорным. Тем знатным гречанкам и римлянкам, которые с удовольствием перенимали
модные еврейские обряды, отнюдь не приходило в голову переменить свое видное общественное
положение на малопочетную роль еврейской прозелитки.

Из сатиры XIV Ювенала (ст. 96 слл.), правда, можно как будто бы заключить, что потомки -
sebomenoi становились уже настоящими евреями. Но это значит не уразуметь настоящего смысла
этого места, иллюстрирующего пословицу: «Коготок увяз, всей птичке пропасть». Когда детям
говорят: если вы не будете слушать родителей, то в конце концов дойдет до того, что станете
грабить и убивать людей, - то хотят только подействовать на их воображение, а не сослаться на

                                                  24
действительный факт. Так и здесь: «чтить субботу», metuere sabbata - было «криком моды», а быть
обрезанным евреем считалось верхом позора.

Ювенал бичует эту моду и для устрашения говорит: «отец удовольствуется почитанием субботы, но
сын настолько войдет во вкус еврейских обрядов, что подвергнется обрезанию и станет настоящим
кровожадным и бессердечным жидом, ненавидящим всех, кроме своего племени» (цитата выше, стр.
82).

Таким образом, в этом случае Зомбарт прав, когда он пишет (о. с. 342-343): «Ныне можно
констатировать, что прежде размеры прозелитизма чрезвычайно переоценивались. Без сомнения, в
эллинистическую эпоху и в эпоху зарождения христианства еврейство находило в среде языческих
народов приверженцев своих учений; недаром и еврейское, и, например, римское законодательство
трактует о такого рода людях.

Но ныне можно считать несомненным, что, когда здесь речь идет о прозелитах, здесь имеются в
виду только такие обращенные, которые, хотя и участвовали в богослужении, но не были допущены
ни к обрезанию, ни к бракам с евреями (замечу в скобках, что почти все они, в конце концов, вошли
в среду христиан...). Но допустим даже, что в дохристианское время имел место и полный переход в
еврейство; по отношению к миллионам евреев эллинистической эпохи число их было крайне
ничтожно».

Точно так же и Блудау (о. с. 27) справедливо замечает: «Даже для Египта вряд ли можно допустить,
чтобы из числа язычников здесь нашлось много таких, которые бы перешли формально в еврейство
и позволили бы наложить на себя всю тягость жизни евреев, соблюдающих строго закон»*. Более
того, очень вероятно, что те же лица, которые с восхищением относились к отдельным еврейским
установлениям, были в то же время до известной степени антисемитами и называли себя не евреями,
а только sebomenoi ton Theon, потому что слишком большая близость с евреями их бы шокировала:
быть евреем считалось позорным даже в юдофильских кругах (Ox. Pap. X. 1242, I. 48).

Однако лица, ознакомившиеся с еврейскими писаниями и принявшие часть еврейских обрядов как
верх премудрости, не могли уже, конечно, относиться к евреям с тем озлобленным ожесточением, с
каким относились к ним лица, вовсе не задетые еврейской религиозной пропагандой; на помощь
именно этих sebomenoi могли рассчитывать евреи, когда им приходилось хлопотать об улучшении
своего положения или отмене гонений.

Чем же объяснить еврейскую религиозную пропаганду, имевшую своей целью не привлечение
настоящих прозелитов, а образование больших групп таких sebomenoi? Если мы на минуту забудем,
что евреи - народ без территории, а представим себе их в виде национально-государственной
общины, то дело сразу станет ясно. Привлекать без разбора новых граждан - дело крайне опасное, и
здесь евреи проявляли сугубую осторожность и недоверчивость. Но тому, кто живет, окруженный
врагами, желательно повлиять на общественное мнение так, чтобы создать нейтральные и даже
дружественные группы.

Созданные, благодаря еврейскому агитаторскому и организаторскому таланту, не входившие в
еврейство, но и эмансипировавшиеся в большей или меньшей степени от эллино-римских традиций
группы sebomenoi являлись своего рода «буферными государствами», отражавшими и отчасти
принимавшими на себя сыпавшиеся на евреев удары; благодаря своему общественному положению
(в число sebomenoi могли, не навлекая на себя позора, входить и действительно входили члены
самых знатных и влиятельных семей) эти sebomenoi могли успешнее, чем кто-либо другой, вести в
самых высших кругах античного общества пропаганду широчайшей терпимости по отношению к
евреям.

Таким образом, миссионерская деятельность евреев не имела своей основной целью вербовку новых
адептов еврейской религии. Эта своеобразная миссионерская деятельность объясняется

                                               25
человеческой, а не ангельской природой евреев; не самоотречение, а самосохранение вызвало эту
деятельность.

Естественно, с другой стороны, что эта еврейская пропаганда усиливала антисемитизм в
националистически настроенных верных традиции кругах, не задетых еврейской религиозной
пропагандой. Мы уже видели, как эта пропаганда возмущала Ювенала. Сенека (fr. 145 R) с
возмущением замечал: «Обычаи этого преступного народа получили такое влияние, что приняты
почти во всех странах: побежденные заставили победителей принять их законы».

Действительно, эта агитация вела к новым группировкам в греко-римском обществе и, как ничто
другое, способствовало разрушению традиционного уклада. Сверх того, агитация эта volens nolens
имела определенный демократический привкус. Объяснялось это отнюдь не апостольским
призванием и не демократическими тенденциями евреев. Евреи были новыми людьми в греко-
римском обществе и только в том случае могли рассчитывать на признание себя «высокородными»,
если бы опирались на внушительную физическую силу.

Так, римляне, имевшие за своей спиной могущественный Рим, очень скоро были признаны
«высокородными» в греческом обществе; но на это не могли рассчитывать евреи, имевшие
метрополией миниатюрную Палестину. Только выступив против традиционных аристократических
принципов вообще, евреи могли рассчитывать стать пользующейся уважением общественной
группой: если не происхождение, а мудрость дает право считаться истинным аристократом, тогда и
евреи с их Библией и философской религией могут рассчитывать на уважение в обществе.

Евреям следует всегда становиться на сторону угнетаемых, так как они всегда подвергаются
наибольшей опасности стать жертвой угнетения. Вот почему, если Псевдо-Артапан изображает (fr. 2
. 2 Fr.) библейского Иосифа великим социальным реформатором, устроившим передел земли, дабы
уничтожить притеснение слабых сильными, то цель его не только показать, что и евреи не хуже
афинян или спартанцев и имеют своего Солона или Ликурга; в его задачу входит еще показать, что
евреи с незапамятных времен были борцами за демократию и равенство.

Необходимо уничтожить старые сословные перегородки: «Пусть равноправными будут пришельцы
средь граждан: ведь все мы Странствий удел переносим, живя на печальной чужбине, И ни в одной
не считай ты земле себя прочно осевшим», говорит еврейская Сивилла (II, 39-41); путем
философской спекуляции (жизнь - юдоль скитаний, в ней ничего нет прочного), она приходит к
выводу о несправедливости ограниченных в гражданских правах «пришельцев, живущих средь
граждан», а так как в Египте, где составлялась эта книга, такими пришельцами считались и евреи, то
окончательный вывод - необходимо отменить еврейские ограничения.

Такова же ultima ratio и пропаганды Филона (quod omn prob. I, II, 457 слл., de carit II, 395 слл., de
septen II, 287, de spec leg. II, 322 слл.) за эмансипацию рабов: «судьба рабов более низкая, чем судьба
их господ, но душа у них одинаковая» (так же во II кн. Сивиллы, 227): если единственным
критерием благородства является душа, то, конечно, евреи с их учением незаслуженно презираются:
они - благороднейший в мире народ. Такое покушение на «священные устои» античного общества,
естественно, еще более углубляло антисемитские настроения верного традициям ядра античного
общества.

Действительно, писатель поздней эпохи Рутилий Намациан, между прочим, нападает на евреев и за
демократический характер их пропаганды. Еврейство, читаем мы в его поэме (De reditu suo, V),
источник глупых теорий (radix stultitiae; имеется в виду прежде всего христианство). «Прочие их
выдумки лишь утеха (deliramenta - буквально: то, от чего сходят с ума) падких на ложь рабов, этому
не поверил бы и ребенок».

Выдумки, от которых сходят с ума рабы, - это, конечно, демократические или даже
коммунистические теории с точки зрения Намациана, они - только глупость, которой не поверил бы

                                                  26
и ребенок. Еврейская пропаганда является почвой или источником (radix), на которой пышным
цветом вырастают эти праздные теории.

Только наше понимание сущности еврейской религиозной и демократической пропаганды даст нам
возможность объяснить себе существование двух столь непримиримых с виду явлений, как
посвящение себя пропаганде среди притеснителей - «язычников», с одной стороны, и жажда мести
этим же притеснителям, с другой. Жажда мести - нечто совершенно непонятное у «народа
апостолов», «предназначенного» для пророческого служения язычникам, и совершенно нормальная
и законная реакция у народа со здоровым национальным чувством (!!! - Ред.).

В эпохи тяжелых гонений - особенно после осквернения храма Антиохом Епифаном и гонений при
Птолемее VII и его преемниках, а затем при Калигуле, в Египте - эти ноты начинают особенно часто
раздаваться в еврейской литературе. Естественно, что больше всего должно проявляться это чувство
в псалмах, ввиду их чисто лирического характера.

Так, в 68 псалме (ст. 23 слл.) мы читаем: «И сказал Господь: верну их (язычников) из глубин
морских, дабы ты (Израиль) мог омыть ноги в их крови, дабы и языки твоих собак получили свою
долю вражеской крови». В псалмах 69 (ст. 23-29), 40 (ст. 11-12), 71 (ст. 13-24), 83 (ст. 10-12 и 14-19),
129 (ст. 6-7) мы читаем ряд самых ужасных проклятий по адресу язычников; в пс. 108 (ст. 13) автор
молит Бога об истреблении язычников; в пс. 118 (ст. 7) автор желает упиться несчастьем тех,
которые ненавидят евреев.

В пс. 149 (ст. 6 слл.) говорится, что у верных Богу должно быть «благодарение Богу на языке и меч
двуострый в руках, дабы отмстить этим оружием язычникам» и т. д. Такое мщение - высшая честь
для верных Богу и т. д. Особенно же популярен псалом 137 («На реках Вавилонских»), также,
вероятно, относящийся к Маккавейскому времени. Конец его в вольном переводе Языкова таков:

Блажен...
Кто плач Израиля сторицей
На притеснителях отмстит!
Кто в дом тирана меч и пламень
И смерть ужасную внесет!
И с ярким хохотом о камень
Его младенцев разобьет!

Всецело вдохновлена жаждой мести книга «Эсфири». Здесь персидский царь сперва приказывает
повсеместно устраивать еврейские погромы (перенесение на эпоху Ксеркса палестинских и
египетских обстоятельств последних двух веков до Р. Х.), а затем, убедившись в невиновности
евреев, разрешает последним безнаказанно перебить погромщиков «вместе с их женами и детьми»
(8, 11), и действительно евреи убивают в один день 75000 антисемитов (9, 17)!

Такой же жаждой мести дышит книга «Премудрости Соломоновой», написанная, как я показал выше
(стр. 70), при Калигуле под свежим впечатлением погрома 38 г. У автора, как мы видели, все время
перед глазами параллель между страданиями древних евреев в Египте фараонов и страданиями
современных ему евреев в египетской диаспоре. Поэтому, если автор этой книги после вводной
фразы «Беззаконные полагали уже, что они превратили в своих рабов священный народ» (17, 2) на
протяжении трех глав (17-19) с особым удовольствием расписывает ужасающие подробности мук,
ниспосланных Богом на египтян, и блаженство, ниспосланное евреям, то в связи с остальной частью
книги у каждого читателя должна явиться мысль и надежда, что такая же участь постигнет и в
ближайшем будущем египтян и евреев, так как чаша еврейского долготерпения в это время уже
переполнилась.

Вся эта литература, сопоставленная с универсализмом и религиозной пропагандой евреев,
заставляла ученых видеть в евреях какое-то чудо природы, какое-то сверхъестественное соединение

                                                   27
несоединимых противоположностей. Так, Эд. Мейер (G. d. A. III, стр. 21 слл.) говорит:

«Картины страшного суда вызываются, главным образом, жаждой мести язычникам, а не томлением
по таинству Божию. Ненависть к язычникам - оборотная сторона стремления втянуть их в круг
еврейства (такого стремления, как мы видели выше, у евреев почти не было! - С. Л.)... Ввиду своего
бессилия в ближайшее время евреи охотно хоть в фантазии погружаются в мечты об истреблении
язычников...

Для еврейского национального духа (жажда мести) не менее характерна, чем проявляющееся в
других писаниях универсалистическое мировоззрение... Такова уже вообще природа еврейства:
самые высокие и самые отталкивающие взгляды, величественное и пошлое помещаются
непосредственно рядом друг с другом, нераздельно связанные, причем одно всегда является
оборотной стороной другого».

Мы видели, что более глубокое изучение явлений избавляет нас от этой красивой, но бесплодно-
метафизической диалектики: если националистически настроенный народ старается обработать в
свою пользу общественное мнение окружающих (это и есть то, что называется еврейской
религиозной пропагандой), то это так же естественно, как то, что он горит жаждой мести к своим
мучителям.

Впрочем, необходимо отметить, что ноты мести начинают звучать в еврейской литературе только в
эпоху особенно тяжелых притеснений и, по справедливому замечанию Эд. Мейера, при этом евреи
всегда остаются в царстве фантазии, в области самоутешения и самоубаюкивания; никогда евреи не
проявляли своей жажды мести на деле, в каких-нибудь действиях. Объясняется это не
«всепрощением», не «апостольской природой» евреев, а исключительно естественным подбором,
своеобразно развившимся инстинктом самосохранения.

Евреи, на протяжении почти всей своей истории, жили разбросанными среди иностранцев, составляя
ничтожное меньшинство не только количественно, но и качественно, так как им всегда
противостояли «хозяева страны», государственные организмы с выработанной военной,
административной и полицейской системой, в которую они входили как иностранцы, т. е. как
граждане II сорта, пользующиеся лишь отчасти покровительством закона. Если бы евреи стали
предаваться жажде мести по поводу каждой ежедневно испытываемой ими обиды; если бы они
стали хотя бы в случае самых тяжелых гонений претворять эту жажду мести в дело, то они,
несомненно, были бы истреблены или принуждены утратить национальность уже на заре своей
истории.

Действительно, все произведения литературы, проникнутые жаждой мести (интересующие нас
псалмы, книга Эсфири, книга Юдифи), относятся большею частью ученых к Маккавейской и после-
Маккавейской эпохе, т. е. считаются написанными под свежим впечатлением самых жестоких
преследований. Если некоторые ученые (Эд. Мейер, Робертсон-Смит) относят часть псалмов и книгу
Эсфири уже к персидской эпохе, то только потому, что уже в персидскую эпоху, по их мнению,
были такие же жесточайшие преследования, вызвавшие эту литературу. Во всяком случае, по
справедливому замечанию такого знатока библейской литературы, как Каутцш (Die Apokryphen, I,
194), книга Эсфири была создана и читалась «в тяжелые времена угнетения и горя, когда
национальное чувство евреев вследствие преследований чужеземных властителей подвергалось
глубочайшим оскорблениям. В эти времена книга Эсфири, благодаря своему содержанию, служила
источником утешения и надежды на новое чудесное спасение (ср. Эсфирь 9, 28).

Более того, некоторые места Священного Писания в эти тяжелые эпохи получали новое толкование
в духе жажды мести, которого они в эпоху написания вовсе не имели. О поступке Симеона и Леви,
вероломным образом истребивших население целого города, в Библии (Gen. 34, 30, 44, 5 слл.)
рассказывается с укоризной, как о пятне на всем их потомстве; в книге же Юдифи, написанной в
эпоху еврейских преследований, этот вероломный проступок прославляется как акт патриотизма и

                                                28
достойный пример для потомства: «О Бог моего предка Симеона, давший ему в руку меч для мести
иноверцам» (Юдифь 9, 2, см. комм. Каутцша).

Но даже в эти эпохи гонений жажда мести никогда не претворялась в дело. Мы уже показали (стр.
75), что восстание евреев при Траяне было не актом мести, а актом самообороны. Если мы
внимательно вчитаемся в «дышащую свирепостью, кровожадностью и фанатизмом» (Штегелин)
книгу Эсфири, книгу, которую Лютер хотел бы исключить из библейского канона, а Гутшмид назвал
«крайне глупой и безнравственной» (см. Stahelin о. с., 21 пр. 1), то увидим, что все эти оценки
являются результатом умышленного замалчивания отдельных подробностей книги, в результате
чего получается заведомо неправильная передача содержания ее.

Действительно, почти во всех научных трудах, в которых излагается содержание этой книги, вплоть
до новейшей работы Oesterley (The book of the apocryphe, London, 1916, 398 слл.), говорится, что по
просьбе Эсфири персидский царь в отмену указа об истреблении евреев издал новый указ об
избиении евреями неевреев. («The King issuies another proclamation, at Esther’s request in which power
is granted to the jews to pillage and slay their enemies», Oesterly, 399). Если бы дело обстояло так, то
Гутшмид был бы совершенно прав, это - совершенно неправдоподобно, глупо и безнравственно.

Но в тексте Эсфири читается нечто совершенно иное. 8, 11 - в подлиннике:

«Царь позволил евреям во всех городах собраться и, защищая свою жизнь (wela’amod’alnaphsam, ihr
Leben zu verteidigen, K a u t s c h, ap. Dn. 12), уничтожить, убить, истребить все те толпы народа (kol-
chel’am, alle Volkchaufen, K a u t s c h) в провинциях, которые проявят враждебность к ним (hassarim
“otham - von denen sie befehrdet wurden, K a u t s c h), вместе с женами и детьми, а также разграбить
их имущество...».

Это же место в переводе (вернее - пересказе) Септуагинты: «Царь позволил евреям в своих городах
организоваться по своим законам (khresthai tois nomois auton весьма произвольный, тенденциозный
перевод слов lehaqahel - собираться, оправдываемый тем, что уже в Библии qahel (кагал) часто
означает «еврейская община»), организовать самооборону (boethesai autois - autois в см. heautois, как
обычно в Септуагинте) и поступить со своими врагами и противниками, как им заблагорассудится
(умышленное смягчение более жестоких выражений подлинника; умышленно вычеркнуто указание
о женах, детях и имуществе).

Дубликат этого места в греческом добавлении к этой главе книги Эсфири в указе Артаксеркса: «Вы
поступите правильно, если не исполните указа, посланного вам Аманом, сыном Амадаты... и если вы
выставите копию этого письма повсюду вместе с объявлением, что евреям разрешается
организовываться по своим законам и организовать самооборону (kai synepiskhyen autois = heautois),
дабы во время погрома (kairo thipseos) они могли обороняться против нападающих на них
(epithemenous autois amynontai).

9, 16: Равным образом и остальные евреи, жившие в подчиненных царю провинциях, собрались и,
защищая свою жизнь (we’amod “al-naphsam; heautois eboethoun LXX) отмстили своим врагам и убили
75000 из числа ненавидящих их; но к добыче не протянули своих рук».

Почему Ахащверош не отменяет попросту своего указа, а только разрешает евреям организовать
самооборону? Один из лучших знатоков Библии Драйвер (S. R. Driver, An introduction to the literature
of the Old Testament, Edinbourgh, 1898, p. 480-481), один из немногих, правильно понявших нашу
книгу («the edict permits the Jews to defend themselves against their assailants») объясняет это вместе с
автором книги тем, что по персидским законам однажды изданный указ уже не может быть
отменяем.

Так объясняется причудливость этого рассказа с точки зрения фабулы, но внутренняя причина этой
особенности психологическая: даже когда еврей хочет, хоть в воображении, упиться местью

                                                   29
гонителям, дух его настолько выдрессирован многовековыми гонениями, что эту месть он может
представить себе только в таком виде: толпы погромщиков уже выходят на улицу, чтобы «проявить
свою враждебность к евреям»; но, вследствие того, что, противно обычному положению дел,
нападающие лишены правительственной поддержки, с которой евреи бороться бессильны, а евреям
разрешена самооборона, они выходят навстречу погромщикам и, защищая свою жизнь, истребляют
их, не щадя, правда, в своей мести женщин и детей, но гордо отворачиваясь от имущества
погромщиков, дабы не уподобиться им.

Прежде всего, что касается чувства мести к женщинам и детям (здесь и в псалме 137), то, чтобы
парализовать рассуждения о специфически-еврейской («шейлоковской») жестокости, процитирую
для примера продукт греческого правового сознания, теосский закон V в. до Р. Х. (C. J. G. 3044 -
Hicks and Hill, A manual of greek hist. inscriptions, Oxford, 1901, ь 23):

«Того, кто приготовляет яды... казнить и самого и все его потомство... Того, кто препятствует ввозу
хлеба в Теос... казнить и самого и все его потомство... Того, кто злоумышляет против Теосского
государства... казнить и самого и все его потомство!!» Итак, здесь повинна психология античного
человека вообще, а не евреев в частности. Впрочем, если мы сравним подлинник с Септуагинтой, то
увидим, что первобытная яркость ощущений в подлиннике уже оскорбляла нравственное чувство
александрийских евреев: в переводе нет ни слова о женах и детях погромщиков, свирепое
«уничтожить, убить и истребить» заменено культурным, эвфемистическим выражением.

С другой стороны, мы видим, что перманентные погромы сделали право самообороны одним из
основных, предъявляемых правительству требований. Постоянная угроза погрома делала
самооборону одной из главных задач автономных еврейских общин: только это дает нам ключ к
пониманию того, для чего в перевод и в добавленный к переводу царский указ как будто без всякого
отношения к содержанию книги вставлено разрешение «организоваться по своим законам».

Действительно, во время погрома 38 г. погромщики и правительственная власть ищут в еврейских
домах оружие: именно ввиду связи самообороны с еврейской автономной общиной правительства
всячески боролись с самообороной, считая ее политически опасной организацией. Естественно, что
евреям, и не без некоторого основания, казалось, что разрешение национальной самообороны -
лучший способ борьбы с опасностью погрома, и поэтому, горя жаждой мести, они мечтали... о
легальной самообороне. Итак, от «кровожадной мстительности» не осталось ни следа. (Пример
сегодняшних отношений между Израилем и Палестиной более нагляден - Ред.)

Повторяю, «апостольское служение» здесь не при чем. Это - голос, в котором звучит вековое
сознание бессилия и непривычка даже в воображении чувствовать себя нападающими, а не
обороняющимися. Не менее любопытен в этом отношении и Филон. Он был очевидцем ужасного
александрийского погрома 38 г., он был членом делегации по поводу этого погрома, подвергшейся
насмешкам и издевательствам императора Калигулы.

Можно себе представить, какое удовлетворение он должен был испытать, узнав, что оба гонителя
евреев - и наместник Египта Флакк, и император Калигула погибли самой жалкой смертью.
Любопытно, в каком тоне сообщает об этом Филон. Он не только не позволяет себе кровожадных
возгласов, довольствуясь скромным сознанием справедливости Божьей кары, он еще влагает, по
поводу смерти Флакка, в уста алесандрийских евреев такую молитву: «Мы не радуемся, о Господь,
тому, что Ты наказал нашего врага, так как Священные книги Закона воспитали нас в духе
сострадания; но мы справедливо благодарим тебя» и т. д. (in Flacc., 14).

И здесь не следует говорить об «апостольском служении»; и здесь мы видим только, как у народа,
привыкшего в течение многих столетий к унижениям и угнетениям, атрофировалось в целях
самосохранения естественное чувство живой ненависти к притеснителям и умение живо,
немедленно, рефлективно реагировать на обиду! Моммзен справедливо называет Филона (V, 519,
Anm.) «ein schlechter Hasser», «человек, не умеющий ненавидеть как следует», и это название вполне

                                                30
приемлемо к евреям древности вообще. Евреи далеко не были «народом апостолов»; они живо
чувствовали обиду и, как мы видели, кипели местью, но многовековая дрессировка приучила их
загонять это чувство внутрь себя и не давать ему проявляться.

Однако и миссионерская деятельность евреев, и жажда мести явились у них, как мы видели,
реакцией на уже обрушившиеся на них волны антисемитизма и, следовательно, не были причиной
его. В чем же, наконец, его причина?

Мы видели, насколько облегчается понимание миссионерской деятельности евреев, если
рассматривать их не как религиозную группу, а как национально-государственную единицу, по
удивительному капризу истории, уже на заре своей жизни принужденную действовать и развиваться
вне определенных территориальных рамок, среди чужих народов. Мы видели уже, что эта
особенность в истории еврейского народа кое в чем придала евреям совершенно своеобразный
национальный облик. Не даст ли нам эта историческая особенность евреев ключа к разгадке причин
возникновения антисемитизма?

По вопросу о времени возникновения еврейской диаспоры взгляды ученых до последнего времени
резко расходились. Эд. Мейер (Gesch. d. Alt. III, 216) и Шюрер (о. с. 3, 31) относят образование
диаспоры к эпохе Вавилонского плена; Моммзен (V. 489) и Штегелин (о. с. 22, пр. 1) ко временам
Александра Македонского и Птолемея I, тогда как Г. Вилльрих (Juden und Griechen, 24 слл. 126 слл.)
в 1895 г. относил возникновение диаспоры только к эпохе Маккавеев (Птолемея VI Филометора в
Египте). Целый ряд новых папирусных данных заставил, однако, Вилльриха в его Judaica, вышедших
в 1900 г., отказаться от этой датировки.

Последние раскопки еврейской колонии в Элефантине показали, что для возникновения диаспоры
даже эпоха Вавилонского плена - слишком поздняя дата. Точно так же существовало разногласие и
по вопросу о том, чем было вызвано расселение евреев. Так, по мнению Моммзена (ук. м),
«еврейские поселения вне Палестины только в небольшой степени обязаны своим возникновением
тем побуждениям, вследствие которых возникли колонии финикиян и эллинов. Евреи - искони
земледельческий и живущий вдали от морского берега народ; поэтому его поселения вне родины -
принудительное и относительно позднее образование, дело рук Александра и его маршалов».

Этот несколько близорукий взгляд возник вследствие переоценки роли Палестины в истории
еврейского народа. Уже с эпохи плена Палестина и еврейство - далеко не одно и то же.
«Иерусалимская община не то же, что еврейство; вокруг нее находится, все более и более расширяя
свои пределы, диаспора. Исходным пунктом ее была компактная еврейская община в Вавилонии. О т
с ю д а она распространилась в Сузу, в Мидию, а вскоре также и на западные провинции... Начала
этого развития восходят к глубокой старине» (Эд. Мейер, Gesch. d. Alt. III, 216).

Послепленный Иерусалим сам был искусственным образованием еврейства диаспоры с центром в
Вавилонии; занятия и образ жизни жителей Палестины ни в коем случае не могут служить
критерием для решения вопроса о происхождении диаспоры. Шюрер (о. с. III, 3) справедливо указал,
что никак нельзя объяснить возникновение диаспоры одними лишь насильственными
переселениями; в этом случае было бы непонятно, почему евреи оказываются в большом числе
преимущественно в крупных торгово-промышленных центрах древнего мира. Большая часть
еврейских переселенцев (конечно, не из послеплененной Палестины, а из Вавилонии - древнейшего
крупного центра еврейства) были добровольными переселенцами; это были преимущественно
торговцы и ремесленники.

Возможно, впрочем, что эта колонизация в крупных размерах началась еще до Вавилонского плена,
из самой Палестины. «Ужасные условия на родине могли содействовать этому - именно открытое со
всех сторон положение Палестины, благодаря которому она являлась ареной войн между Сирией
(ранее Ассирией и Вавилонией. - С. Л.) и Египтом». (Шюрер, там же). Таким образом, уже в эпоху
Вавилонского плена, а вероятно, даже и раньше, евреи были по преимуществу народом рассеяния;

                                               31
Палестина была только религиозным и отчасти культур ным центром с ничтожным экономическим
значением; по справедливому указанию М. Фридлендера (о. с. 3), в диаспоре жило подавляющее
большинство евреев.

И эти евреи вовсе не считают своей родиной Палестину; Палестина только центр религиозного
культа, а родина евреев - весь населенный ими мир. «Евреи так многолюдны, что их не может
вместить одна какая-нибудь страна», - говорит Филон (in Flacc. 7): «Вот почему они населяют
большую часть и притом богатейшие из стран Европы и Азии, как на суше, так и на островах. Своей
метрополией они считают Священный Город, в котором находится святой храм Всевышнего Бога;
но родиной своей они считают те страны, которые достались им как местожительство, от отцов,
дедов, прадедов и еще более древних предков и в которых они сами родились и были воспитаны».

Как только евреи появились вне Палестины, вместе с ними вошел в мир и антисемитизм.
«Антисемитизм и еврейские преследования появились тогда же, когда возникла диаспора», - говорит
Моммзен (V, 519). «Вполне естественно, что вместе с еврейством пришел в мир и его естественный
коррелат - антисемитизм», - комментирует этот факт Эд. Мейер (G. d. A. III 216-217): «он так же
стар, как и само еврейство». Действительно, где только мы ни слышим о евреях, мы слышим и об
антисемитизме; Э.Кламрот (Die judischen Exulanten in Babylonien. Beitrage zum Wissenschaft vom
Altertum. Leipzig. Herausg. Jahr 1912) нашел следы антисемитизма даже в Вавилоне в эпоху
еврейского плена.

По его гипотезе (стр. 43), еврейские гонения начались здесь к концу изгнания, в эпоху Набунаида. Из
того, что с этой эпохи евреи занимаются преимущественно земледелием, и доход их исчисляется
количеством плодов земли (как у Езек. 13, 19), а с этого времени большая часть общины уже живет в
самом Вавилоне (след. занимается торговлей и ремеслами), и ее доходы исчисляются в наличных
деньгах, он заключает, что вавилонское правительство в эту эпоху обложило евреев-земледельцев
невыносимой податью, с «нарочитою целью оторвать евреев от землевладения» (стр. 43, пр. 1): с
этих-то пор евреи и превращаются из землевладельцев в городских жителей (??? - Ред.).

Действительно, такие места, как Исаия 51,7 и 51,13 и Езекиель 28,24, показывают, что в вавилонском
обществе существовал сильный антисемитизм, если только эти места не есть более поздняя
интерполяция. Все это могло бы послужить лишним подтверждением наших взглядов, если бы эта
эпоха, по собственному признанию Кламрота (стр. 88), не была одним из самых темных отделов
истории и если бы выводы Кламрота не были в значительной степени смелой фантазией, только
отчасти опирающейся на данные истории.

В дальнейшем, во всяком случае, как мы видели выше, везде, где мы встречаем евреев, мы встречаем
и антисемитизм. Какие же особенности еврейского народа вызывали его?

Географическое положение Палестины с древнейших времен было таково, что она, не составляя
органической части какого-либо другого государства, в то же время почти никогда не была в течение
более или менее продолжительного времени политически самостоятельным государством. Она
служила полем битвы между соседними великими державами и постоянно переходила из рук в руки,
находясь в зависимости то от филистимлян, то от Финикии, то от Ассирии, то от Египта.

Это исключительное, своеобразное положение и дало возможность развиться у евреев сильному
национальному чувству, не связанному не только с политическим могуществом, но и с политической
независимостью - явление единичное и не имеющее аналогий в древнем мире. Вот почему и будучи
выброшенными в Вавилон, евреи в отличие от других народов сохранили свое национальное
самосознание и свои национальные обычаи. Но это сохранение национальности сильно затрудняло
евреям борьбу за существование. Поэтому для того, чтобы такое «национальное государство без
территории» могло просуществовать, для того, чтобы евреи не были истреблены, ни затерты в
борьбе за существование, у них должен был развиться целый ряд своеобразных национальных
особенностей.

                                                32
Какова была судьба других покоренных народов, принужденных жить под властью чужеземцев? Эти
народы нередко, отстаивая свою свободу и независимость, погибали до последнего человека; но если
они покорялись и уводились в плен, то тем самым признавали себя людьми второго сорта,
стоявшими ниже по общественной лестнице, чем прирожденные граждане. На символическом
религиозно-правовом языке древности это выражалось так: бог данного народа признал, что он
побежден богом народа-победителя, и вошел в его свиту в качестве одного из богов второго разряда,
так как по античным представлениям бог вне своей родины не имеет никакой власти (Klamroth, о. с.
60-61).

При таком положении дел сохранение своих национальных черт и обособленности было обычно
признаком приниженности и культурной отсталости народа. Более культурные группы, оказавшиеся
на чужбине, облегчали себе борьбу за существование тем, что всячески старались перенимать
обычаи и облик народа-победителя. Прежде всего этому процессу подвергалась аристократия,
интеллигенция и вообще более успешные в борьбе за существование группы. Если отдельные
инородческие группы и сохранялись в чужих странах, то они состояли сплошь из забитого,
униженного простонародья, интеллигенция рано покидала их; на первых порах она встречалась с
недоверием коренными гражданами, но уже через короткое время ее успехи на жизненном поприще
заставляли забыть о происхождении; в следующем поколении она уже ассимилировалась бесследно.
Нравственно-оскорбительного понятия «ренегатство» у таких народов не существовало: с точки
зрения их нравственно-религиозных взглядов, раз их бог вошел в свиту бога-победителя, то его
народу уже и подавно надлежит чтить этого бога, т. е. принять полностью обряды и обычаи
победителей.

Для характеристики отношения «хозяев страны» к проживающим в стране иностранцам и
психологии самих этих иностранцев особенно поучителен мим Геронда «Содержатель публичного
дома», написанный в Александрии в III в. до Р. Х., т. е. как раз в эпоху расцвета египетской
диаспоры и в самом ее центре.

Действующие лица мима - не евреи, а иностранцы с обычной психологией, по терминологии того
времени - метэки. Здесь представлены оба только что обрисованных нами типа иноплеменников-
поселенцев: Баттар, содержатель публичного дома, простолюдин, иностранец, сам признающий себя
гражданином второго сорта, и Фалет-Артими, крупный негоциант, всячески скрывающий свое
происхождение и прикидывающийся чистокровным греком. Баттар говорит:

...Я метэк, и он метэк также:
Не как хотим живем, а так как нам можно.
Как разрешают нам...
(ст. 8-10).
Он возмущен замашками Фалета:
Ему бы надо знать, какая он птица,
Что он за дрянь! Ему б дрожать всегда надо
Пред каждым гражданином, как бы он ни был
Ничтожен и дурен - с меня пример взял бы!
(ст. 28-31)
и характеризует его так:
Фригиец, из Артимма, ставший Фалетом,
Чтобы показаться греком.
(ст. 37-38).

Так было и с народами, попавшими в вавилонский плен: они либо признавали себя гражданами
второго сорта, либо принимали вавилонский облик и культуру и бесследно ассимилировались
(Klamroth, 81). Стоя на такой общепринятой тогда точке зрения, евреи должны были считать, что
Иегова побежден Мардуком и в переселении в Вавилон видеть указание на то, что отныне они

                                               33
должны были поклоняться вавилонским богам (ср. Jer. 44, 16).

Этого не произошло: евреи, как мы видели, уже на родине приучились не обусловливать своего
национально-патриотического чувства политическою независимостью; им легче, чем другим, было
сделать и следующий шаг, и консолидироваться в национально-государственный организм без своей
территории.

Однако нельзя не признать в корне ошибочным выведение этих особенностей еврейской правовой
психологии из еврейской религии: наоборот, возникшее в эпоху плена представление, по которому
Иегова есть Бог всего мира, а Израиль лишь его возлюбленный сын, только проекция на небо такого
факта, что евреи, оставаясь национально-государственным целым, живут во всем мире, а Палестина
(хоть в мечтах) - их религиозный центр.

Всякому патриотически настроенному народу свойственно ставить себя не ниже, а выше
окружающих народностей. Поэтому и евреи, не смущаясь urbi et orbi заявляют, что они выше тех
народов, в среде которых они живут, - и по происхождению, и по культуре. Приобретая
экономическое и политическое влияние, занимая видные посты в государствах рассеяния, они
ассимилируются лишь до известной границы, с гордостью заявляя о своей национальности и
сохраняя ее отличительные черты. Полная ассимиляция беспощадно клеймится, как ренегатство;
боязнь общественного мнения делает такую ассимиляцию сравнительно редкой.

Понятно, с каким чувством должны были отнестись к евреям ввиду этой их особенности «хозяева
страны».

К униженным иноплеменникам, к этим жалким гражданам второго сорта, относились, пожалуй,
даже со снисходительной жалостью. Более обидно и оскорбительно было, когда эта сволочь
выходила в люди; однако заимствование полностью местной культуры и внешнего культурного
облика давало возможность вскоре забыть о пятне на происхождении этих людей. Иное дело, когда
эти выскочки, эти «мещане во дворянстве» на каждом шагу подчеркивают - своим обликом,
обрядами, манерой держаться, рассуждениями - свое «хамское» происхождение и когда, в то же
время, экономическая или общественная роль, занимаемая этими людьми, сплошь и рядом не
позволяет «поставить их на место». Естественно, что хозяева страны не могли оставаться
равнодушными к этому еврейскому «нахальству». Результатом этой особенности и явились
озлобление и ненависть к евреям.

Как я уже сказал выше, если бы евреи при таком отношении к ним реагировали бы рефлексивно,
немедленно на каждое наносимое им оскорбление, они уже очень рано были бы истреблены
подавляющими их силой и численностью «хозяевами страны». Инстинкт национального
самосохранения приучил их вовсе не реагировать на менее тяжелые обиды, а на более тяжелые
реагировать не рефлексом, а разумом. Такой реакцией являлась, с одной стороны, прекрасно
поставленная еврейская пропаганда, с другой, то упорство, с которым евреи стремились к
достижению фактического влияния в стране. Но, с точки зрения античной морали, такой способ
реагировать на обиду считался недостойным свободного человека.

Таким образом, результатом этой национальной особенности явилось чувство гадливости и
презрения к евреям, их третируют, как «паршивых жидов». Евреи, со своей стороны, эту естественно
возникшую черту, не нуждающуюся ни в осуждении, ни в порицании, не преминули возвести в
высшую добродетель. Жажда мести - грех, так как надо любить все Божьи создания; чувство
самолюбия, реагирование на обиду - преступная гордыня. В составленных в Египте дополнениях к
книге Эсфири праведник Мардохай (3, 56) находит нужным оправдывать свой поступок, с первого
взгляда, совершенный им в угоду самолюбию и чувству собственного достоинства: «Не из
высокомерия и гордыни, не популярности ради я отказался пасть ниц перед надменным Аманом.
Нет, я охотно целовал бы его пятки, если бы это могло быть на пользу Израилю!» Христианский
принцип: «ударившему в правую щеку подставь левую» - не что иное, как вышедшая из недр

                                               34
еврейства утрировка этой специфической национальной особенности, уже евреями возведенной в
ранг добродетели.

Наконец, постоянная борьба с преследованиями выработала ряд своеобразных черт еврейского
приспособления в борьбе за существование. Это, во-первых, тесная сплоченность и взаимопомощь в
жизненной борьбе; во-вторых, необычайное упорство в достижении поставленной жизненной цели,
сопровождающееся много большей тратой энергии, чем обыкновенно, так как еврею, кроме
обычных препятствий, приходилось преодолевать специфическую враждебность к евреям, и, в-
третьих, своеобразное отношение к местному закону и государственности. Это отношение явилось
результатом «двойного подданства» евреев, необходимости соблюдать часто взаимно
противоречащие моральные требования еврейского и местного закона и, как мы видели выше, может
быть охарактеризовано так:

1) Местный закон необходимо строго соблюдать, но лишь поскольку он не противоречит еще
живущим в народном правосознании положениям еврейского закона и поскольку его соблюдение не
связано с вредом для еврейского народа. Таким образом, законов, прямо или косвенно направленных
против евреев, во всяком случае соблюдать не следует.

2) Необходимо быть строго лояльным по отношению к государству, благосклонно относящемуся к
евреям. При борьбе двух государств или двух партий внутри государства надо симпатизировать и по
возможности содействовать стороне, более сочувственно относящейся к евреям.

И к этим особенностям еврейской морали националистически настроенные граждане античных
государств не могли относиться равнодушно. Эти особенности евреев вызывали у них недоверие и
страх; имеющее оборонительный характер еврейское сплочение превращается в глазах «хозяев» в
объявивший войну всему миру всесильный кагал.

Нам остается иллюстрировать свидетельствами древних правильность этих положений.

1. «Еврейское нахальство»

«Еврейское нахальство» состояло прежде всего в том, что евреи не пожелали стать на лояльную (по
мнению хозяев страны) точку зрения герондовского метэка Баттара и не признавали справедливою
необходимость «дрожать пред каждым гражданином, как бы он ни был ничтожен и дурен». Как мы
видели выше, евреи не стесняются занимать видные места в государстве и играть в нем влиятельную
роль: иногда им удавалось достигать административных постов, в других случаях они достигали
фактического влияния благодаря экономическому могуществу.

Исторические данные показывают, что процентное отношение числа евреев-сановников к числу
неевреев-сановников было не выше, а ниже процентного отношения евреев к неевреям вообще: само
собой разумеется, что, хотя 2/5 жителей Александрии были евреями, из числа высших должностных
лиц города евреи никак не составляли 2/5. Однако, с точки зрения «хозяев», процент этот был все же
чрезвычайно велик: в частности, в Александрии евреи были единственной категорией
«пришельцев», добившейся (хотя, вероятно, и урезанных) гражданских прав; другие инородцы, в
том числе коренные египтяне-туземцы, вовсе не могли занимать административных мест и, если
добивались видного положения, то всячески старались скрыть следы своего варварского
происхождения (ср. MW 52).

Таким образом, хотя евреям и не удавалось выдвигаться так, как «хозяевам страны», тем не менее, с
точки зрения тогдашнего общества, их поведение было «еврейским нахальством». Надо к этому
прибавить, что стремление выдвинуться из числа рядовых граждан, всецело погруженных в борьбу
за существование, путем ли сосредоточения экономического влияния или путем выдвижения на
государственной службе и т. п. было у евреев значительно больше и интенсивнее, чем у их хозяев.


                                                35
Причина этого вполне понятна: еврею кроме общегражданских преград приходилось еще
преодолевать и общественный антисемитизм, и правительственные преследования, и только утроив
необходимые усилия и упорство, он мог рассчитывать на какой-нибудь успех в жизненной борьбе.
«Нередко евреи видели в обладании имуществом средство для преодоления враждебности общества
и достижения сколько-нибудь сносного положения» (L. Herzfeld, Handelgeschichte d. Juden des Alt
Braunschweig, 1879): в то время, как рядовой эллин мог так или иначе примириться со своим
положением, положение среднего еврея из массы, вследствие преследований антисемитской
атмосферы, становилось настолько невыносимым, что, только выбившись из массы, он мог
надеяться достигнуть самого скромного minimum’а жизненного благополучия. (В Израиле
достигнуть высот власти может только еврей! - Ред.).

Положение существенно менялось только в те короткие минуты, когда у власти становилась партия,
считавшая по той или иной причине удобным отказаться от юдофобской политики. Тогда у евреев
оставалось столько свободной энергии, прежде тратившейся на борьбу со специально
антиеврейскими препятствиями, что часто, продолжая по инерции борьбу с прежней
напряженностью, они выдвигались более, чем, пожалуй, сами того желали. Так, как мы видели,
когда в Египте на короткое время становилась у власти партия, отказавшаяся от юдофобской
политики, виднейшие военные посты оказывались занятыми евреями.

Все эти выдвинувшиеся на поверхность общественной жизни евреи были сильно
ассимилированными евреями. По внешнему облику они ничем не отличались от эллинов: носили
греческую одежду, говорили по-гречески, не уступали грекам в знакомстве с греческой
образованностью, умели держать себя в греческом обществе, отказались от соблюдения
значительной части еврейских ритуальных установлений, например, относительно еды и т. д. и т. д.
И тем не менее они не стали греками и отнюдь не хотели контрабандно прослыть греками. Их
ассимиляция имела известный предел: они были и открыто объявляли себя не эллинами, а
проникнутыми эллинской культурой евреями.

На эту особенность евреев обратили внимание все виднейшие исследователи. «Даже те евреи,
которые приняли эллинистическую образованность, оставались в душе всегда евреями», - говорит
Вилькен (о. с. 785, пр. 1). «Пусть материнским языком этих евреев диаспоры был греческий язык;
пусть их отношение к соблюдению закона было, с точки зрения фарисеев, верхом греха и
вольнодумства; пусть они перестали соблюдать, считая несущественным, многое из того, что для
фарисея было существенным и необходимым: в глубине сердца они оставались все же евреями и
чувствовали себя единым целым со своими собратьями в Палестине» (Шюрер, о. с. III, 3 изд., 92).
«Несмотря на внутренний раскол, несмотря на то, что значительная (огромная! - С. Л.) часть евреев
была разбросана вне Палестины... несмотря на проникновение в еврейство разлагающего
эллинистического элемента, в глубочайшей сущности своей евреи оставались единым целым...

Во всех существенных вопросах, особенно же пред лицом притеснений и преследований,
внутренние разногласия еврейского общества исчезали и, как ни было незначительным раввинское
государство (в Палестине), та религиозная община, во главе которой оно стояло, представляла собою
внушительную, а при известных обстоятельствах и опасную силу» (Моммзен, Rom. Gesch. V, 497).

(Евреев диаспоры считают насквозь эллинизованными, а евреев Палестины - партикуляристами...)
«Не следует преувеличивать разницы между палестинским и эллинистическим еврейством: это две
ветви от одного и того же ствола; вся разница только в том, что на одной из этих ветвей навешано
немного эллинства» (Бертолет, о. с. 337). «В действительности разница между диаспорой и
Палестиной не была значительной» (P. Kruger, о. с. 53). «Таким образом, нельзя слишком резко
противопоставлять еврейство Палестины и диаспоры» (Bousset, Die Relig. d. Judent., Berlin, 1903,
115).

Действительно, вся дошедшая до нас в отрывках еврейская светская литература (Артапан, Езекиель,
житель Палестины Евполем и др.) создана людьми, пропитавшимися насквозь эллинской культурой

                                                36
и в то же время проникнутыми самым живым и горячим национальным чувством. «Эта эпоха,
наряду с эллинистами, ярко выраженного антинационального прямо симпатизирующего язычеству
направления, создала также людей, которые, несмотря на глубокое знание греческой литературы и
увлечение греческой наукой, отличались нерушимою верностью своему народу и религии; кроме
целого ряда других фактов, это видно прежде всего из фрагментов Евполема» (Freudenthal, o. c. 128).

Разительным подтверждением сказанного может служить поведение эссенян. Эссеняне - еврейская
секта, видевшая спасение не в национальном, а в индивидуальном самоусовершенствовании.
Эссеняне были «слугами мира», они были проникнуты человеколюбием и считали величайшим
грехом войну. Даже местные властители признали за эссенянами право не быть привлекаемыми к
военной службе и вести коммунистический образ жизни (Philo, quod omn prob. II, 459). И, тем не
менее, когда опасность стала угрожать главному центру мирового еврейства, они, несмотря на то,
что относились скептически к святости храма и жертв, несмотря на свой резкий принципиальный
антимилитаризм, идут добровольцами в ряды сражающихся евреев; и в качестве офицеров, и в
качестве рядовых солдат они проявляют полное забвение личных интересов, самоотверженность и
храбрость.

Национально-патриотическая закваска была в них так сильна, что оказалась сильнее убеждений,
составлявших дело их жизни. (Jos. Bell. iud. II, 8. 10. 20, 4 III 2, 1 ср. M. Friedlander, o. c. 68-69).

Конечно и среди евреев было немало лиц, ассимилировавшихся до конца, так как такая ассимиляция
давала крупные жизненные выгоды, сильно облегчая борьбу за существование. Внешним признаком
такой полной ассимиляции было принятие показной стороны государственной религии. Правда,
греко-римская интеллигенция этого времени, воспитанная на идеях философов, сама относилась
скептически к народной вере; философский атеизм был даже в моде.

Но внешняя принадлежность к государственной религии требовалась от культурного человека
общественным приличием, как нынче от культурного европейца требуется внешняя принадлежность
к христианству. Ренегатов поставляли преимущественно высшие классы населения, дальше всего
отошедшие от народной традиции (на ренегатство жалуется Филон, de poenit. 2, cp. Bertholet, o. c.
274, Bludau, o. c. 40), но надо заметить, что даже в высшей интеллигенции они, в противоположность
тому, что было у «пришельцев» других национальностей, составляли ничтожный процент.

...Царь возмущен тем презрением, которое евреи выражают к лояльным гражданам из своей среды, т.
е. к ренегатам: «Тем немногим из них, которые выявили лояльность к нам, они и речами и
молчанием выражают свое презрение» (3, 23). III кн. Маккавеев написана по той же литературной
схеме, что и книга Эсфири: только смелости в ней меньше; мечта расправиться с антисемитами
заменяется здесь более скромной мечтой расправиться с ренегатами: убедившись в правоте евреев,
царь разрешает перебить ренегатов (7, 10-15). Точно так же в лирической еврейской поэзии, в
псалмах, выражается ненависть и презрение к ренегатам (напр., Псал. 25, 3).

Разрешая евреям перебить ренегатов, Птоломей IV принимает в соображение выдвинутый ими
довод: на тех, которые из чревоугодия презрели заповеди Божьи, и царь никак не может положиться,
как наерных граждан (7, 10-15).

Племянник знаменитого Филона, Тиберий Александр, принял государственную религию и в 67 г. по
Р. Х. был назначен наместником Египта. Как мы видели выше, он был устроителем одного из
жесточайших еврейских погромов в Александрии (Jos. Bell. iud. II, 18. 1-8, cp. Bludau, o. c. 89).
«Еврейский погром в Антиохии во время разрушения Иерусалимского храма был вызван тем, что
какой-то еврейский апостат сделал официальный донос, будто евреи - жители Антиохии собираются
поджечь город» (Jos. Bell. VII, 3, 3, cp. Mommsen, Rom. Gesch. V, 541).

Хотя число выдвинувшихся евреев, несомненно, и было соответственно ниже общего числа их, тем
не менее, выдвижение на видные роли в античном обществе евреев, не скрывающих своей

                                                     37
национальности, при взглядах древних на «граждан второго сорта» не могло не резать глаз
«хозяевам страны». Так, знаменитый Апион в числе «возмутительных и подлых дел, вменяемых им в
вину александрийским евреям» (Jos. c. Ap. 4, 533 fr. 63 C R. 1) указывал и на то, что при Птоломее
Филометоре и Клеопатре евреи Оний и Досифей были главнокомандующими всего войска (ibid. 5.
49). Любопытно, что и нынешние ученые находят возможным присоединиться к возмущению
Апиона... «Это естественная реакция эллинистического народного чувства против чуждого элемента,
занявшего слишком много места в его жизни», - говорит Блудау (о. с. 78).

Сверх того, евреи, выдвинувшиеся в античном обществе, с точки зрения этого общества, не
проявляли достаточной скромности и такта. Мало того, что они открыто заявляли себя евреями, они
еще, в своем национально-патриотическом задоре, считали свой народ выше и лучше самих хозяев
как в отношении происхождения, так и в отношении мудрости и добрых нравов. Из I кн. Маккавеев
(12, 6; 14, 20) мы с удивлением узнаем, что евреи в официальных дипломатических документах
считали себя и спартанцев, наиболее чтимое в нравственном отношении племя Греции,
происходящими от общих предков.

Тенденция к сближению себя со спартанцами была вызвана некоторым (внешним) сходством
спартанских и еврейских законов, в частности, в отношении к иностранцам. Каким же образом
устанавливалось это родство? По правдоподобной гипотезе Вилльриха (Juden u. Griechen vor der
makk. Erhebung, Gottingen, 1895, 43-44) это сближение было сделано еврейским интерполятором
Гелланика, греческого историка V века.

Гелланик (fr. 2 Muller) в числе древних богатырей спартов упоминал Удея (Udaios). Интерполятор
ввиду созвучия мог видеть в спартах предков спартиатов, а Удей (Udaios) отождествлялся с Иудеем
(Judaios), предком-эпонимом евреев. Еще более важно было для евреев доказать, что они, во всяком
случае, выше по происхождению, чем местное население Египта - коренные египтяне. Это сделать
было им очень легко. Они могли сослаться на документ, по их мнению, почти современный - на
Библию, где говорится: 1) что еврей Иосиф уже в древности был фактическим правителем Египта; 2)
что Бог определенно стал на сторону евреев против египтян и рядом казней (между прочим, наслав
на египтян накожную болезнь) заставил их разрешить евреям уйти из Египта, словом - это
историческое свидетельство показывает, что евреи - если не более древний, то, во всяком случае,
издревле более почтенный народ, чем египтяне.

Правда, в египетских преданиях не нашли ничего, что подтверждало бы свидетельство Библии; но
здесь рассказывалось о том, что Египет был долгое время под властью азиатских кочевников -
гиксосов. Как известно, азиатскими кочевниками были и евреи; следовательно, гиксосы и евреи одно
и то же, и даже из египетских источников видно, что евреи некогда были хозяевами Египта.

В древности такой способ внушить к себе уважение не был чем-то особенным. Каждый греческий
городок - полис - в борьбе со своими соседями пытался при помощи старинных преданий доказать,
что его граждане искони родовиты и праведны, тогда как противники происходят от негодяев и
подонков общества. При этом ни один старинный рассказ не отвергался, как выдумка: старинность
была гарантией правдивости. Изменялись лишь мелкие подробности, группировка и освещение
фактов, делались сопоставления и отождествления и в результате удавалось доказать все, что только
было желательно. Так же поступили в данном случае и евреи, так же ответили им и их противники.

Они не отвергали в корне еврейского предания, а только исправляли его. «Бог, наслав на египтян
накожную болезнь, заставил их разрешить евреям уйти из Египта». «Заставил их разрешить уйти»
явно еврейская версия: в действительности, боги, наслав на египтян накожную болезнь, заставили их
изгнать евреев из Египта. За что же изгнать? Очевидно, рассуждали противники евреев,
модернизируя древность по образцу событий их времени, за то, что еврейский культ оскорблял
египетских богов. В таком виде мы находим рассказ об исходе евреев из Египта у древнейшего
историка, писавшего по этому вопросу, Гекатея Абдерского.


                                               38
Египетский жрец Манефон, как особенно чувствительно задетый еврейской версией, пошел еще
дальше: «Боги наслали на египтян накожную болезнь»... На каких египтян? Конечно на
совершивших грех, а не на праведников! Но ведь грех-то совершили евреи... Стало быть, египтяне,
постигнутые накожной болезнью, и были евреи: это вполне согласовывалось с ходким во времена
Манефона обвинением евреев в телесной нечистоплотности. Итак, боги наслали на злодеев из числа
египтян накожную болезнь и заставили, таким образом, изгнать их из Египта; эти изгнанные
египетские злодеи и наименовались впоследствии евреями.

Оставалось объяснить, каким образом в Египте мог занимать видный пост еврей Иосиф. Манефон
объяснил это, по-видимому, так: вождем злодеев-египтян был египетский жрец Озарсиф. Когда
изгнанные приняли культ Иеговы, он исключил из своего имени часть, произведенную от
египетского бога Озириса, и заменил его Иеговой: из Озарсифа получился Иосиф. Так как Манефон
вдобавок смешал Иосифа с Моисеем, то у него имя Озарсиф носил Моисей.

Таким образом, низкое происхождение еврейского народа стало доказанным фактом, и с этих пор
эта версия становится общепризнанной в греко-римской науке. Велльгаузен (Isr. u. jud. Gesch. 4, 12)
полагал, что представление о евреях, как о народе низкого сбродного происхождения, возникло
вследствие широкого прозелитизма - евреи принимали в свою среду людей самого низкого пошиба.
Но мы уже видели, что еврейский прозелитизм имел самые ограниченные размеры; объяснение
Велльгаузена поэтому отпадает.

В действительности, это обвинение - результат только что разобранной полемики, шедшей под
знаком озлобления и ненависти к евреям; как мы видели (стр. 47 сл.), антисемиты тщательно
штудировали Библию в своих целях; а в самой Библии (как указал Штегелин, о. с. 14, пр. 1)
говорится о том, что вместе с евреями ушло из Египта «множество различных людей» (epimiktos
polos Exod. 12, 38), и далее во время пути, наряду с сынами Израилевыми, упоминаются
«сбежавшиеся подонки общества» (Num. 11, 4) и это могло для антисемитов древности служить
добавочным доказательством низкого происхождения евреев. Цельс, платонический философ II в. по
Р. Х., подводил итог всей этой полемике; его рассуждения могут служить доказательством того, что
обвинение евреев в низком происхождении возникло именно таким путем, как мы указывали. Он не
опровергает достоверности Библии, но только указывает на то, что в еврейском предании якобы
«много темных и двусмысленных слов, окутанных тайной и мраком», и поэтому «евреям удается
объяснить их, как им угодно, беседуя с невеждами и дураками»; к сожалению, «в течение столь
долгого времени никто не занялся даже опровержением их толкований».

Евреям действительно удается доказать, что их происхождение восходит к глубокой древности: они
в самом деле «ведут свой род от живших в глубокой древности... шарлатанов и бродяг (намек на
исход евреев)»! Его окончательный вывод: евреи - беглые египетские рабы.

Попытка евреев доказать свое высокое происхождение была заранее обречена на неудачу, так как
«азиатские варвары», с точки зрения античности, никак не могут равняться в родовитости с
эллинами.

Поэтому евреи чаще шли по другому пути; как мы видели, они становились на демократическую
точку зрения и доказывали, что происхождение вообще не имеет никакого значения: главное - это
справедливость и мудрость. А исключительная непревзойденная мудрость и справедливость
еврейской Библии, конечно, была для евреев аксиомой. Образчиком еврейского самомнения может
служить ст. 218 сил. III кн. Сивиллы - еврейского псевдоэпиграфа египетской эпохи.

Евреи - это «племя справедливейших людей, думающих всегда лишь о добрых и благородных
делах». Они не занимаются праздными вещами (в эту категорию ст. 221-229 наряду с птицегаданием
и т. д. отнесена также вся античная наука - астрономия, физика и т. д.), «так как эти занятия только
утомляют дух, не принося человеку никакой пользы»... «Нет, они думают о справедливости и
добродетели; нет у них корысти, причиняющей смертным тысячи бед, войну и бесконечный голод. У

                                                 39
них верные весы и меры в городах и деревнях, они не занимаются кражами и грабежом, не
обманывают друг друга при размежевании, богатый не утесняет бедного и т. д. и т. д.» Точно так же
в псалме 119 (ст. 99) еврей, вкусивший эллинской науки, восклицает: «Я мудрее всех тех, которые
меня учили!»

И тут самомнение оказалось преувеличенным. Ознакомившись с греческой наукой, евреи должны
были убедиться, что те нравственные начала, которые проводились в Библии, были также
достоянием греческой философии. Однако от выдвинувшихся евреев окружающая их антисемитски
настроенная среда требовала, если они не в состоянии доказать превосходство своей культуры,
признать ее низшей и либо стать эллинами до конца, либо уйти от общественной жизни. Доказать
превосходство своей культуры было для евреев вопросом жизни и смерти. И при еврейской
находчивости и изворотливости такие доказательства не замедлили найтись.

Еврейский историк Евполем, живший в Палестине в эпоху маккавейского восстания, по словам
Клемента и Евсевия, «говорит, что Моисей был первым мудрецом и первый дал евреям алфавит; от
евреев заимствовали его финикияне, а греки - от финикиян. Он же впервые составил писанные
законы, данные им евреям» (fr. 1 Fr.). В том, что Моисей был основателем всяческой мудрости,
сходились все еврейские публицисты: приближенный известного своим юдофильством египетского
царя Птоломея VI Филометора еврей-философ Аристобул, посвятивший свое сочинение этому царю,
доказывал, что Пифагор, Сократ и Платон заимствовали свое учение у Моисея (Eus. pr. er. XIII, 12),
даже Гомер и Гезиод черпали у Моисея. То учение, которое приписывается Гераклиту, было уже
задолго до него открыто Моисеем (Philo, quis rer. div. her. 43). Моисей уже задолго до стоиков
пришел к стоицизму (Philo, de migr. Abr. 23).

Конечно, доводы этих публицистов были малоубедительными для греков; более ловкие и более
шовинистически настроенные журналисты выпустили ряд «еврейских произведений под языческой
маской», выдавая за авторов этих произведений египтян или греков, иногда знаменитых писателей
греческой древности, и влагая им в уста или слова, свидетельствующие о превосходстве еврейских
религиозных представлений, или о признании за евреями права на первенство в науке.

Особенно интересен дошедший до нас в отрывках труд, написанный неизвестным египетским
евреем и вложенный в уста египетского жреца Артапана. «Авраам, - говорит он (fr. 1 Fr.), - пришел в
Египет со всей своей семьей и научил египетского царя Фаретота астрологии». «Иосиф был
устроителем всей египетской страны. До него у египтян не было установленных земельных границ и
вследствие того, что земля не была поделена, сильные притесняли слабых. Иосиф первый поделил
землю на участки, поставил пограничные знаки и большое количество стоявшей под паром земли
сделал годной для обработки, причем часть пашни раздал жрецам» (fr. 2 Fr.2). «Моисей был прозван
греками Мусеем.

Этот-то Моисей и был учителем Орфея» (fr. 3 Fr. 4; по греческой легенде, Мусей был не учителем, а
учеником Орфея). «Когда Моисей вырос, он научил египтян многим полезным вещам:
кораблестроению, машинам для кладки камней, египетскому вооружению, оросительным и военным
орудиям; он же изобрел и философию» (fr. 3 Fr. 4).

Далее, Артапан приписывает Моисею изобретение египетской религии и затем продолжает:
«Моисей чтился жрецами наравне с богами, ему дали имя «Гермес» за то, что он дал им толкование
(«герменею») иероглифов» (fr. 3 Fr. 6). Затем Моисей совершает победоносный поход в Эфиопию.
«Эфиопы, хотя и были врагами, так полюбили Моисея, что усвоили от него обычай обрезания, и не
только они, но и все египетские жрецы» (fr. 3 Fr. _ 10; по противоположному взгляду антисемитов,
евреи, наоборот, заимствовали обрезание от египетских жрецов). «Моисей ударил посохом по Нилу,
и река стала такой многоводной, что залила весь Египет. Отсюда берут начало разливы Нила» (fr. 3
Fr. 28).

Далее, целый ряд нравоучительных изречений и предсказаний в духе еврейской религии был

                                                40
выпущен в свет под именем старинной греческой пророчицы Сивиллы; ряд поучительных стихов
такого же характера был вложен в уста Фокилиду, Эсхилу, Софоклу, Еврипиду, Филемону и
Менандру, были сделаны обширные интерполяции в произведения историков - Феопомпа,
Гелланика, Гекатея и др.

См. Шюрер, о. с. 553-629.

И к этим подделкам нельзя подходить с меркой и оценкой нашего времени. И псевдоэпиграфика, и
интерполяции были широко распространенным приемом в древней литературе, чему в высшей
степени способствовало отсутствие печатного станка. В древности было самым обычным явлением
выпускать книгу под чьим-либо громким, чужим именем, особенно под именем писателя седой
древности. Особенно в моде это было как раз для пропаганды новых религиозных учений. Так,
учения орфической религиозной школы были изданы под именем мифического Орфея и т. п. Точно
так же и интерполяции с политической или религиозной целью были обычным явлением в древней
литературе, начиная уже с Гомера (некоторые части «Каталога Кораблей» заведомо вставлены
позже, в эпоху Лисистрата, с политической целью.

Таким образом, еврейские литераторы только следовали в этом установившимся тогда повсюду
литературным нравам - они были не лучше и не хуже других. Их преемники - христианские
литераторы пошли по их стопам. Слова Иосифа Флавия об Иисусе (Atn. XVIII, 33) несомненная
тенденциозная христианская интерполяция. Таким образом, надо иметь крайне предвзятые взгляды,
чтобы видеть в этих фальсификациях какую-то специфическую еврейскую особенность, как
поступает, например, Бек (Boeckh, Gr. Trag. Princ. p. 146), говоря: ученые евреи подделали много
стихов славнейших из греческих поэтов, по причине скорее бессовестного, чем благочестивого
коварства, присущего еврейской природе (impia magis q. pia fraude, hebraerum nat. insita).

Если отбросить морализирующие и оценочные рассуждения, то Фрейденталь (о. с. 189-194), в
общем, прав, говоря, по этому поводу: «Всякое время и его произведения должны быть разбираемы
по его собственным принципам, чужая мерка неприложима... Псевдоэпиграфика проникла в
еврейский эллинизм из Греции. Древнееврейская литература не знает псевдоэпиграфов... У греков,
наоборот, искусство литературного фальшивомонетчества так же старо, как их проза. Первым
пустившим его в ход был никто иной, как сам благородный Солон (Piut. Sol. 10), который в
патриотических целях интерполировал Гомера.

За ним следует пресловутый Ономакрит, который, согласно древней традиции, не только
провинился в таком же преступлении по отношении к Гомеру, но также написал гимны,
предсказания и оракулы, ложно приписав их Орфею и Мусею; его обман был обнаружен, и он был
изгнан Гиппархом. Но только после Ономакрита эта литература разрослась столь пышным цветом,
что Геродот часто был вводим ею в обман, Аристофану она давала материал для самых веселых его
шуток, а Платону - для горьких жалоб. Но можно ли сравнить псевдоэпиграфику геродотовского и
платоновского времени с нелепо-шарлатанской псевдоэпиграфикой александрийского времени,
обязанной своим происхождением тщеславию, корыстолюбию и партийным проискам?..

Нет ни одной интерполяции, сделанной еврейским эллинистом, нет ни одного псевдоэпиграфа,
который не имел бы греческого прототипа в интерполяциях поэтов и прозаиков, в подложных
письмах, декретах, оракулах и предсказаниях, в орфических и сивиллиных стихах, в подложных
лирических, драматических и гномических произведениях, в религиозных, исторических и
философских трудах. Достаточно представить себе хотя бы бесконечное количество столь чреватых
влиянием христианских псевдоэпиграфов, апокрифических евангелий и Деяний Апостольских,
подложных откровений и писем вплоть до Исидоровых декреталий и еще более поздних подлогов».

Напрасно только Фрейденталь, ослепленный еврейским национализмом, утверждает, что
древнееврейская литература не знает псевдоэпиграфов: все Пятикнижие, поскольку оно
приписывается его составителями Моисею, - грандиозный псевдоэпиграф, вернее - три или более

                                               41
псевдоэпиграфов, составленные в разное время и умышленно приписанные составителями их
одному и тому же человеку - Моисею. Таким образом, евреи были не лучше и не хуже греков:
псевдоэпиграфика характерна для литературных нравов всей древности.

Более серьезным является вопрос о прямой фальсификации, о заведомом, ни на чем не основанном
измышлении исторических фактов. Здесь уже нельзя ссылаться на греческую историческую
литературу, в которой, правда, были обычным явлением жонглирование случайными аналогиями,
наивные этимологии, легкомысленные, ненаучные выводы и обобщения и т. д., но заведомое
измышление исторических фактов все же не было обычным. Наоборот, представители еврейской
светской историографии все, исключая одного только Деметрия, обвиняются в подобных
искажениях, причем такое обвинение бросается им не только учеными, относящимися к евреям
несочувственно, но и таким националистически настроенным еврейским ученым, как Фрейденталь;
и он характеризует работу этих историков как «беспочвенные измышления», как «ответную ложь»,
как «смелые выдумки и заключения».

Ввиду высоких научных достоинств книги Фрейденталя и ввиду того, что от него, как от
националистически настроенного еврея, менее всего можно было бы ждать слишком сурового
отношения к еврейским историографам, его мнение получает в нашем вопросе особый вес. Вот
почему прежде, чем перейти к разбору вопроса о еврейской фальсификации, необходимо
познакомить читателя с мировоззрением Фрейденталя.

Фрейденталь, как я сказал уже, националист, но националист, которого опыт трехтысячелетней
истории еврейства ничему не научил. Он всецело стоит на точке зрения «народов-хозяев», по
которой отличительными признаками национальности являются своя территория, своя резко
отграниченная от других культура и, прежде всего, свой язык. «Язык - не только орудие мышления,
но и его источник. Как только воды этого источника иссякают и становятся мутными, уже не может
процветать свободное и красивое духовное развитие. (Собственный) язык народа - источник всей его
духовной жизни» (о. с. 195).

Поэтому Фрейденталь относится с симпатией только к еврейству древнейшей эпохи;
эллинистическое еврейство, в сущности, не имевшее ни своей территории, ни своей резко
отграниченной культуры, ни своего языка, - с его точки зрения, только заблудшее стадо: разница
между фрейденталевской философией еврейской истории и философией Библии лишь в том, что для
составителей Библии грех евреев состоит в отпадении от Иагве, а для него в отпадении от
еврейского языка.

Но, с другой стороны, Фрейденталь - прямой наследник Евполема, Артапана и им подобных: и он
твердо убежден, что евреи в нравственном отношении неизмеримо выше всех других народов (по
крайней мере, древности). Поэтому задача книги Фрейденталя двоякая: 1) показать, что
эллинистически-еврейские писатели были отбросами еврейства, и 2) показать, что даже эти отбросы
в нравственном отношении были ничуть не хуже того эллинского общества, которое, втянув их в
свою культуру, загрязнило их непорочную еврейскую душу эллинской мерзостью («Die Mehrzahl d.
jud. Hellenisten verfiel in alle Fehler der entart. Griechlinge», стр. 198).

Для того, чтобы доказать первое положение, Фрейденталь утверждает, что настоящая еврейская
литература (на еврейском языке) чужда даже псевдоэпиграфики, тогда как еврейско-
эллинистическая литература изобилует ложью и фальсификацией. Для доказательства второго
положения он старается показать, что все те недостатки, которые свойственны евреям-эллинистам -
общи для всей эллинистической литературы. Доказательства первого положения, как мы увидим,
неубедительны; второе положение Фрейденталь доказал фактами, но так как евреи-эллинисты,
вопреки мнению Фрейденталя, не отбросы, а лучшие представители еврейства, то и эти факты не
дают права сделать заключения о нравственном превосходстве евреев над греками.

Фрейденталь обвиняет еврейскую историографию во лжи и измышлении фактов. Конечно, ввиду

                                               42
утраты огромного большинства исторических трудов древности, в большей части случаев трудно
судить, что позаимствовано из ненадежного или плохо понятого источника, что есть результат
недостаточно строгих научных приемов и что есть заведомое измышление, ложь. И тем не менее для
еврейской историографии, как указывает сам Фрейденталь, еще не совсем утеряна ее связь с
первоисточниками.

Так, если псевдо-Артапан утверждает, что Авраам изобрел астрологию, то он (быть может, через
анонимного самаритянского историка) восходит в Берросу: единственный домысел Артапана -
произвольное отождествление «праведного мужа» Берроса с Авраамом на основании весьма шатких
хронологических соображений - обычное явление для эпохи религиозного синкретизма, когда
тысячи умов были заняты отождествлением богов и героев различных религий (Freudenthal, 94).

Точно таким же образом и Моисей был отождествлен с Гермесом, который уже раньше был сближен
с египетским Тотом. Гермес - слово, созвучное с «герменевт» (характерная для эллинизма наивная
этимология) и означает «истолкователь» (Артапан, fr. 3 Fr. 6). Моисей также назван истолкователем
воли Божьей (Exod. 4, 12 слл., 20, 19); следовательно, Моисей и Гермес - одно лицо. На основании
такой же этимологии Моисей был отождествлен и с Мусеем.

Таким образом, Артапан и счел себя вправе приписать Моисею все то, что египетская легенда
приписывала Тоту - Гермесу. Точно так же не еврейская историография, а сама греческая наука со
времен Геродота не переставала указывать, что вся греческая культура, в частности, алфавит,
позаимствованы с Востока, а так как для евреев было аксиомой, что из всех народов Востока они
были древнейшим и культурнейшим, то, конечно, они отсюда делали вывод, что они-то и являются
изобретателями всей культуры (Фрейденталь, 117, 192), вывод тем более для них необходимый, что
только признание эллинской науки, проистекающей из еврейской, давало им право заняться ею,
несмотря на то, что она чужда еврейскому Закону (P. Kruger, о. с. 20-21).

Ясно поэтому, что вся отрасль еврейской литературы должна была вызвать и вызвала полемику в
греко-римском мире. Еврей-эллинист нашего времени Теодор Рейнак (Textes d’auteurs grecs et
romains, Paris, 1895, prеface, XII) говорит: «Вместо того, чтобы скромно радоваться случайным
совпадениям между их религией и философией греков, евреи претендуют на то, что вся эллинская
мудрость имеет источником Пятикнижие; таким образом, Платон, Аристотель и Зенон оказываются
плагиатами Моисея. Конечно, эта претензия должна была вывести из себя самолюбие
эллинистического общества, которое не желает, чтобы его поучала маленькая группа варваров,
только что появившаяся на сцене и о которой никто ничего не слышал до Александра...»

Полемика древних пыталась поставить вверх ногами еврейские теории: не эллинская наука имеет
источником Библию, а наоборот, все еврейские учения позаимствованы ими у других народов. «Если
евреи, - говорит Цельс (у Оригена, с. Cels V, 43), - гордятся тем, что они якобы посвящены в высшую
мудрость... (то они неправы), ведь уже давно известно, что даже их учение о небе (Цельс путает
культ неба с единобожием. - С. Л.) заимствованное: не говоря уже о других народах, это исконный
взгляд персов, как свидетельствует Геродот (I, 131)... Нельзя также считать их более святыми
людьми, чем прочие, по той причине, что они подвергаются обрезанию: в этом их
предшественниками являются египтяне и колхи.

Точно так же в воздержании от свиного мяса их предшественники - египтяне, которые сверх того
воздерживаются еще от козьего, овечьего, коровьего и рыбьего мяса».

В приведенной еврейской литературе евреи выставляются мудрейшей и даровитейшей нацией.
Полемисты-антисемиты утверждали обратное - евреи тупы, невежественны и легковерны.
Аполлоний Молон выдвинул впервые обвинение, подхваченное и в нынешней антисемитской
литературе: «Евреи - самые тупые из всех варваров, и потому они - единственный народ, не
сделавший ни одного полезного в жизни практического изобретения» (fr. 27, DR).


                                                43
«Евреи не выдвинули из своей среды ни одного замечательного или выдающегося человека ни в
области практических наук, ни в области (теоретической) мудрости», - повторяет вслед за ним
знаменитый Апион (Апион, fr. 63 DR. 6). «Евреи не создали ничего замечательного», - вторит им
Цельс (fr. 88 R. 8). Таким образом, взятое якобы из жизни наблюдение, что евреи не создали ни
одного выдающегося самостоятельного ученого и что вся их культура заимствованная, как должен
признать и Штегелин (о. с. 25), в действительности, следовательно, возникло только в результате
полемического задора.

Только в одном отношении эллинская полемика, говоря о еврейской тупости, верно подметила
особенность еврейской психологии. Как мы видели выше, еврейская Сивилла с гордостью заявляла,
что евреи не занимаются праздными вещами, какими, по ее мнению, являются естественные науки и
искусства: все помыслы евреев были обращены на науку о добродетели. Именно эту узость, этот
педантизм и неумение воспламениться стройной связью явлений и красотой форм в природе и
искусстве, независимо от ее пользы для самоусовершенстования, эту эстетическую ограниченность и
отсутствие сердечного жара, греки называли «холодностью», psychrotes.

Под понятие «холодности» греки подводили, по-видимому, и невосприимчивость к чарам любви,
почему Мелеагр Гадарский, элегический поэт II в. До Р. Х., в шуточном стихотворении находит
нужным указать, что евреи при всей их «холодности», в этом отношении безупречны. Обращаясь к
своей бывшей возлюбленной, вступившей, по-видимому, в число sebomenoi, он говорит (fr. 24 R).

Нежная Демо! Скажи: кто в объятьях твоих разжигает
Тело тобою своё? Сердце порвалось в груди!
Видно, к субботе любовь охватила тебя... Не дивлюсь я:
И средь холодных суббот царствует пылкий Эрот!
Равным образом и поздний писатель Рутилий Намациан (De reditu suo), отметив в стихах 385-386
слепоту евреев к красотам природы, называет евреев:
Глупых теорий источник, с холодной субботой на сердце,
Сердце же еще холодней самой религии их.

Наконец, в легковерии и невежестве евреев обвинял Мнасей Патарский (fr 19 R). Цельс (fr 88 R, 4;
Orig. c. Cels. IV, 33), Гораций (Sat. I, 597 слл. credat Judaeus Apella) и, если верить Аммиану
Марцелину, император-философ Марк Аврелий (Rer, gest. 22, 5, 5).

Но древние нашли еще одно доказательство несостоятельности еврейских претензий, особенно
интересное для нас потому, что оно в русской истории приписывается князю Владимиру Святому:
очевидно, оно проникло в русскую традицию из Александрии при посредстве Византии. Апион (fr.
63 С R) говорил: «Доказательством того, что еврейские законы не отличаются справедливостью, ни
Бог не чтится евреями, как надлежит, может служить то, что они сами (не добились власти), но
рабствуют различным народам, и что на их город обрушились все мыслимые несчастья». Вслед за
ним и Цельс (fr. 88 R, _ 11) замечает: «Не похоже и на то, чтобы Бог отличал их и любил больше
других народов, или чтобы они имели исключительную привилегию получать непосредственные
веления с неба, или чтобы их страна была особо блаженной. Всякий видит, какова судьба и их самих,
и их страны».

2. «Еврейская низость»

Выше я говорил уже о выработавшейся у евреев способности не реагировать немедленно,
рефлексивно на наносимые им оскорбления. Такое поведение, с точки зрения древней морали, было
недостойно свободного человека; так поступать могут только рабы. Отсюда и пошло наименование
евреев прирожденными рабами. Так, Апион (fr. 63, DR. 5) говорит, что евреи постоянно были рабами
того или иного народа, Цицерон (de provinc. consul. V, 10) называет евреев «народом, рожденным
для рабства», Тацит (Hist., V, 8) именует их «презреннейшими из рабов». В результате соединения
этого взгляда на евреев с баснями об исходе из Египта получилось наименование евреев

                                                44
«бежавшими из Египта рабами» (Цельс, fr. 88 R. 8; Orig. c. Cels. IV, 31). В книге «Юдифь»,
проецирующей, как мы видели, в персидские времена обстоятельства греко-римской эпохи, оба эти
обвинения вложены в уста персов: дважды (14, 13; 14, 17) евреи презрительно названы «рабами», а
один раз даже «Народом (рабов, бежавших) из Египта» (6, 5).

Таким образом, естественно, что эта особенность еврейского характера вызывала живейшее
презрение со стороны греков. Так, из сообщения Иосифа Флавия мы узнаем, что Александр Янней
не хотел брать к себе на службу сирийских наемников, вследствие врожденного отвращения
сирийцев к евреям. Далее, как сообщает Плутарх (Anton. с. 36), римляне никогда не позволяли себе
наносить оскорбления царственным особам и предавать их публичной казни: единственным
исключением был еврейский царь Ангигон, который был с позором проведен пред толпой и затем
обезглавлен. Сын Августа, Гай, при своем путешествии по Востоку, миновал Иерусалим, и Август
вполне одобрил его поведение (Mommsen, Rom. Gesch, V, 498).

Любопытно поведение Веспасиана и Тита после трудной победы над Иерусалимом. В Риме было
принято давать полководцам титул в связи с названием того народа, над которым они одержали
победу: например, одержавший победу над дакийцами, получал титул Imperator Dacicus, над
германцами - imperator Germanicus и т. д. Победа над евреями была одной из труднейших побед,
первоклассным воинским подвигом, как свидетельствует сам Тит в надписи на воздвигнутой им
триумфальной арке (CIL. VI, 944). Поэтому им по справедливости был предложен титул imperator
Judaicus и триумф. Но они приняли титул Imperator, устроили торжественный триумф, но от Judaicus
титула категорически отказались (Dio Cass. fr. 109 R, 7). Как ни лестно было быть почтенным за
победу над сражавшимся с мужеством отчаяния евреями, носить титул Judaicus - «жидовский» -
было слишком зазорно!

Следы такого отношения к евреям мы находим и в еврейской литературе этого времени. В «Юдифи»
(8, 23) мы читаем: «Мы будем рабствовать среди язычников и будем предметом насмешек и
оскорблений для наших хозяев». В «Эсфири» (3, 6) Аман, придворный персидского царя, но по
одной из версий македонянин (так называлось в Египте господствующее греческое сословие) хочет
наказать Мардохая за то, что тот не воздал ему должного почета. «Но ему (Аману) казалось
зазорным самому наложить руку на Мардохая, так как ему сообщили, к какому народу принадлежит
Мардохай».

Поэтому евреи - любимая мишень для насмешек. Над ними издеваются, встречая их; они - любимый
персонаж на подмостках мима. Рабби Аббагу из Цезареи в Мидраш еха раббати (введение 17,
цитировано у Блудау, о. с. 54), рассказывает, что язычники высмеивают евреев в театрах и цирках.
Он рассказывает о всякого рода глупых и колких шутках и клоунадах, которые обычно можно
слышать по адресу евреев со сцены мима. Филон рассказывает, что прибывший в Александрию
еврейский царь Агриппа подвергся всевозможным оскорблениям и насмешкам, взятым из мима. На
следующий день была разыграна пантомима о еврейском царе, где оба любимых типа мима -
«евреи» и «царь» - были слиты в образе еврейского царя.*

Отражение этих издевательств и глумлений мы находим в псалмах. «Нас презирают наши соседи:
насмешками и руганью осыпают нас окружающие» (79, 4). «Все, кто меня ни встречает,
насмехаются надо мной, презрительно поджимают губы и вздергивают голову» (22,8).
«Иноплеменники, слыша о нас, презрительно вздергивают голову» (44, 15). «(Видя меня), они
кричат: «Гы! Гы!» (70, 4; 40, 16). «Многие смотрят на меня, как на чудище» (71, 7). Презрение к
евреям настолько вошло в обиход, что наименование еврея получило, наконец, нарицательное
значение в смысле всего грязного, некрасивого.

Так, Клеомед, ругая Эпикура за его скверный стиль, говорит: «(Его язык) взят из самой гущи
синагоги и толпящихся вокруг нее нищих: в нем есть что-то плоское, жидовское и ползущее по
земле, как пресмыкающееся» (fr. 121 R). Марциал в одной из своих эпиграмм (VII, 30) хочет описать
неразборчивость римской кокотки Целии. Она не только отдается парфянам, германцам и т. д. «Нет!

                                                45
Она доходит даже до того, что не брезгует объятиями обрезанных жидов!»

В псалме 44, 15 мы читаем: «Наше имя Ты сделал поносной кличкой у язычников». Сходное
свидетельство и в псалме 102, 9: «Мои враги непрестанно оскорбляют меня: они уже клянут друг
друга моим именем». Но особенно интересен александрийский мартиролог Р. Ох. Х 1242.

Гермаиск заявляет, что римский сенат наполнен евреями. Когда Траян этим возмущается, Гермаиск
говорит: «Ага! Значит, неприятно, когда обзывают евреем!»

В виду привычки древних к образному мышлению понятие «грязный» в нравственном смысле скоро
было перенесено и на внешний облик еврея, как сплошь и рядом и наоборот: внешние физические
недостатки, особенно изъяны на поверхности кожи, независимо от их происхождения, часто служат
в древности признаком низости души. В басне Архилоха Лисица говорит Обезьяне, получившей
шрам, попавшись в западню: «Тебе ли, Обезьяна, с таким задом (быть нашим царем)!» В басне Эзопа
«Лисица и Крокодил» (37 Halm) низость происхождения Крокодила доказывается тем, что его кожа
покрыта рубцами.

Равным образом и Моисей, который считался у антисемитов образцом нравственной испорченности
(ср. Ар. II, 14, Cels. y Orig. c Cels. I, 23), изображается страдающим накожной болезнью (см. ниже),
тогда как еврейский историк Псевдоартапан изображал подверженным накожной болезни гонителя
евреев фараона Хенефрея (fr. 3 Fr. 20). Если Тацит (Hist. V, 5) говорит, что «еврейские обряды -
нелепы и грязны», или если Рутилий Намациан (de red. suo I, 384, 387) называет евреев «скотами»
(animal) и «непотребным племенем», то они еще держатся на рубеже этих смыслов; другие авторы и
тот же Тацит в других местах говорят с презрением и о самой внешности еврея. Относящиеся сюда
свидетельства можно разбить на две группы: 1) жиды - вонючие и 2) жиды - паршивые. О дурном
запахе, издаваемом евреями, мы впервые узнаем из эпиграммы Марциалла (IV, 4), посвященной его
другу Бассу, у которого дурно пахло изо рта:

То, чем от сохнущей лужи часто пахнет...
Чем, натощак, от всех шабашу верных...
Лучше мне нюхать, чем, Басс, твое дыханье.
(Вольный перевод Фета.)

Другое подобное свидетельство мы находим у Аммиана Марцеллина (Rer. gest. XXII, 5, 4-5). Он
рассказывает: «Когда император Марк Аврелий проезжал по Палестине, часто в нем вызывали
омерзение встречавшиеся ему вонючие и суетливые евреи, так что, наконец, он с огорчением
воскликнул: «О маркоманны, о квады, о сарматы, наконец, я нашел народ еще менее культурный,
чем вы!»

Целая масса свидетельств обвиняет евреев в подверженности парши. Перевод этот, правда, неточен:
в источниках чаще говорится, по-видимому, о других накожных болезнях. Но так как моя работа не
претендует на медицинское значение, то да будет мне позволена эта небольшая «модернизация».

Источником для этих обвинений послужила сама Библия, которая, как мы видели, в греческом
переводе была постоянно штудируема александрийскими антисемитами; отсюда-то они и почерпали
материал для своей версии об исходе евреев из Египта. В «Исходе» (Exod 9,9) мы действительно
читаем: «И будут на людях и на скоте накожные воспаления переходящие в струпья, во всей земле
Египетской... И сделалось воспаление с нарывами на людях и на скоте». Мы уже видели выше, как
александрийские интерпретаторы пришли к выводу, что эта накожная болезнь поразила самих же
евреев, что евреи не что иное, как позднейшее наименование изгнанных из родины паршивых
египтян.

Например. Почему евреи не едят свиного мяса? Потому что они особенно предрасположены к
парше, а так как свинья обычно страдает накожными воспалениями, то они боятся от нее заразиться

                                                 46
(Plutarch. Anton. с. 36; Tacit. Hist. V, 4).

Почему суббота (sabbaton) так называется. Это название происходит от египетского слова Sabbo или
sabbatosis, означающего накожное воспаление (Arion, fr. 63 В. 3).

Почему евреи чуждаются близкого общения с иностранцами? Потому что они болеют паршой, и,
если бы эта зараза распространилась на их соседей, то возненавидели бы их. Эта предосторожность,
первоначально вызванная, таким образом, практическим расчетом, постепенно превратилась в
нравственно-религиозную догму (Just. XXXVI, 1-3 fr. 138 R).

Почему (александрийские) евреи называют Моисея «альфа»? Потому что его тело было покрыто
паршой (alphoi). Такое объяснение давали: современник Апиона - Никарх (fr. 61 R), александриец же
Птоломей Хенн, живший в эпоху Траяна и Адриана (fr. 74 bis R) и писавший в IV в. по Р. Х.
Гелладий (fr. 117 bis R).

Правильно ли сложное объяснение происхождения взглядов о еврейской нечистоплотности -
нравственной и физической, которое мы дали выше? Не вернее ли будет предположить, что взгляды
эти явились результатом прямых наблюдений над евреями?

Единственным доводом в пользу того, что обвинение в физической нечистоплотности взято из
жизни, могло бы служить то, что оба обвинения против евреев - и то, что они вонючие, и то, что они
паршивые - снова всплывают в более позднее время. Оба обвинения как бы поделили между собой
европейскую территорию: обвинение в «вонючести» всплывает на средневековом Западе, в
«паршивости» - на востоке, в России. Однако, относительно первого обвинения удалось точно
установить его происхождение: средневековое поверье, будто евреи от рождения имеют особый
специфический дурной запах, faetor iudaicus, явилось выводом из нашего же места Аммиана
Марцеллина, много читавшегося в средние века.

С другой стороны, византийская ученость в значительной мере заключалась в компиляции
александрийской. Мы уже видели, что русское предание об ответе, данном Владимиром Святым
евреям, заимствовано через посредство Византии, из александрийской антисемитской литературы.
Поэтому весьма вероятно, что и русское обвинение евреев в подверженности парше проистекает из
того же источника.

Если, таким образом, поскольку речь идет о физической нечистоплотности, наше объяснение
является наиболее правдоподобным, то поскольку речь идет о нечистоплотности в духовном смысле,
наше объяснение является единственно возможным.

Вопрос заключается только в том, как поступали евреи в тех встречавшихся на каждом шагу
случаях, когда их национальный закон шел вразрез с общегосударственным или когда тот или иной
закон был направлен непосредственно против евреев. Мученичество за национальные особенности -
нередко в истории еврейства; но можно ли допустить, чтобы евреи во всех таких случаях открыто не
исполняли законов, т. е. чтобы такому мученичеству евреи подвергали себя изо дня в день? Это a
priori невероятно, так как при этом условии было бы невозможно то мирное преуспеяние, тот
экономический расцвет, который мы видим у евреев диаспоры.

И в действительности этого не было: источники говорят нам, что уже в древности евреи нашли из
этого, казалось бы, безвыходного положения тот выход, который спасал их и в позднейшее время.
Этот выход - взятка. В ряде документов V в. до Р. Х., написанных евреями египетской колонии
Элефантины, о взятке говорится, как о естественной вещи; см. Волков, ук. кн. «Исторический
роман», написанный в египетской диаспоре, так называемая «III кн. Маккавеев», также говорит об
«еврейской взятке», как о нормальном бытовом явлении (2, 32). Здесь рассказывается, что царь
Птоломей IV предписал всех евреев, не желающих посвятить себя в культ Диониса, лишить и
привилегий и внести в списки простонародья, не пользовавшегося в Египте гражданскими правами.

                                                47
Но согласились посвятить себя только немногие - «те, которые ради гражданских прав в государстве
готовы были презреть государство благочестия... Большинство же проявило благородную твердость
души и не сошло со стези благочестия. Чтобы можно было жить без страха, они дали (необходимые)
взятки, и таким образом пытались спасти себя от внесения в списки»... Когда затем издается новый
указ об избиении всех внесенных в списки евреев, писцы заявляют, что евреев слишком много,
чтобы можно было составить полный список. У античного читателя, естественно, должно было
явиться подозрение, что и этот ответ явился результатом данной писцам взятки; автор разубеждает
его в этом: угрозы царя были слишком серьезны, чтобы писцы решились прибегнуть к такой
отговорке только из-за данных им (евреями) подарков... (4, 19). Наконец, когда глубокочтимому
рабби Иоханану сообщили о завоевании Вавилонии магами, он упал в обморок при мысли об участи,
ожидающей евреев; но, когда ему сказали, что маги охотно берут взятки, он сразу успокоился
(Талмуд, Iebamoth, 63 b - Евр. Энц. V, 25). Характерный анекдот!

Любопытно, что в то время, как с точки зрения нынешнего читателя, факт неполной надежности
евреев относительно исполнения ими государственных законов кажется самым тяжелым обвинением
против них, антисемитов древности эта особенность евреев не поразила. Дело в том, что для древних
религия была государственным установлением - определенной границы между религией и моралью
не было; поэтому, с их точки зрения, было естественно, что человек, исповедующий не ту религию,
которая принята государством, должен и жить по иным законам. Действительно, кроме эдиктов
Ксеркса и Птоломея IV в греческих дополнениях к книге «Эсфири» (2, 4) и в так наз. III кн.
Маккавеев (3, 5) - апокрифических, но характерных для раздававшихся против евреев обвинений - я
могу вспомнить только одно место - ст. 100 четырнадцатой сатиры Ювенала - где евреям вменяется
в вину нарушение государственных законов: «Они постоянно пренебрегают римскими законами и
чтут еврейское право»...

Выработавшейся у евреев диаспоры особенностью было, с одной стороны, уменье быстро
ориентироваться в новой обстановке и приспособиться к ней; с другой, исключительное упрямство в
стремлении к достижению лучших жизненных условий - «Unnachgiebige Zahigkeit», по
квалификации Моммзена (о. с. 492). Выше (стр. 121 сл.) мы уже указали на те причины, которые
заставляли евреев с большей энергией стремиться к занятию видного служебного или
экономического положения, чем другие национальности.

И именно потому, что несмотря на эту энергию, евреям по причине правительственного и
общественного антисемитизма лишь крайне редко удавалось добиться видного положения в
государстве, «мечта о чине» становится излюбленной мечтой, своего рода idee fixe еврейской
интеллигенции. Почти каждое литературное произведение послемаккавейской эпохи имеет
излюбленным героем еврея, занявшего видное положение в «языческом» обществе: книга «Эсфири»
- Мардохая и Эсфирь, книга Даниила - Даниила, греческая псевдоэпиграфическая книга Эздры -
Зоровавеля, в легенде, легшей в основу так наз. III кн. Маккавеев, как мы узнаем из Иосифа Флавия
(с. Ар. II, 5) такой героиней первоначально была еврейка - наложница Птоломея Итака. В той же III
кн. Маккавеев автор мечтает о том, как евреи «достигли большой власти среди врагов, стали
предметами почитания и страха» (7, 21).

Эти особенности характера евреев античной диаспоры явились главным пунктом обвинения для
исследователей нашего времени, пытающихся создать новый «психотипологический» антисемитизм.
Так напр., Эд. Мейер (G. d. A. III, стр. 216) говорит: «Евреи получили возможность приспособляться
ко всякому положению дел и извлекать из него прибыль: это было законное преимущество, которое
Иегова уже теперь дал своему народу в его соперничестве с язычниками. Евреи во всех областях
показали себя ловкачами, умеющими достигать успеха в жизни; особенно пригодными оказались
они к придворной службе. Если им не препятствовали соблюдать их религию и вести свой
особенный образ жизни, то они оказывались вполне подходящими во всяком деле и к тому же на них
можно было вполне положиться, так как... их интересы вполне совпадали с интересами
правительства.

                                               48
Таким образом, нужно считать вполне естественным, что вместе с еврейством пришел в мир и
антисемитизм». После сказанного мною, читатель сам увидит, что верно и что неверно в этой
тираде; обращу внимание только на то, что античные антисемиты вовсе не удостоили вниманием тех
черт еврейского характера - приспособляемости и упорства в жизненной борьбе - которые привлекли
все внимание нынешних ученых. Что делается внутри еврейства и что содействовало успеху евреев в
жизненной борьбе, их не интересовало - их интересовал только результат этого процесса. Не
еврейская ловкость возмущала их, а «еврейское нахальство», то что евреи, достигшие видного
положения, не только не скрывали, а даже выставляли напоказ свое еврейство (выше стр. 113 слл.).
О ловкости евреев в жизненной борьбе мы ничего в античной антисемитской литературе не слышим.

Зато много внимания в античной литературе было обращено на еврейскую сплоченность. Я уже
указывал на то, что мы найдем ключ к антисемитизму, если будем рассматривать еврейство
древности не как религиозную секту, а как национальное государство без территории. То, что такое
понимание психологически правильно, видно хотя бы из того, что еврейские общины и только
еврейские общины носят название «н а р о д а» (Laos) и, наоборот, никогда не называются, как
обычно другие национальные общины, «сообществом» (synodos).

Далее, во всей еврейской литературе, вплоть до Иосифа Флавия (с. Ар. III, 17), религия понимается
как закон и притом не только как религиозный, но как общий, аналогичный государственному, закон
(ср. P. Kruger, о. с. 20). Равным образом и «мировое государство (polis) праведников» Филона с его
«милым Богу государственным устройством» (politeia) есть только переделанное на философский
лад с искусственным выключением национального характера еврейское мировое государство без
территории: это видно из того, что несмотря на вненациональный характер этого мирового
государства, в нем обрезание является важнейшим и обязательным для всех законом.

Как мы видели выше (стр. 83), евреи старались по возможности устраиваться так, чтобы иметь
собственное общинное устройство и жить по своим законам; где это не удавалось юридически, так
было фактически, так как государственный принудительный аппарат не в состоянии был сделать
брешь в прекрасно закаленной психологии евреев. Евреи всего мира чувствовали себя единым
целым: так, например, когда Агриппа II хотел удержать евреев Палестины от борьбы с римлянами,
он настоятельно подчеркивал в своей речи, что палестинские евреи должны принять в расчет не
только ту опасность, которая вследствие такого поведения угрожает им, но и опасность,
угрожающую евреям, живущим в других государствах**.

Во время осады Иерусалима к евреям пришло на помощь множество их единоплеменников не только
из сферы римского владычества, но и из стран, лежащих по ту сторону Евфрата (Dio Cass. fr. 109 R.
4) и т. д. и т. д. Именно в виду отсутствия внешней принудительности сплочение это было гораздо
более крепким, чем сплоченность граждан уже разложенного индивидуализмом эллинистического
государства.

Помимо тех обязанностей, которые налагало на евреев человеколюбие по отношению ко всем
людям, у них еще был ряд специальных обязанностей по отношению к соплеменникам. В
нравоучительной книге «Товит» этот праведник рассказывает о себе: «Я был добросердечен к моим
братьям и к моему народу» (1, 3). «Если я видел, что кто-нибудь из моих соплеменников умер и
выброшен за стены Ниневии, я хоронил его» (1, 17). Благотворительность и широкая помощь
бедным внутри еврейских общин обращала на себя внимание эллинского мира. Наиболее ярые
римские антисемиты - Цицерон и Тацит - обращают внимание первый (pro Flacco с. 28) - на
единодушие в еврейской среде (guanta concordia), второй (Hist. V. l) - на непреклонную верность
слову и сострадание к ближним внутри еврейских общин (apud еos). В Рар. Ох IX 1205 (291 г. по Р.
Х.) еврейская община в оксиринхе жертвует огромную сумму (14 талантов = 28 тыс. руб. зол.!) на
выкуп еврейки с детьми, бывшей в рабстве у язычников.

Это еврейское государство без территории, эта сплоченность, солидарность и тесная кооперация

                                                49
вызывали сильнейшее недоверие и страх в античном обществе. Признание за государством без
территории права на существование, трудное дело урегулирования его отношений с
территориальными государствами - это вопрос, к разрешению которого человечество не
приблизилось и ныне. Даже для нынешних исследователей эта особенность евреев эллиноримской
диаспоры есть предмет недоверчивого возмущения и мишень для враждебных выпадов. «Еврейские
колонии в больших греческих городах стали опасной силой для нееврейской части граждан»,-
говорит, напр., Штегелин (о. с. 32). «Борьба шла не по вопросу веры, а за власть: еврейское
церковное государство как центр еврейской диаспоры не уживалось с принципом безусловности (?)
светского государства»,- говорит Моммзен (о. с. 542). Подобного рода замечания мы найдем чуть ли
не в каждом труде по нашему вопросу.

Евреи, обреченные постоянно жить и действовать среди иноплеменников, конечно, сами были
больше всего заинтересованы в том, чтобы наладить с ними мирные и дружественные отношения;
как мы видели в первой части, они всегда готовы были идти на все мыслимые уступки, лишь бы
найти какой-либо компромисс между тем и другим «патриотическим долгом». Однако полная
необычность, полная единичность их положения заставляла соседей относиться к ним с недоверием:
из соединения оборонительного характера еврейская община в глазах антисемитов превращалась в
наступательную: 1) направленную на причинение вреда всем иноверцам и 2) имеющую целью захват
в еврейские руки власти над всем миром.

Ввиду того, что религиозно-нравственные воззрения древних евреев были не онтономическими, а
филономическими, т. е. объектом нравственных обязанностей был не отдельный человек, а весь
народ, то для еврейской теодицеи не было нужды ни в бессмертии души, так как народ как целое и
без того бессмертен, ни в загробной жизни на небесах, так как царство справедливости может
наступить когда-нибудь и на земле. Поэтому последним словом еврейской религиозно-нравственной
пропаганды было мессианство. Если в жизни еврейства диаспоры мечта о пришествии Мессии и
грядущем мировом еврейском царстве справедливости и играла самую скромную роль (Р. Крюгер, о.
с. 46), тем не менее, несмотря на отсутствие прямых указаний, необходимо предположить, что
мессианские чаяния еврейства были одной из главных причин обвинения евреев в политической
неблагонадежности и стремлении к мировому господству: как мы видели выше, антисемиты в своих
целях тщательно штудировали Библию, поздние части которой наполнены мечтами о пришествии
Мессии.

Взгляды древних, будто еврейство проникнуто враждой к иноземцам (misoxenia, misanthropia),
сопоставлены много выше, в I части на стр. 80.

Не менее обычен в древней литературе взгляд, по которому всемирное еврейство представляет
собой, несмотря на свою скромную внешность, страшный «всесильный кагал», стремящийся к
покорению всего мира и фактически уже захвативший его в свои цепкие щупальцы. Впервые такой
взгляд мы находим в I в. до Р. Х. (fr. 5. R).

«Еврейское племя сумело уже проникнуть во все государства, и нелегко найти такое место во всей
вселенной, которое это племя не заняло бы и не подчинило бы своей власти». Цицерон в своей речи
pro Flacco с. 28 говорит с аффектированным ужасом: «Ты знаешь, как сильна эта шайка (т. е. евреи),
какая между ними солидарность, каково их влияние в народных собраниях. Я буду говорить,
поэтому вполголоса, чтобы меня слышали только судьи»... Сенека (fr. 145 R) говорил: «побежденные
(т. е. евреи) диктуют свои законы победителям» - впрочем, он имел, по-видимому, в виду лишь
религиозную область, а не политическую и экономическую. И в еврейской литературе мы находим
следы этого брошенного евреям обвинения. В книге «Юдифь» персы говорят (10, 19): «Не следует
оставить ни одного из евреев в живых; они таковы, что, если им дать волю, они перехитрят весь
мир».

Но особенно интересна в этом отношении поэма Рутилия Намациана «De reditu suo», написанная в V
в. По Р. Х. Так как здесь группированы и резюмированы все обвинения, раздававшиеся в древности

                                               50
против евреев, невосприимчивость к красотам природы, необщительность и партикуляризм,
корыстолюбие, дикость их религиозных обрядов, узость («холодность»), демократическая
пропаганда и наконец, как заключительный аккорд - покорение всесильным кагалом античного
мира.

За город выйдя, тотчас мы вступили в тенистую рощу,
Между деревьев ее видим пленительный пруд.
Рыбок веселые стаи водились в пучинах прозрачных:
Ярко на солнце блестя, бойко развились они.
Но наслажденье природой внезапно прервал арендатор,
Более злобный к гостям, чем людоед Антифат.
Был он евреем, ворчливым и злым: никогда с человеком
Вместе не сядет за стол эта проклятая тварь!
Счет представляет он нам за помятые травы и лозы:
Каждую каплю воды в крупную сумму зачел.
Мы проклинаем в ответ непотребное племя евреев,
Что над собою творит гнусный, бесстыдный обряд,
Глупых теорий источник, с холодной субботой на сердце -
Сердце ж еще холодней самой религии их.
Каждый седьмой они день пребывают в позорном бездельи -
Вялый, ленивый их Бог в этом им деле пример.
Прочие выдумки их - лишь рабов легковерных утеха:
Умный ребенок - и тот им бы поверить не мог.
Пусть бы несущее ужас оружье Помпея и Тита
Не покоряло совсем нам иудейской страны!
Вырвав из почвы, заразу по белому свету пустили -
И победитель с тех пор стонет под игом раба.

Соломон ЛУРЬЕ, профессор древней истории в 1-м Высшем Педагогическом Институте, Петроград,
1922 г.
(Публикуется с сокращениями).

ГЕНЕАЛОГИЯ ЗЛА

Формирование культуры этноса, т.е. национальное строительство, идёт в фазе его расширения или
агрессии. Многое заимствуется в иных культурах и прошлых цивилизациях. Чрезмерная
агрессивность молодого этноса нуждается в символах объединения и отличия, и она их находит, как
правило, в новой религии, создающей новую культуру, а, следовательно, новую национальность и
государственность.

Борьба за существование через государственность реформируется в безопасность. Расцветает
вторичная или прикладная культура, наука, искусство. Безопасность и комфорт не нуждаются в
символах базовой культуры так же, как достигнутая цель не нуждается в средствах достижения этой
цели. Изменяется отношение к труду, морали и коллективизму - они престают быть
необходимостью. Мнимая независимость от природы порождает аморальность на всех уровнях.
Безнравственность становится нормой поведения. Стабильность порождает формализм и
специализацию управления, требует уничтожения чрезмерно агрессивных индивидов, которые вне
социальной морали начинают представлять всё большую опасность для стабильности системы. С
другой стороны, слабые, немощные, больные, дегенераты и извращенцы получают возможность не
только выживать, но и продолжать свой род, множа наследственные болезни, в том числе -
психические. Достигнув определённого уровня, порок превращается в эпидемию. Социальная
система деградирует совместно с людьми.

Культура как набор определённых норм и правил, с помощью которых человек приспосабливается к

                                              51
окружающей среде, познаёт её и воздействует на неё, имеет тенденцию к канонизации и
сопротивляется любым попыткам своего изменения. Т.е. нет всегда открытых к изменению обществ
- это состояние временное. Режим, показавший свою эффективность, канонизируется, становясь
обществом фундаменталистским.

Поэтому Дж. Сорос, считающий Западный мир близким к открытому обществу, очень сильно
ошибается - это рыночно-иудейский фундаментализм. Впрочем, он и сам так считает, но почему-то
надеется его исправить, а исправления связаны с кровью и ложью. И, естественно, Сорос к этому
готов. Неудивительно, что косвенные данные указывают на участие еврейских финансистов в
терактах 11 сентября в США.

Сопротивление изменениям можно назвать моралью общества. И в этом сопротивлении Западный
мир морален, он аморален по отношению к базовым аксиомам, но этого не замечает. Новое и
нестандартное воспринимается с трудом, особенно то, что противоречит привычным инструментам
познания, сформированным в процессе обучения, социального опыта и воздействия СМИ.
Выбрасывая связки, определим мораль как отношение человека к социально-историческому опыту
(истории) или социальной идеологии (религии), сформированной на базе этого опыта, т.е. к
культуре.

И эта мораль относительна, поскольку она соотносится с определённой социальной организацией, но
она же и абсолютна, поскольку относится к человеку и системам, им образуемым, в их связи с
реальностью. Но самое главное - к этой морали неприменимы разум и знания, или применимы в
весьма малой степени. Социальные знания человека всегда ошибочны. Если этот разум и может себе
что-то позволить, то весьма лёгкую и очень неторопливую корректировку базовых норм, поскольку
результат такой корректировки может сказаться только через несколько поколений. Но разум
нетерпелив, особенно - разум еврея. Он «знает», что не будет жить вечно, а поэтому хочет всего и
сразу. Этот разум по сути своей - экстремист. Экстремист от страха перед вечностью, перед
смертью, перед небытиём.

Поэтому, особенно в системах с деградирующей культурой, появляются теории о вреде культуры и
морали, где вместе с незначительной частью устаревших норм и канонов осуждается и
отбрасывается все, наработанное человечеством путём опыта, и опыта, часто связанного со
смертельным риском. Например, опытным путём доказано, что поганка - гриб несъедобный. Имеет
ли смысл в каждом поколении и каждому человеку ставить этот опыт на себе? Говорят же, что
только дурак учится на собственных ошибках. А национальная культура - это и есть систематизация
прошлого опыта «дураков».

Мы говорим, что гомосексуализм опасное явление, не менее опасное, чем поганка в борще. Но
мерзавцы от «демократии» заставляют нас потреблять эту поганку, вполне понимая, кто от этого
пострадает. А сколько таких примеров из конкретной жизни можно привести! Вся современная
«культура» сдобрена этими поганками. И повара известны. Почему молчим? Судорог дожидаемся?
Когда судороги начнутся, поздно будет обращаться к врачу. А он тоже еврей-либерал, и он же,
кстати, и прописал вам эту поганку для «повышения жизненного тонуса». Так что «качественное»
лечение вам гарантировано, тем более, что свою семью этот лекарь поганками не кормит.

Мы пока не рассматриваем очевидное изменение характеристик явления, человека и общества во
времени, т.е. то, что было вредным вчера, может оказаться полезным сегодня и наоборот. Мы
говорим о том, что ни одна культура без ограничений виде Табу не выжила. И евреи в своей среде, в
культуре иудаизма «затабуированы» дальше некуда. Ограничения порождают агрессию, но
направлена она не против «божьего народа», потому что это, во-первых, свой народ, а во-вторых -
просто страшно, атеизм атеизмом, а хрен его знает! А вдруг, есть Он? А вот на гоях, как на скотине,
возможны всякие эксперименты, тем более, что Он не против. Табу здесь только одно - не бить
экспериментатора, а ещё лучше, даже не упоминать о нём.


                                                52
Необходимость в изучении «прошлого опыта», возможно, отпала бы, имей люди доступ к
подсознательной и генетической памяти. Обратим очередной раз внимание на крыс. Если одна из
них погибла от яда, то у остальных (из рода) либо вырабатывается иммунитет, либо ни одна из них к
этой «закуске» не притронется. Можно ли говорить о культуре крыс? Вряд ли. Зато известна их
мистическая способность предугадывать будущие катастрофы.

Культура - искусственный бог человека, безболезненно перейти к цивилизации человек может
только вернув Бога естественного, восстановив контакт с Ним не через посредника, а каждый и
непосредственно. Это имеет и естественную причину. Количество артефактов культуры, которые
необходимо усвоить человеку, уже превышают его физические возможности, а многие из них -
просто лживы.

Следует отметить, что человек вне определённой культуры (ограничений и предписаний), как и
любое животное, в отсутствии внешних раздражителей пассивен или занят поисками наслаждения.
Андрей Платонов отмечал: «Человек не перестаёт жить потому, что у него нет пищи, одежды,
жилища. Дайте ему! - он перестанет». Это основная проблема цивилизации, не решив которую, мы
не можем, не имеем права называть себя разумными людьми. Практически все цивилизации (но не
культуры), достигнув «золотого века», переставали жить. Кроме евреев. У них всё ещё впереди.
Сначала они должны уничтожить джентипей, а это не так просто и не быстро.

Цивилизации зарождаются, развиваются, достигают совершенства в социальной защите... и гибнут.
Цель достигнута. Более желать нечего. Только разве только наслаждений. Но есть чувство, которому
даже обладание несметными сокровищами, полным комфортом и защищённостью не даёт умереть -
это чувство - ненависть. Можно, конечно, и любить, но это очень трудно. Ненависть - проще и
надёжнее, она легче достижима, её можно культивировать, выращивать и прививать.

Именно для этого создавалась и закреплялась в психике евреев постоянно действующая
агрессивность, способная заставить человека через окружающую социальную среду воздействовать
на себя, генерируя постоянное самораздражение и дискомфорт, требующий разрешения. Это кнут,
подстёгивающий еврея. И кнут этот создан не только посредством обрезания, но и соответствующей
идеологией ненависти, дающей направление раздражению вовне еврейского социума, поскольку
внутри иудаизма действуют иные законы, те, которые были применены христианами для
межнационального христианского общежития.

Чего-то в этом социально-биологическом супе не хватает для полного комфорта? Ах да, того же
наслаждения! Не знаю, есть ли для евреев наслаждение в агрессии, но очевидно, есть в мести.
«Всякая возможность доставить неприятность ближнему доставляет им особое, изощрённое
удовольствие», - утверждал Б. Денем.

Потому и господь их - Бог мщения. Потому столько места в религии посвящено убийствам и заветам
убийств. Потому евреи провоцируют, генерируют, копят и наслаждаются страданиями и обидами в
предвкушении мщения. Это шейлоки горя и ротшильды обид!

Накопление обид, в свою очередь, определено искусственно созданной агрессивностью,
поддерживает и оправдывает её. «Мы, - говорят евреи, - накопили горы золота и оплатили его
слезами и кровью». Но если эта кровь оплачена, то каких ещё расчётов вы требуете? Богатство
никому не достаётся без крови, и виновен в крови тот, кто стремится к богатству. Но еврей, как и
бог, поругаем и виновен быть не может. Поэтому виновны окружающие. И на этой крови, пролитой
в результате обретения богатств, евреи и строят свою культуру ненависти, свои идеологические
артефакты.

Нет другого такого народа, который бы так трепетно и с такой любовью относился к своим обидам,
большую часть из которых он просто изобрёл. Он не только наслаждается этими обидами, он
выставляет их напоказ при каждом удобном и неудобном случае: «Сморите все, - кричит он

                                               53
(представитель самой богатой и кровожадной расы) на каждом углу и из каждой подворотни, - как
эти завистливые суки-гои меня, слабого, убогого, бедного и беззащитного еврея обижают и
унижают! Все, все будьте свидетелями!».

Порядочный человек с таким базарным подонком-крикуном не связывается, а зря. Промолчал -
значит согласился. И неважно, почему промолчал. Даже если тебе просто заткнули рот - в глазах
«мировой прогрессивной общественности» ты всё равно виновен. Для того и кричат. Чем громче -
тем лучше. Для того и СМИ. Для того и интеллект. Не следует пренебрегать словом, независимо от
того, что или кого защищает это слово. Побеждает тот, кто громче и убедительнее кричит. Истина к
громкости воплей отношения не имеет. Слово, как инструмент описания артефакта, присвоило себе
функцию созидания. Но еврей не бог. Он разрушитель, а не созидатель...

Николай ОСТРОВСКИЙ
(«Внутренний враг. Генеалогия зла» М., 2003)

Еще до германской войны при этнических евреях - депутатах 4-й Государственной Думы (Бомаш,
Гуревич и Фридман) - была создана «Коллегия еврейских общественных деятелей». В ее задачи
входило «совместное обсуждение с депутатами текущих политических вопросов». Выражаясь
современным языком, это была вполне нормальная группа влияния, пробивавшая вполне
конкретные интересы. Членами коллегии были: М.С. Алейников, «народный социалист», присяжный
поверенный Л.М. Брамсон, А.И. Браудо, лидер сионистского крыла кадетской партии М.М. Винавер,
адвокат О.О. Грузенберг, Я.Г. Фрумкин и другие уважаемые в либеральных и социалистических
кругах господа.

Вскоре после начала войны «Коллегия еврейских общественных деятелей» создала специальное
«информационное бюро», занимавшееся сбором материалов, характеризующих тяжелое положение
евреев в России. Иначе говоря, фиксировала все случаи нарушения «прав человека».

Собранные документы размножались в количестве 200-300 экземпляров и рассылались членам
Государственной Думы, Государственного Совета, видным общественным и политическим
деятелям. Жаль, что в то суровое время не существовало Хельсинкских групп, ПЕН-Клуба, НТВ
Гусинского и парламента Совета Европы. Очень жаль.

Известно, что «Информационное бюро» самым тщательным образом проверяло поступающие
данные, имея в виду, что апокрифичность одного из документов бросала бы тень на все остальные.
Таким образом, собранные материалы не вызывают ни малейшего сомнения, ибо они прошли
проверку и внутреннюю цензуру на предмет достоверности.

Развернутые материалы, как батальное полотно, говорят сами за себя. Они, право, настолько
красноречивы и достоверны, что какие-либо комментарии отпадают за ненадобностью. Остается
только низко поклониться «еврейским общественным деятелям» за кропотливую работу,
проделанную во имя торжества исторической правды.

К сожалению, обилие материала не позволяет привести его целиком, поэтому мы ограничимся
только наиболее яркими моментами, проливающими свет на «еврейский вопрос» в период Первой
мировой войны.

Начнем подборку с Приказа войскам временного военного генерал-губернатора Галиции,
подписанного во Львове 4 октября 1914 года.

«Ввиду развившегося шпионажа со стороны евреев, немецких колонистов и разного рода
пришельцев, Главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта приказал:

1. Евреев, немецких колонистов, кроме особо надежных поставщиков, в войска не допускать. При

                                               54
встречах войск на пути следования с евреями и немецкими колонистами принимать меры к тому,
чтобы эти лица не могли пересчитать количества войск или обозов или узнать названия частей, при
попытках этих лиц к сопротивлению или к побегу, действовать решительно и без промедления
оружием...»

Еще один приказ, помеченный 27 ноября 1914 года, - войскам укрепленного района, крепость
Новогеоргиевск.

«В немецких газетах попадаются статьи, в коих говорится, что в лице русских евреев немцы
встретили надежных союзников, которые помимо снабжения продовольствием являются лучшими,
зачастую бескорыстными друзьями, готовыми на все услуги, если это клонится в ущерб русским
интересам. В немецкой победе евреи видят спасение для себя от царского гнета и от притеснения
поляков.

Аналогичные сведения продолжают поступать и от войск.

В целях обеспечения войск от вредных действий еврейского населения, Главнокомандующий
приказал при занятии населенных пунктов брать от еврейского населения заложников,
предупреждая, что в случае изменнической деятельности какого-либо из местных жителей
заложники будут казнены. При занятии населенных пунктов надлежит, путем тщательного обыска,
убедится, нет ли здесь приспособлений для беспроволочных телеграфирований, сигнализации,
голубиных станций, подземного телеграфа и проч., поступая с прикосновенными к этому лицами по
всей строгости закона».

Подпись - начальник укрепленного района генерал от кавалерии Бобыр.

А вот Объявление русского командования, того же времени, предназначенное для польских евреев.

«Опыт нынешней войны обнаружил явно враждебное отношение еврейского населения Польши,
Галиции и Буковины.

При каждом оставлении нашими войсками какой-либо местности и занятии затем той же местности
нашими врагами, на дружественное нам население сыплются многочисленные кары, главным
образом на основании доносов евреев, натравливающих австрийские и германские власти на местное
население.

Чтобы освободить это население от преследования, а наши войска от шпионажа, которым евреи
занимаются на всем нашем фронте, верховный главнокомандующий воспретил евреям пребывание в
районе Армии и въезд их в район западнее города Ярославля и в видах предупреждения случаев
оклеветания мирного населения, а равно в видах обнаружения шпионов-евреев, приказал брать
заложников, к которым будет, равным образом, применяться наказание - смертная казнь через
повешение.» (перевод с польского).

31 марта 1915 года Главный начальник снабжения армий Юго-Западного фронта (подпись не
разборчива) издает приказ № 1845 следующего содержания:

«По имеющимся сведениям, благодаря обилию в обозах и тыловых учреждениях евреев нижних
чинов и общению их с галицийскими местными евреями, австрийские шпионы получают сведения о
жизни тыла и фронта, черпая их либо от галицийских евреев, либо от русских евреев - нижних
чинов.

Кроме того, пользуясь, под предлогом служебных надобностей, правом свободного проезда в
Россию, русские нижние чины-евреи провозят письма и посылки, чем устраняют цензуру первых,
просмотр последних.

                                               55
Во избежание сего нежелательного явления, Главнокомандующий приказал всех евреев нижних
чинов, годных к строевой службе и находящихся ныне в тыловых учреждениях, немедленно
перевести в запасные батальоны, в коих выдержать их для обучения шесть недель, после чего
отправить в полки, где иметь под особым наблюдением». Скрепил: генерал-майор Сергиевский.
Люблин.

Командир Н-ского корпуса приказал сообщить всем до последнего рядового, о происшедшем в ночь
с 27 на 28 апреля 1915 года.

«Выполняя поставленную задачу, 151 Пятигорский полк занял деревню Кужи и расположился. До
прихода наших частей в эту деревню в подвалах евреями были спрятаны немецкие солдаты, и по
сигнальному выстрелу Кужи запылало в разных местах, а спрятанные немцы бросились к дому
командира Пятигорского полка. Одновременно началось наступление неприятеля (два батальона с
кавалерией), который, уничтожив наши заставы, обрушился на деревню. Когда дом, объятый
пламенем, стал рушиться, командир полка полковник Данилов приказал сжечь знамя, сохранив
скобу. После исполнения приказания, Данилов выскочил в окно и был убит. Подошедшим частям
Пятигорского полка удалось вытеснить противника и извлечь остатки обгоревшего знамени из
развалин печки...». Подлинно подписал: полковник Федотов.

Среди документов, собранных «еврейскими общественными представителями», имеется некое
экстренное распоряжение полицейским урядникам, без выходных данных, датированное 12 мая 1915
года.

«Вследствие предписания г. И. д. Уездного начальника от 11 мая с.г. за № 699 о том, что по
распоряжению Верховного Главнокомандующего поголовное массовое выселение евреев может
быть заменено взятием заложников из неправительственных раввинов и богатых евреев, с
предупреждением, что в случае измены со стороны еврейского населения заложники будут
повешены. Предлагаю вам немедленно представить списки лиц, кои могут быть взяты заложниками
с указанием их места прописки, возраста, семейного, общественного и имущественного положения».

Из приказа по 18 корпусу от 14 мая 1915 года: «Евреев гнать в сторону противника, не оставляя ни
одного в районе войск».

Примерно в это же время капитан Герасимов, этапный комендант города Мостиско, принимает
жесткое решение: «Объявляю жителям города Мостиско и окрестных поселений, что евреи
выселяются за то, что они выдавали австрийским властям русских и поляков».

Обратимся к еще одному любопытному документу эпохи - секретному циркуляру № 100186,
вышедшего из Департамента полиции по 6-му Делопроизводству 9 января 1916 года:

«По полученным в Департаментеы полиции сведениям, евреи посредством многочисленных
подпольных организаций в настоящее время усиленно заняты революционной пропагандой с целью
возбуждения общего недовольства в России, преступной агитацией в войсках и крупных
промышленных и заводских центрах Империи, а равно подстрекательством к забастовкам.

Намереваются вызвать общее недовольство и протест против войны путем голода и чрезмерного
вздорожания жизненных продуктов. В этих видах злонамеренные коммерсанты, несомненно,
скрывают товары, замедляют их доставку на места, и, насколько возможно, задерживают разгрузку
товаров на железнодорожных станциях.

Благодаря недостатку звонкой монеты в обращении, евреи стремятся внушить населению недоверие
к русским деньгам, обесценить таковые и заставить вкладчиков брать свои сбережения из
государственных кредитных учреждений и сберегательных касс, а металлическую монету как

                                                56
единственную, якобы, имеющую ценность прятать. По поводу выпуска разменных марокы евреи
усиленно распространяют среди населения слухи, что Русское правительство обанкротилось, так как
не имеет металла даже для монет.

Вместе с тем еврейские агенты повсеместно скупают по повышенной цене серебряную и медную
монету. По тем же сведениям, широкое участие евреев в опасной преступной деятельности
объясняется стремлением их добиться отмены черты еврейской оседлости, так как настоящий
момент они считают наиболее благоприятным для достижения своих целей путем поддержания
смуты в стране.

Об изложенном Департамент Полиции сообщает Вам для сведения».

В конце декабря 1915 года начальник штаба Верховного главнокомандующего обратился с письмом
к председателю Всероссийского Земского Союза князю Г.Е. Львову:

«По имеющимся в Штабе Верховного Главнокомандующего сведениям, - говорилось в нем, - в
учреждения Всероссийского Земского Союза принимаются на службу лица еврейского
происхождения, среди которых есть уклоняющиеся от отбывания воинской повинности или
стремящиеся проникнуть в действующую армию со специальной целью партийной агитации».

И далее:

«Принимая во внимание, что означенные лица своею деятельностью могут принести весьма
существенный вред, считаю своим долгом обратиться к Вашему Сиятельству с просьбой не отказать
в своем содействии к возможному устранению подобного нежелательного явления, в инженерных
дружинах этот элемент, безусловно, вреден, а для дела - бесполезен».

Просьба: не отказать в своем содействи: к возможному устранению. Кисель, одним словом, а не
власть. Более конкретен был начальник Генерального штаба генерал Алексеев, который 19 января
1916 года в депеше на имя председателя Комитета Земского Союза Западного фронта Вырубову
телеграфировал из Ставки:

«По требованию военного начальства прошу распоряжения немедленном увольнении из
сформированных Инженерно-Строительных Дружин всех без исключения евреев и недопущения их
впредь как в существующие, так и формируемые дружины. Точка. Если без евреев обойтись
безусловно нельзя, в таком случае признаю наиболее целесообразным от помощи таких дружин
совершенно отказаться. Точка».

Еще более жесткие меры принял начальник Штаба 5-й армии генерал-лейтенант Миллер:

«Временно командующий 5-й армией воспретил иметь нижних чинов евреев в качестве
телеграфистов, телефонистов, надсмотрщиков и вообще в телеграфных ротах, санитарами и
особенно писарями всех категорий, причем ответственность за исполнение приказания возлагается
на начальников частей, и приказание должно быть выполнено в недельный срок со дня получения
приказания в части. Виновные в неисполнении приказания будут преданы суду как за неисполнение
приказаний в военное время» (приказ от 2-го февраля 1916 года № 9814/а).

Начальник Минского губернского жандармского управления извещал (документ № 637 от 7 марта
1916 года):

«По полученным сведениям в технических отделах организаций Союза Городов и Земств среди
инженеров - русских и поляков - растет возбуждение, и даже враждебность по отношению к евреем,
которые везде занимают более спокойные места, втискиваются в помощники руководителей и
начинают интриговать, кроме того, относятся враждебно к войне и тыловой подготовке,

                                              57
высказываясь, что все наши старания ни к чему не приведут - часто намекают на негодность
Высшего Командного состава.

За евреев стоят только земские деятели, техники и вообще специалисты. Все - против евреев и
говорят, что раньше евреев знали по рассказам и вечной песне об угнетенном племени, а теперь,
когда жизнь столкнула их с евреями в работе и совместной деятельности, они отшатнулись от евреев
как от зловредного элемента; по их мнению, евреи вредны и опасны для русского народа».

Адресат жандармского полковника - Разведывательное отделение Штаба Главнокомандующего
армиями западного фронта.

А вот предписание генерал-лейтенанта Гельмгольца, направленное главноуполномоченному
Российского общества «Красного Креста» при Армии Юго-Западного фронта, оно также в тон
предыдущим документам:

«Начальник Штаба Киевского военного округа сношением от 8 марта с.г. за № 1582/1176 уведомил
меня, что по имеющимся сведениям, за последнее время на фронте военных действий участились
случаи сдачи в плен нижних чинов - уроженцев Царства Польского.

Причиной сего является существование в тылу армии преступной организации, задавшейся целью
путем агитации через особых агентов, в большинстве евреев, внушить нижним чинам польского
происхождения, что для них, по занятии Польши германцами, миновала надобность в дальнейшей их
службе в русских войсках, так как германское правительство будто бы возместило польскому
населению все убытки, причиненные войной, и назначило брата Императора Вильгельма королем
Польши, а потому возвращение русских войск в Польшу нежелательно.

Пропаганда эта и служит побудительнейшей причиной перебежки их в сторону противника.

Вследствие изложенного, Главный начальник Округа приказал принять самые энергичные меры как
к прекращению означенной пропаганды, так и к выяснению лиц, ведущих ее».

На этом мы поставим точку.

Впервые эти уникальные документы были опубликованы в эмигрантском «Архиве русской
революции» (Берлин, 20-е годы) Иосифом Гессеном, одним из лидеров кадетской партии.

Н. ПОЛЯКОВ («Спецназ России» №2, 2001)

О СМЫСЛЕ ВОЙНЫ

На берегах Тихого океана кипит кровавая борьба, и, вдумываясь в причины ее, нельзя не опасаться,
что она окажется спором не на месяцы и годы, а на очень долгий период. Чувствуется, что на
Дальнем Востоке поднялся вопрос всемирно-исторический, при решении которого нам понадобятся
все наши способности бороться, устраивать и управлять. А между тем в обширных слоях нашего
общества стелятся полосы самого опасного тумана социально-политического «декаданса»,
развивающегося уже много десятков лет. Размягченное состояние умов, дряблость чувства,
отвращение от всякого напряжения энергии вообще, какое-то «обабленное» настроение, создали
почву для принципиального отрицания всякого действия «силой», и, в частности, отрицание войны,
в резкой дисгармонии с запросом истории на мужскую доблесть. Хуже всего то, что эта рыхлая
псевдогуманность, отрицание силы и активности, стали уже достоянием многочисленных слоев
среднеобразованной толпы. Пока антисоциальная идея остается личным парадоксом взбалмошного,
или даже гениального ума, - беда не велика, и из парадокса может даже сверкнуть какая-нибудь
искорка действительной истины. Но когда антисоциальная идея становится верованием толпы, - она
делается опасной. Толпа не знает многогранности истины. Если среднее общество упрется лбом в

                                               58
какую-нибудь фальшь, то уж потом разве какие-либо страшные бедствия способны снова вразумить
его. Это внутреннее опустошение ума и чувства опаснее всяких внешних вражеских нашествий.
Чернышевский когда-то острил, говоря, что хотя многие ученые занимались исследованием влияния
умственного развития на ход истории, но ни один, к сожалению, не вздумал исследовать влияние
глупости, которое гораздо важнее... Это, конечно, только игра слов, потому что глупость тоже в
своем роде «ум», только плохого качества. Но за этим «умом плохого качества» нужно очень зорко
следить, потому что его влияние огромно. Толпа, какая бы она ни была, - сила, она носит
«общественное мнение», с которым иной раз не сладят никакие умники. Непростительно, поэтому,
допускать, чтобы в «среднем» уме исчезали правильные социальные понятия. Влияние «глупости»
на историю довольно тяжело и тогда, когда оно «консервативно», то есть основано на не
рассуждающем поддержании традиционной истины. Но это еще полбеды, потому что в традиции
всегда есть большая доля опытом доказанной правды. Гораздо страшнее влияние глупости, когда
она начинает «умничать», строить идолы из «новых» идей, в которых среднее общество наименее
способно различить ложь и истину...

Этим-то умничаньем создано ходкое распространение идей, отрицающих силу, причем, в частности,
отрицание особенно распространяется на войну как наиболее яркое применение силы, «насилия»...
Вера в то, будто бы война есть «зло» и «варварство», распространилась в среднем образованном
обществе до того, что доросла до несокрушимой пошлости. Со всегдашней нетерпимостью
опошленного верования это отрицание войны стало уже воинствующим и готово забрасывать
камнями всякий проблеск сознания всей важности «войны»... Русскому обществу, всем несколько
живым элементам его, пора обратить внимание на необходимость освежить и исправить ходячие
понятия. Ведь в действительности война вовсе не «бессмысленное» явление. Русское общество
должно вспомнить, что на важное и полезное значение войны «имели смелость» обращать его
внимание крупнейшие представители русского гения нашего времени. Довольно вспомнить
Достоевского и Владимира Соловьева. С до-Толстовской «толстовщиной» приходилось,
действительно, бороться уже Достоевскому. И, конечно, трудно найти большую смелость, как в его
«Парадоксалисте», которого он бросил в лицо представителям социального размягчения мозгов,
которое уже действовало во время Турецкой войны. Тогда проявлялся героизм, был великодушный
порыв чувства, но не молчал и зарождавшийся прогрессивный паралич, впоследствии доведенный
«до чертиков» графом Л. Н. Толстым. И вот Парадоксалист Достоевского (см. 10 том, стр. 147)
выступает с доказательствами, что война есть величайшее благо, а мир - «язва» человечества.
Неправда, - говорит он, - чтобы война была проявлением грубости или жестокости. Тут важно
психологическое состояние борющихся. На войну никто не идет для того, чтоб убивать, а каждый
идет с мыслью пожертвовать своей жизнью. Война несет с собой великодушную идею, и поэтому
человечество любит войну. Это одно притворство, когда все говорят: «Ах какое несчастье: война»...
На деле все сияют и очень рады. В мирное время - скука, апатия, уныние. Во время войны - все
бодры, крепки, и потом, даже в случае поражения, - долго любят хоть вспомнить о пережитом
времени подъема духа. Повышение духа, вызванное войной, потом отзывается и на подъеме науки,
искусства; война внутри народа создает чувство человеческого равенства, подчиняет социальные
различия личной доблести... Война, наконец, сближает между собой воюющие народы, научает их
видеть и ценить взаимно друг друга... Короче, война во всех отношениях - состояние более высокое,
нежели мир.

Собеседник Парадоксалиста, понятно, недоумевает пред такими нечестивыми суждениями. Но
Парадоксалист неумолим: он подвергает жесточайшему разгрому «язву мира», как он выражается.
Это место стоит привести целиком, потому что в нем есть нечто, почти пророчески указывающее те
последствия долгого мира, которые мы увидели воочию.

«Великодушие, - говорит он, - гибнет в периоды долгого мира, а вместо него являются цинизм,
равнодушие, скука и много-много что злобная насмешка, да и то почти для праздной забавы, а не
для дела. Положительно можно сказать, что долгий мир ожесточает людей. В долгий мир
социальный перевес всегда переходит на сторону всего, что есть дурного и грубого в человечестве,
главное же к богатству и капиталу. Честь, человеколюбие, самопожертвование еще уважаются,

                                               59
ценятся, стоят высоко сейчас после войны. Но чем дольше продолжается мир, - все эти прекрасные,
великодушные качества бледнеют, засыхают, мертвеют, а богатство и стяжание захватывают всё.
Под конец останется лишь одно лицемерие - лицемерие чести, лицемерие самопожертвования и
долга».

Все это будет уважаться лишь для формы, на словах. «Настоящей чести не будет, а будет только
формула чести, а - это есть смерть чести. Долгий мир производит апатию и низменность мысли,
разврат, притупляет чувства. Наслаждения не утончаются, а грубеют. Грубое богатство не может
наслаждаться великодушием, а требует наслаждений, более близких к делу, то есть к прямейшему
удовлетворению плоти. Наслаждения становятся плотоядными. Сластолюбие вызывает
сладострастие, а сладострастие - всегда жестокость. Вы никак не можете всего этого отрицать,
потому что нельзя отрицать главного факта, что во время долгого мира социальный перевес всегда
переходит к грубому богатству»...

Со своей стороны я только спрошу наших современников: неужели они не узнают в картине,
нарисованной Достоевским, настоящего портрета нашего теперешнего общества? Если бы
Достоевский был жив, он не мог бы и с натуры более точно списать характеристику общества, каким
оно явилось ныне, после 25 лет «мирного развития». Даже литературные его представители,
самоновейшие носители новых слов и путей, замечательно хорошо выразили в себе, в своем
декадентском художестве и философии разнузданной плоти, ту именно сластолюбивую
деморализацию, которую 25 лет назад предсказывал Парадоксалист...

После речей «Парадоксалиста» Достоевского прошло 25 лет так называемого «мирного развития».
Не касаясь более ранних времен, за одни только последние годы его мы увидели ряд «мирных»
явлений - в Казанском соборе в Петербурге, на московских бульварах, в Уфе, в Баку, в Полтаве и т.
д., и т. д. Развитие - тоже доросло вплоть до господ Розанова с К... А между тем на Дальнем Востоке
уже загоралась гроза кары, и дай Бог, чтобы гроза вразумления...

В эти «последние» дни Владимир Соловьев, одинокий идеалист разлагающейся эпохи, допевал свою
лебединую песню. Фактически движение монгольского язычества еще не начиналось, но прозрение
Соловьева на год опередило события, когда он писал свои «Три разговора». Ни один, кажется,
мыслитель русский не давал такой мужественной и красноречивой защиты войны. С какой злой
отчетливостью Владимир Соловьев увековечил здесь пошленький образ князька-толстовца. Какой
симпатичный тип рисует он в генерале, защищающем высоту своего звания... Немногое покойный
философ говорил России так вдохновенно, как это свое завещание, которое ему пришлось скоро
дополнить еще «гимном» императору Вильгельму, поднявшему стяг в новом крестовом походе:
Наследник крестоносной рати, Ты стал под знаменем Креста, Святой огонь в твоем булате, И речь
грозящая свята... В «Трех разговорах» Соловьев, между прочим, сделал превосходную постановку
общего вопроса о должном отношении к войне: «Как? - восклицает у него глуповатый князь-
толстовец, - как, вы сомневаетесь в том, что война и военщина - безусловное и крайнее зло, от
которого человечество должно непременно и сейчас избавиться? Вы сомневаетесь, что полное и
немедленное уничтожение этого людоедства было бы во всяком случае торжеством разума и добра?
- Да, я совершенно уверен в противном, - отвечает г. Z. -То есть в чем же? - Да в том, что война не
есть безусловное зло и что мир не есть безусловное добро. Или, проще говоря, - что возможна и
бывает хорошая война, возможен и бывает дурной мир». Вот и это и есть настоящая, правильная,
постановка вопроса. С ней, конечно, согласился бы и Парадоксалист Достоевского, который, в
сущности, обличает не мир вообще, а именно дурной мир, такой мир, который бывает обыкновенно
и по большей части... Именно потому что мир, по большей части, бывает дурной, фальшивый,
бессмысленный, война, по большей части, производит, сравнительно с развращающим действием
такого мира, очень благодетельное, повышающее и оздоровляющее действие на общество. «Может
быть война «хорошая», может быть и мир «дурной»», - говорит Соловьев. Может быть, стало быть, и
война «дурная», которая составляет явление безнравственное и вредное. И, однако же, ставя такую
формулу, Владимир Соловьев, подобно Парадоксалисту Достоевского, как будто все-таки
сочувственнее относится к войне, чем к миру. Почему же? Это зависит, конечно, прежде всего от

                                                60
обстановки разговора, от того отвращения, которое в человеке, не утратившем живого чувства,
возбуждает нынешнее слащавое, беспринципное «миролюбие», смешивающее «мир» с простым
апатичным бездействием. Когда вокруг располагается такое «миролюбие», то в противовес ему
невольно начинаешь «любить войну», как Парадоксалист Достоевского. Однако, помимо этого
случайного условия, в войне - самой даже вредной и безнравственной - есть всегда один такой
элемент, который сам по себе хорош и которого нет во вредном и безнравственном мире. Это
именно элемент силы, активности, способности к борьбе. Между тем вся жизнь человека есть
борьба. Способность к ней, это - самое необходимое условие жизни. Конечно, силу и активность
можно направить не только на добро, но и на зло. Но если у какого-либо существа нет самой
способности к борьбе, нет силы - то это существо ровно никуда не годится, ни на добро, ни на зло.
Это нечто мертвенное. А для человека нет ничего противнее смерти, отсутствия жизни. Зло -
безнравственно; но пока человек имеет силу, жизнь, то как бы вредно она ни была направлена, все-
таки имеется возможность и надежда пересоздать злое направление и направить данную силу на
добро. Если же у человека нет самой жизненной силы, то это уже почти не человеческое существо.
Никаких надежд на него возлагать нельзя. Если же он своей мертвенностью заражает, сверх того, и
окружающих, то не может быть на свете ничего более вредного и противного. В дурном мире -
именно это и происходит, а в самой плохой войне никак не может быть. Когда идет война, мы видим
пред собой все-таки живых людей, и, если это даже разбойники, то, по крайней мере, не трупы. Из
двух зол - все же лучше первое. И в этом некоторая «красота» войны, которой она тоже никогда не
лишается. В этом же некоторая поучительность войны, которой она тоже никогда не лишается, как
может лишиться «дурной мир». Дело в том, что в войне всегда выражаются законы жизни, которые в
«дурном мире» могут быть до такой степени закопаны в грязь и мразь, что их становится трудно и
заметить. Война уясняет смысл жизни, как и сама понятна лишь тому, кто разумом или инстинктом
понимает смысл жизни. Жизнь - в идеале - есть мир, но жизнь в факте есть борьба. Тот мир, который
составляет цель и идеал жизни, вовсе не есть пассивное бездействие. Нирвана. Нет, мир состоит в
гармоническом содействии всех сил жизни. Мир не есть гнилое болото, не есть безжизненность или
бессилие, а - только гармония оживленных и содействующих одна другой сил. Это идеальное
состояние жизни, по идеалу христианство, наступит вполне только с окончанием здешнего, земного
мира. Но и для незнающих или не разделяющих философии христианства, а только несколько
разумных и сведущих людей, - совершенно не подлежит сомнению, что в условиях нашей
органической природы - указанный идеальный мир находится в вечно неустойчивом состоянии и
достигается только вечным напряжением борьбы. В законах нашей органической природы состояния
мира можно достигать только постоянной борьбой, так что цель жизни есть мир, а средство для
этого - борьба. Это относится решительно ко всем проявлениям жизни: выработка личности,
создание условий, ей необходимых, жизнь и задачи семьи, жизнь социальная и политическая, даже
дело развития ума, знаний, просвещения, - все это совершает созидание не иначе, как вечной
борьбой против бесчисленных помех, разрушающих гармонию жизни (в которой состоит мир). При
этом все силы созидающие - гармонизирующие - суть те, которые борются во имя идеала, долга,
любви, а силы, разрушающие мир, борются во имя свое, за свой эгоистический интерес.
Строительница мира есть, таким образом, не слабая, не дряблая, не пассивная личность, а напротив -
способная к борьбе, обладающая силой и активностью, но только не эгоистическая, а
самоотверженная. Слабость и размягченность личности ведут вовсе не к миру, а лишь к
представлению свободного поля действия злу. Потому-то человеческое общество никак не должно
допускать извращения своего вкуса в отношении того, какие качества личности прекрасны,
идеальны, требуют прославления. Добродетель и нравственная красота состоит не в бессилии, не в
слабонервное(tm), не в апатичности, а в том, чтобы человек, имея силу и нервы все разрушить, - в то
же время, по любви к добру, не разрушал, а сохранял и созидал жизнь. Такими сильными и
самоотверженными людьми живет мир и держится добро. Такую личность должно уважать, ставить
примером для себя и для других как идеальную и героическую. Этому идеалу, если не глубже всех,
то нагляднее всех удовлетворяет воинское звание. “ Против этого не следует возражать, что дело
воина - война - есть применение физической силы, принуждения и насилия... Та борьба, которая
наполняет собой жизнь, та борьба, которая создает гармонический мир, может иметь различные
формы, но в числе их непременно проявляется также в форме насилия, принуждения. Слабонервные
декламации против этого не заключают в себе никакой правды. Человек - существо телесное.

                                                61
Нравственное «воздействие» неотделимо от нравственного принуждения, а в изветных случаях и от
физического насилия. Говорят: «Действуйте нравственным воздействием, но не осмеливайтесь
прибегать к насилию физическому», - это или бессмыслица или лицемерие. Всякое убеждение рано
или поздно непременно проявляется в формах физического действия по той простой причине, что
человек не дух и живет в телесном виде. Все наши поступки представляют соединение актов
духовных и физических. Уж если человек что-нибудь делает, то непременно в сопровождении и
физических актов. Это относится к злу и к добру. Противодействовать злу можно иногда
нравственными воздействиями, но иногда невозможно иначе, как физически, и тогда
«сопротивление» и «насилие» - нравственно обязательны. Поэтому-то человек, для того, чтобы быть
деятелем правды в обществе, - непременно должен понимать сложный характер борьбы, на нем
лежащей. Общество со своей стороны должно понимать, что именно такие люди ему и нужны: люди
крепкие, способные и готовые постоять за правду всеми силами, какие им дал Бог: головой, где
нужно, сердцем, где его место, но также и руками, если это неизбежно, и отдать за правду не одни
нервы свои, но и кровь. Когда такое понимание исчезает в народе, - правда в нем теряет защиту.
Итак, то обстоятельство, что война есть насилие, ни мало не говорит против нее. Конечно, в войне
насилие проявляется в самых ярких, заметных формах... Тут льется человеческая кровь. Можно ли
«радоваться» кровавой схватке сотен тысяч людей, истребляющих друг друга? Само собой, что
слово «радоваться» тут в высшей степени не уместно и бессмысленно. Одно дело - радоваться
страданию и пролитию крови, и другое дело - с твердой решимостью и энтузиазмом поддерживать
войну. Можно ли радоваться трате денег, собираемых с народа? На вопрос в такой форме всякий
скажет - «нет». Но можно ли радоваться ассигнованию на хорошие школы стольких-то миллионов
«кровных народных денежек»? Всякий, конечно, порадуется. Можно ли радоваться
долговременному «мирному развитию»? Может быть, люди, не имеющие смысла жизни, и скажут
«да». Но, полагаю, ни один человек, горячо служащий какому-либо идеалу, не ответит так просто.
Он скажет: все зависит от того, что кроет в своем содержании это «мирное развитие». Во-первых,
есть ли это - развитие, а не просто мирное, неподвижное гниение? Во-вторых, если нечто
действительно развивалось, то что именно? Если развивалось нечто хорошее, всякий порадуется. А
если мирно развивалось нечто зловредное, то да погибнет такой «мир»!

Итак, все сводится к содержанию факта, и в отношении войны - мы радуемся не потасовке самой по
себе, а тому доброму, что война создает. Если же она не защитила добра, не создала ничего
хорошего, а послужила на какое-либо зло, то да погибнет такая война! Но как же война может не
создать зла, если при ней уж непременно льется кровь, десятки тысяч людей теряют жизнь, и сотни
тысяч выходят временными или вечными калеками? Это такой аргумент, который даже и повторять
стыдно, хотя именно он чаще всего и приводится «размягченно-мыслящими». Само собой, эта
сторона войны очень печальна и составляет не зло, а несчастье. Но ведь созидание войны не в этом.
Если бы дело войны было только в истреблении друг друга, то кто же бы воевал? Зачем? Но цель
войны не убийство, а защита какой-либо идеи, какого-либо интереса, и наше отношение к войне
определяется тем, насколько велик интерес, ее вызывающий, и насколько он ею достигнут. Что же
касается крови, страдания, убитых, калек и пр., то всем этим наполнена всякая борьба. В так
называемом «мирном развитии» собственно крови, то есть красной жидкости артерий, проливается,
конечно, меньше. Но соков тела человеческого проливается и растрачивается безжалостно больше.
Жизнь человеческая, то есть то, из-за чего только и кровь важна, истребляется при мире бесконечно
больше, и притом не из чего-либо великого, а по всяким пустякам, из-за набивания карманов, из-за
сооружения своего эгоистического благополучия и, наконец, прямо по социальной неразвитости, без
малейшей пользы для кого бы то ни было. И что же: из-за этого можно ли печалиться, что мы
живем» в состоянии «мирного развития»? Но зачем же считать усердно жертвы только войны и так
небрежно забывать о жертвах мира?

Сверх того, нужно немножко подумать вот о чем. Я спрашиваю каждого порядочного человека, то
есть всякого человека в минуту, когда он чувствует в своем сердце, что он не «скот», а человек...
Зачем ему нужна его кровь, эти соки его организма, эта жизнь его? Желает ли он их тратить на что-
нибудь? Или он желает их просто бесцельно накоплять и сохранять, как «скупой рыцарь»,
бесполезные деньги? Разумеется, всякий скажет, что жизнь ему нужна только для затраты на нечто

                                                62
ему дорогое. Иногда это объективно очень маленькое дело - забота о каком-нибудь человеке, о семье
и т.п. , но - оно каждому дорого субъективно, как состояние самоотвержения. И если жизнь ни на что
путное не тратится, то она и самому человеку гнусна, скучна и тяжела. При сознании
бессмысленности своей жизни, человек даже сам прекращает ее. Она ему тогда не нужна, и смерть
кажется лучше, чем жизнь, лишенная содержания, жизнь, которую не на что жертвовать. Итак,
нужно оставить пустые декламации о проливающейся на войне или в мире крови. Дело не в том, что
она проливается, а в том - за что проливается? Страшно страдание на войне и в мире, как страшна и
смерть на поле битвы или в «мирной» постели. Мы стараемся сохранить и возможно продолжить
жизнь, стараемся возможно уменьшить страдания. Но в мире или на войне смерть стоит перед нами
неизбежным призраком, а страдание - неразделимо с жизнью, и вся наша борьба против зла и
бедствия, за добро и счастье, чем выше она, тем быстрее сокращает нашу жизнь ускоренной тратой
силы. А между тем только в этой трате силы и жизни за нечто великое состоит все наше счастье, и
жизнь становится тяжкой бессмыслицей, если лишает нас этой борьбы, этого страдания, этой траты
себя на нечто высшее, чем свой личный интерес. Отсюда истекает повышающее влияние войны.
Подвиг самоотвержения у воина особенно чист и нагляден. Туг совершенно исчезает все личное.
Война есть борьба двух обществ за их общественные интересы. Солдат даже не определяет, что за
интерес его общества. Он просто отдает за него жизнь. Он борется за Отечество, за то добро, которое
в нем, за то, чем живет Отечество. Это «добро» есть всегда во всякой нации. Всякая страна жива
только тем высоким гармонизирующим элементом, который в ней есть. И если бы его не было, то не
было бы общества. И вот не за частный какой-либо интерес отдает свою жизнь солдат, а за самую
суть Отечества. Дело воина - всегда чисто, если бы даже Отечество начало несправедливую войну.
Даже английский солдат дрался с бурами не за то, чтобы Чемберлен наполнял свои карманы
алмазами. Солдат дрался за Англию, за то великое внутренне содержание, которое создало
английскую нацию. Этот солдат как гражданин может обсуждать и даже осуждать войну, начатую
Отечеством, но как солдат - он живет не рассуждением, а самоотвержением, он отдает силы и жизнь
Отечеству и за Отечество. Этот образ чистейшего самоотвержения, ясный, наглядный, легко
понятный, имеет огромное воспитательное значение для всей страны, и в этом отношении воин -
великий учитель чести, долга и нравственности.

Плохо положение народа, когда его затуманенные ложью глаза закрываются на поучение воинского
звания. Где же воин перестает быть уважаем, там, значит, общество уже начинает «оподляться»,
терять нравственную высоту.

I Все это прекрасно, могут сказать, но это не решает вопроса о войне. Дон-Кихот тоже высок и
благороден, но его подвиг бессмыслен. Пусть нужно самоотвержение, пусть неизбежна в мире
борьба, но нужна ли собственно война! Избежима ли война или неизбежна? Разве общества
человеческие, нации, государства, непременно должны решать свои споры дракой? Разве только
сила решает правду? Мы имеем идею международного соглашения, третейского суда и т. п. Кровь,
страдания, насилие хотя и неизбежны вообще, но, представляя во всяком случае несчастье, должны
быть избегаемы всегда и везде, где только возможно. Это бесспорно верно, и везде, где война может
быть избегнута, без пожертвования правдой, без пожертвования великой идеей, она, конечно,
должна быть избегаема. В этом отношении всякие международные соглашения, третейские суды и т.
п. представляют полезное средство. Но действие этого средства очень ограничено. Идея вечного
мира, поддерживаемого соглашением государств, это - невозможнейшая мечта, и я даже не вижу,
чтоб это была мечта высокая. Она не высока потому, что исходит из предположения, будто у
государств как выразителей национальных стремлений, нет ничего, кроме мелких материальных
«интересов», нет нравственных интересов, нет своей идеи существования. Конечно, если бы нации
жили только материальными интересами, то легко было бы хорошо устроенными третейскими
судами предотвратить войну навеки. Тут расчеты были бы ясны. Одна нация требует миллион,
другая не хочет его давать, или даже сама желает взыскать два миллиона: легко вникнуть, кому с
кого получать и сколько. Легко рассчитать, что война будет стоить дороже, и, на основании всего
этого, примирить враждующих, указать им благоразумное и справедливое соглашение. Для всех
подобных случаев развитие третейских судов - идея разумная и полезная. Но дело в том, что такие
интересы исчерпывают международные отношения только тех наций, которые уже выходят в тираж

                                                63
истории. Во всех живых коллективностях столкновения несравненно сложнее. Это указывают даже
столкновения обществ, в виде гражданских войн. Китай объединил все народы на пространстве
своего мира. Он додумался до того, чтобы опозорить самое понятие войны, покрыл бесчестием
военное звание и укоренил в населении убеждение, что мало-мальски порядочная личность не может
унизить себя до такого звания. Однако, и Китай не избавился от гражданских войн. Да и как быть
иначе? Ведь люди имеют свои идеи, свои идеалы. Эти идеалы развиваются по различным
направлениям, объединяют около себя различные группы людей и, в конце концов, нарастают во
враждебные коллективности, из которых каждая стремится к господству. Это логично и неизбежно,
потому что только при господстве идея может осуществить себя вполне. И вот - является война.

Соглашение... Но разве оно мыслимо для убеждения? О соглашениях очень охотно говорят те,
которым все безразлично, у которых нет горячего чувства ни к чему. Но такие люди не способны
ничего и создать. Созидают только те, которые горячо и сильно верят и безусловно преданы своей
идее. Такие же люди - при значительной разнице идей - не могут принимать соглашения: оно для
них не имеет смысла, оно для них равносильно отречению от себя. Идея соглашения, третейского
суда, упускает таким образом из виду нечто очень важное в человеческой жизни.

Это важное состоит в том, что нации, заслуживающие такого названия, нации великие, нации,
которые и являются причиной войн, - имеют свою идею. Ее нации не способны уступать, иначе как
пред непреодолимой силой. Можно сказать, что у всех них эта идея состоит во всемирном
господстве своего типа, своей правды. А этот тип у всех представляет тонкие оттенки, связанные с
характером нации и делающие для них тяжким подчинение чужому типу. Легко взвесить и
рассудить материальные интересы, но этого нравственного интереса, который состоит в сохранении
и распространении своего типа, - некому примирять. Где же судьи, которым нация отдала бы на суд
самое себя, самое интимное свое содержание? Таким судьей может быть Бог - но и только. Никакая
другая нация, и хотя бы собор представителей всех их, - не имеет авторитета для судимого народа.
Если суд скажет: «Покоритесь общему решению или мы все пойдем на вас войной», - этот аргумент
может подействовать, но и то лишь в случае, если у подсудимого меньше войска, нежели у судей. Но
нравственного авторитета такое решение ни в каком случае не имеет. Все великие нации считают
свою идею наивысшей. Нация может прекрасно сознавать, что она в данном отдельном
столкновении не права, и в то же время может чувствовать себя исторически правой. Англичане
покорили буров силой и лишили их независимости, - и в этом частном случае добросовестный
англичанин может признать свою неправоту. Но он скажет: это было неизбежно для господства
Англии в мире, а господство это необходимо не только для Англии, но даже для самих покоренных.
Англичане несут цивилизацию, порядок, уничтожают бессмысленные стены, разгораживающие
народы и т. д. Великая идея требовала жертвы, это жаль, но зато впоследствии самим же бурам будет
лучше. Совершенно то же самое уже говорят американцы. Но совершенно то же самое скажет
каждый русский, сознающий идею своего великого Отечества, носящий ее в своем уме или сердце.
Казанские стены взлетели на воздух при чтении евангельских слов: «И будет едино стадо и един
Пастырь»», и то чувство, которое заставило летописца отметить это знаменательное совпадение,
живет в сердце русского, - и когда перестанет жить, это будет только значить, что Россия умерла для
человечества!

Теперь спрашивается: как же примирить эти различные идеи, одинаково всемирные, одинаково не
желающие и неспособные уступить свое место другому, иначе как с жизнью? Это невозможнейшая
мечта, чуждая сознания того, чем живут народы. Понятно, в мелочах, в несущественном, - все
охотно подчинятся идее примирения, тем более, что в этих мелочах легко найти справедливое
решение. Но ни в чем, затрагивающем саму идею существования их, великие нации не могут быть
примирены. Если столкновение происходит на таком пункте, который затрагивает всемирную роль
великой нации, она уступит только силе, да и то явной, доказанной, убедившись в невозможности
борьбы в данный момент, и с затаенной решимостью непременно взять свой реванш. И потому-то
война неизбежна до тех самых пор, пока одна из великих наций не окажется в этом историческом
соревновании, самой великой, настолько сильной, чтобы подчинить своей гегемонии весь земной
шар, создав некоторое, справедливое, конечно, и до известной степени федеративное, - государство,

                                                64
но во всяком случае такое, в котором будет некоторый господин, высотой и силой своей идеи
поддерживающий всеобщий мир. К такому будущему миру более всего ведет война, и реже всего -
соглашение. Таков закон человеческой и социальной природы, который всегда действовал в истории
и навсегда в ней останется. Война, таким образом, имеет смысл очень глубокий, который делает
обязательным уважение не к убийству, не к истреблению, но к исторической роли силы. Этой
исторической роли силы не должен забывать ни один народ, который имеет историческую роль,
миссию, как говорится. Мелкие, внеисторические, народы могут жить, забывая значение войны: все
равно не они будут устраивать человечество, а их самих кто-нибудь будет устраивать. Но всякая
нация, которой дано всемирное содержание, должна быть сильна, крепка и не должна ни на минуту
забывать, что заключающаяся в ней идея правды постоянно требует существования защищающей ее
силы. Война как вооруженная защита этой национальной идеи, как орудие ее распространения и
утверждения - есть и будет явлением необходимым, явлением, без которого, при известных
условиях, невозможны ни жизнь нации, ни окончательное торжество той общечеловеческой идеи,
которая в результате окажется величайшей, наиболее объединительной, наиболее способной дать
мир народам.


ТИХОМИРОВ Л.А. (1852-1923)

ЗАГАДКА ГИТЛЕРА

В 1933 г. французский писатель Франсуа Ле Гри (Francois Le Grix), присутствовавший на
выступлении Гитлера в Берлине, так писал о впечатлении, произведенным тем на него: «В его лице,
походке чувствовалось столько уверенности, искренности, бравады, что это заставляло многих дам
называть его «прекрасным мальчишкой»». («Двадцать дней с Гитлером», изд. Grasset).

В 1936 г. Альфонс де Шатобриан (Alphonse de Chateaubriant) так описывает Гитлера: «Его глаза,
насыщенного голубого цвета, напоминают воды озера Кеннигссе. Его тело вибрирует; движения его
головы по юношески стремительны. Его спина, прямая как стержень, не согнута грязными
политическими страстями. Его характеризует бесконечная доброта. Да, Гитлер, - добрый». («Сноп
сил», Grаsset).

В том же году романист Бодель писал: «Я не знаю насколько приятно быть гражданином
тоталитарного Государства; я лично, этого бы не перенес. Но я знаю, что сегодня гораздо радостней
жить в порабощенной Германии, чем в свободной Франции». («Господин Гитлер», Gallimard).

Ницше говорил: «История всегда пишется с точки зрения победителей».


Золотая середина

После 1945 г. количество обвинений в значительной степени превысило прежние восхваления.
Гитлер, по мнению пишущих о нем авторов, превратился в «старого маляра», политического, тупого
и ограниченного животного, великого безумца, больного, импотента, садиста, архетип
«авторитарной личности», воплощение зла, гангстера высокого полета, марионетку, управляемую
промышленниками и т.п.

Имеющиеся точки зрения можно разделить на две основные категории. Первая объясняет его
личность «из вне»: Гитлер был порождением обстоятельств. В некотором смысле, дитя случайного и
необходимого. Другие объясняют «изнутри»: это был безумец, преступник и т.д. С одной стороны,
социальный анализ: логический результат определенного процесса. С другой, личная биография:
непредсказуемая развязка.

Иоахим Фест (Joachim Fest) - 51 год, гладкие волосы, бледное лицо, узкие губы и выступающие

                                                65
скулы - считает эти теории попыткой уйти от проблемы.

Действительно, один вопрос создает непреодолимое препятствие: если Гитлер был всем тем, что о
нем говорят сегодня, как могло случиться так, что немецкий народ пошел за подобным человеком?
Как он мог привести к власти подобную помесь скота и слабоумного и поддерживать его даже в огне
и смерти «сумраков богов»? Наконец, сколь же велика должна быть извращенность людей, если
даже сегодня, освобожденные от диктатуры, они по всей видимости питают по отношению к нему
тревожащую и невысказанную ностальгию?

В 1965 г. Иоахим Фест опубликовал серию портретов основных сановников национал
социалистического режима: «Властелины Третьего Райха» (Grasset). Сотрудник еженедельника
«Шпигель» (тираж 800.000), начиная с 1968 г., затем директор «Frankfurter Allgemeine Zeitung», он
никогда не отклонялся от своего сюжета. Достойный ученик Макса Вебера, он заботился о простых
ответах и дуалистических формулировках. Он искал золотую середину. Это вылилось в
многотомную работу, опубликованную им о Гитлере - по толщине в два раза превосходящую «Mein
Kampf».

Его книга, ставшая предметом интенсивной рекламной компании (300.000 экз. были проданы в
Германии, она была переведена на 13 языков), содержит в себе прежде всего размышления о
величии - об идее величия и того «ужасного», что кроется в этом понятии.

История позволяет людям обрести форму. Гитлер, Сталин, Де Голль, Мао Дзе Дун были творцами
своего времени и, вместе с тем, его порождением. «Восхождение Гитлера, - пишет Иоахим Фест -
стало возможным исключительно благодаря неповторимому стечению индивидуальных и общих
обстоятельств и трудно объяснимому соответствию человека своей эпохе».

Не вызывает сомнения, что Гитлер полностью отвечал чаяниям своего времени. Однако столь же
безусловно можно утверждать, что немецкой душе присуще некое чувство, которое Гитлер
воспламенил, придав ему конкретную форму; чувство, которое угасло сегодня, но которое
неизбежно возгорится вновь завтра или в течение тысячелетий. Об этом состоянии духа Фест пишет,
что оно состоит в очищении реальности во имя «идеалистических революционных концепций». Он
добавляет: «Произошедшее - было порождением именно немецкого духа. Однако, не стоит думать,
как это делают многие, что все дороги, которыми идет этот дух, неизбежно ведут в Аушвиц».



Критика правых

Было бы ошибочно отождествлять немецкий национализм исключительно с национал-социализмом.
В своей книге о «консервативной революции» (Die konservative Revolution in Deutschland, 1918-32,
Wissenschaftliche Buchgesellcheft, Darmstadt, 1974) доктор Армин Молер (Armin Mohler), наоборот,
подчеркивает наличие оппозиции со стороны многочисленных представителей политических
движений, духовных течений и интеллектуальных обществ, составлявших Немецкое Движение
(deutsche Bewegung), по отношению к окончательно сформировавшемуся гитлеризму - оппозицию,
за которую некоторым из них пришлось заплатить ценой своей жизни.

Доминик Веннер (Dominique Venner) замечает: «В то время как левые сдались, несгибаемыми
противниками победившего фашизма стали правые. В 1943 г. именно итальянские правые, а не
левые, объединились для свержения Муссолини. В Третьем Рейхе действительно опасные для
Гитлера заговоры замышлялись немецкими правыми, от Канариса до Штауфенбергера» (Op.cit,
февраль 1976 г.).

Опубликованная в июле 1933 г., за три года до смерти автора, книга О. Шпенглера «Решающие
годы» с этой точки зрения является наиболее показательной. Антон Мирко Коктанен видел в ней

                                               66
«единственное свидетельство существования внутреннего, консервативного сопротивления, никогда
не проявлявшегося во времена Третьего Рейха» (Освальд Шпенглер и его время, C.H. Beck, Мюнхен,
1968 г.). Жильбер Мерлио (Gilbert Merlio) даже сказал, что «в Германии «Решающие годы» своим
успехом обязаны именно тому, что в этой книге дана критика нацизма с точки зрения правых» (О.
Шпенглер и национал-социализм, Германские исследования, N 6, 1976 г.).

В 1930 г. А. Розенберг напал на Шпенглера в своей наиболее известной работе «Миф XX века»
(Hoheneischen, Мюнхен). В дальнейшем национал-социализм наградил Шпенглера званием
Untergangsmelodramatiker (закатившийся мелодраматик - прим.пер) (E. Gunter, Grundel, Jahre der
Uberwindung. Korn. Bresleu, 1934).

Для О. Шпенглера, о чем он заявил в «Закате Европы», не раса создает нацию, но, наоборот,
культура, движущая идея (например, русская идея) выковывает расу (к примеру, тип прусского
офицера). Душа (духовная энергия) создает психику - и составляет с ней одно целое. Человек
строится изнутри, а не только снаружи. Он обладает расой, но не принадлежит ей.

В 1932 г., в том же году, когда NSDAP стала господствующей силой в Германии, Шпенглер в своем
введении к «Politische Schrifften» («Политические работы») заявил, что национальная революция
нуждается не в «партийных вождях», а в «государственных мужах». И добавил: «Сегодня я не вижу
ни одного такого». Он считал национал-социализм вариантом «революции снизу» (Revolution von
unten), которая ведет к обезличиванию. Для него она стала примером «стадной морали». «Он
выступал против гуманистических, социалистических и во многом демократических черт,
имеющихся в нацизме, видя в этих проявлениях серьезную опасность» - писал Мерлио. Шопенгауэр
призывал Гитлера освободиться от пеленок социализма, в которые было закутано его движение.
Плебейскому вождю и плебсу он противопоставлял подлинного представителя прусского аскетизма,
Herrenmensch, харизматического лидера, который черпает свою власть не из массы, но
исключительно из трансцендентности принципа авторитета.

Но невозможно было оторвать Гитлера от «массы». «Марксистское толкование - заметил Раймон
Картье (Raymond Cartier), - пытается сделать из Гитлера орудие, изобретенное, финансируемое и
управляемое капиталистами, единоличными правителями мира, однако это объяснение рассыпается
в прах перед лицом фактов. Если Гитлер и был чьим-либо орудием - все исторические деятели
являются им в той или иной степени - то только немецких масс» (La Craponillot, N 31, июль 1974 г.).

На протяжении двух томов, составляющих его книгу, Иоахим Фест обильно цитирует архитектора и
бывшего министра Райха Альберта Шпеера, чьи мемуары, опубликованные в 1971 г. («В сердце
Третьего Рейха»), наделали немало шума. Это более всего прочего, вызывает улыбку. Не шептались
ли за Рейном, что И. Фест принимал участие в редактировании этих воспоминаний? (Кроме того,
Альберт Шпеер голосовал за партию Вилли Брандта, вернувшего ему конфискованное ранее
имущество).

Согласно Фесту, у Гитлера были не только «навязчивые идеи». Он также понял, как воплотить их в
жизнь. С этой точки зрения он даже представляет собой «исключительный случай интеллектуала,
умеющего использовать свою власть на практике».

«Гитлер, - объясняет Иоахим Фест - отрицал экспериментальный принцип, согласно которому все
революции пожирают своих детей; он действительно был Руссо, Мирабо, Робеспьером и
Наполеоном своей революции, он был ее Марксом, Лениным, Троцким и Сталиным. Это доказывает,
что он прекрасно понимал, какие силы были спущены им с цепи».

« Неприятная очевидность, - уточняет Фест по ходу книги. - Но, наконец, настало время показать
феномен Гитлера, каким он был, и покончить с переодеваниями. Гитлер не был Диктатором
Чаплина: он был его противоположностью».


                                                67
«Величие, - говорит Яков Бурхардт - это необходимость ужасных эпох». Иоахим Фест, считающий
себя демо-христианином, близок к мысли о том, что все «великие люди тем или иным образом
сопричастны Злу, по его мнению, в любом величии скрывается Зло. Гитлер был одним их
величайших людей, поскольку в нем было крайне сильно Зло».

« Я думаю, что великие люди оказывают большое влияние, - говорит Фест, - но их величие
оценивается, исходя из их умения сохранить независимость по отношению к обстоятельствам.
Поэтому хорошо, что «сфера действия», на которую распространяется их влияние, уменьшается. В
этом смысле, Гитлер, возможно был последним человеком, который стремился делать историю».

Уже в 1970 г. Рудольф Аугштайн (Rudolf Augstein) писал в Шпигеле: «Сегодня индивидуум на
вершине власти уже не обладает возможностью реально решать что-либо. В лучшем случае он
обуздывает свои решения. Он действует по долгосрочному плану. Можно с уверенностью сказать,
что Гитлер был последним представителем классического великого политика». «Феномен великого
человека, - замечает также Фест, - всегда эстетического порядка: крайне редко его интересует
моральный порядок». Это утверждение ведет далеко. Конечно, «метаморальный» характер всех
исключительных исторических деяний кажется очевидным. Однако наиболее ярко это проявилось в
национал-социализме, в виду той важности, которая придавалось этой системой стилю и зрелищу
(факт, неизменно поражавший наблюдателей) - а также благодаря личности вождя.

Способный согласовывать практически несовместимые понятия

В другой книге, посвященной основателю национал социализма (Prenom: Adolf. Nom: Hitler),
немецкий историк Вернер Мазер (Werner Maser) писал: «Гитлер рассматривал свои функции Фюрера
и канцлера Рейха, политику и политическую власть исключительно как средства для реализации
своих артистических идей». « Прежде чем стать оратором, политиком, солдатом, вождем партии или
полководцем - продолжает он, - Гитлер был (или хотел быть) в первую очередь художником.
Ценности, определяющие его мировоззрение были «эстетическими» ценностями. Высшей целью
политической акции для него было не реализация общего блага, но «тотальное» действие, в котором
наиболее мрачные идеи красоты соединялись с жесточайшей жаждой величия».

Именно в этом, утверждает Фест, Гитлер проявил себя как «нечеловеческая личность, способная без
малейшего признака морального конфликта согласовать совершенно несовместимые понятия».

Разве не сумел он, выражаясь словами друга его детства Августа Кубичека (August Kubizek),
«спокойно повернуть вспять тысячелетия»?

В 1909-1910 гг., во время своего пребывания в Вене, «городе финикийцев» («гибельных радостей»),
как он выразился в «Mein Kampf», Гитлер жил в атмосфере своих картин и чертежей. Несколько его
работ, написанных с натуры - говорит Мазер - «отмечены печатью выдающегося таланта». Позднее,
на фронте, он пишет акварели.

Его любимые немецкие художники в то время - Карл Шпитцвег (1808-1885) и Эдуард Грютцнер
(1846-1925). Но выше всего он ставит греко-римскую скульптуру. Даже по достижению вершин
власти, живопись, скульптура, архитектура и музыка по-прежнему остаются его глубочайшей
страстью. В январе 1942 г. он заявил:

- Политика для меня лишь средство. Многие говорят, что мне крайне сложно хотя бы на день
отказаться от той активной жизни, которую я веду сегодня. Они ошибаются. Войны приходят и
уходят. Остаются лишь культурные ценности.

Старый акварелист Вены, наизусть знавший планы Парижской Оперы и никогда не устававший
слушать Вагнера, он вкладывал столько же страсти в архитектуру и искусство, как и в военные
операции или управление Государством. Однажды, когда один из его подчиненных обсуждал цену

                                               68
скульптуры, он прервал его одним словом:

- Для мастера никогда не бывает слишком дорого!

«Иногда, - пишет Вернер Мазер, - казалось, что Гитлер выбрал путь политика с единственной целью
реализовать свои гигантские, неизмеримые архитектурные проекты». Действительно, такие
архитекторы как Пауль Троост, Пауль Глайзлер, Альберт Шпеер в своих беседах с ним обращались к
нему как к «коллеге».

Французский посол Андре Франсуа-Понсе (Andre Francois-Poncet) писал, что в некотором смысле,
Адольф Гитлер напоминал ему Людвига II Баварского.


Книги, ничего кроме книг

«Сегодня, мне кажется, что по счастливой случайности самой судьбой мне было предписано
родиться в Браун-ам-Инн. Этот маленький городишко расположен на границе двух немецких
государств, объединение которых составляет - по крайней мере, для нас, принадлежащих к новому
поколению - задачу, для достижения которой мы должны пожертвовать всей своей жизнью и
использовать все средства, имеющиеся в нашем распоряжении.»

Таковы первые строки «Mein Kampf». Гитлер не верил в Бога. Но он верил в Провидение
(Vorsehung), providentia Древних, которое определяет и вершит судьбы.

Гитлер понимал историю как «результат борьбы всех против всех». Действительно, его
«мировоззрение» окончательно сформировалось уже в 1918 году. Оно сложилось в результате
длительных размышлений, в которых Мазер обнаруживает влияние идей Платона, Гегеля,
Шопенгауэра, Шиллера, Стюарта Чемберлена, Леопольда фон Ранке, Гете, Дидриха Эккарта, Ибсена
и Золя. «Шопенгауэр, - уточняет он, - был одним из мыслителей, к которому Гитлер обращался
наиболее часто. Он рекомендовал его как стилиста и наизусть цитировал целые отрывки».

В его исторической доктрине заметно влияние книг Мальтуса, Дарвина, Плотца, Эдуарда Гиббона,
все (за исключением Гиббона) люди 19 века, который Гитлер считал эпохой «героев духа».

Его военные концепции в основном строились на интенсивном изучении Клаузевитца. 8 ноября 1934
г. он бросил своим противникам в Бургер-Келлербрау, в Мюнхене:

- Вы не читали Клаузевитца, но если бы вы даже его прочли, то не сумели бы использовать его
теории в современных условиях!

Его начитанность в самых разнообразных областях, чему способствовала его необыкновенная
память, поражала всех собеседников Фюрера.

Друг его детства, Август Кубичек, рассказывает: «Я не могу представить себе Адольфа без книг. В
доме, он нагромождал вокруг себя горы книг. Когда книга занимала его, он чувствовал
необходимость постоянно иметь ее под рукой. Даже, если он не читал ее, он постоянно таскал ее с
собой. Такова была жизнь моего друга: книги и ничего кроме книг!». Однако, добавляет Вернер
Мазер, его подход к книгам не был sine ira e odio (прим. перев. - без гнева и пристрастия). Он
никогда не стремился найти согласие с автором или опровергнуть его. Он читал только то, что
«было ему необходимо для подкрепления своих взглядов».

Среди людей, оказавших влияние на Гитлера, особое место занимает писатель и публицист Дитрих
Эккарт (1868-1923), который был переводчиком на немецкий «Пера Гюнта» и возглавлял
еженедельник «Auf gut Deutsch», прежде чем стать главным редактором «Volkische Beobachter». В

                                               69
последних строчках «Mein Kampf», Гитлер говорит, что Эккарт был «человеком, который
пожертвовал всей своей жизнью для пробуждения своего народа, сначала посредством поэзии и
мысли и, наконец, действия».

Работы Мазера и Феста, содержащие множество ссылок, графиков, рисунков и схем, несомненно
позволяют составить более точное представление о жизни Гитлера. Однако, они ни в коей степени
не проясняют «загадку» его личности. На протяжении более чем тысячи страниц, читатель не
находит удовлетворительного объяснения. Парадоксальным образом изобилие деталей лишь
подчеркивает пустоту целого. Все эти документы не позволяют ясно представить себе этот
загадочный персонаж. Перед нами предстает хорошо отлаженный манекен, которого дергают за
веревочки, что никого не может ввести в заблуждение. Гитлер не появляется, несмотря на то, что
речь все время идет о нем.

Можно многое узнать о Гитлере, но возможно еще не настало время для понимания того, кем он
был.

Неразрешимая дилемма

Фюрер III Рейха является человеком, о котором пишут вот уже в течение более чем сорока лет. Ему
посвящены тысячи книг. Однако мрак не рассеивается. Известны события. Найдены тысячи
документов, писем и записей бесед. Недостатка в деталях нет. И все-таки, несмотря на это, он по-
прежнему остается искусственной фигурой; личностью, хранящей свою тайну, и не понятой никем.
Иногда даже создается впечатление, что чем больше света проливается на него, тем сильнее
становится окутывающий его мрак.

Возможно, это происходит потому, что история это всегда лишь нечто уникальное и
непредсказуемое. Всего лишь судьба, и «человеческие науки» не способны понять личность,
выходящую за рамки обычного? Или виной тому иные причины? Может быть, просто еще рано
судить о нем? Или же попытки, предпринимаемые историками, и неудачи, которыми оборачиваются
эти попытки, доказывают превосходство интуиции над дедукцией, живого и всеобъемлющего
синтетического метода над аналитическим, который собирает и классифицирует факты, но никогда
не позволяет воссоздать события «во плоти».

Геббельс однажды сказал своему адъютанту, князю Шомбург-Липпе: «Я работаю с Гитлером на
протяжении многих лет, я вижу его почти ежедневно и, однако, бывают моменты, когда я
совершенно не понимаю его. Кто может похвастаться тем, что знает его таким, как он есть на самом
деле? В мире абсолютной фатальности, в котором он живет, более ничего не имеет смысла ни добро,
ни зло, ни время, ни пространство и то, что люди называют успехом более не может служить
критерием. Вы подумаете, что я безумец, но послушайте, что я вам скажу: возможно, Гитлер
приведет нас к катастрофе. Однако его идеи, преображенные, обретут новые силы в самом
поражении. У Гитлера много врагов в этом мире, которые предчувствуют его величие. Но несмотря
на это, я не знаю, кто он такой в конечном счете. Действительно ли он человек? Я не мог бы в этом
поклясться. Бывают моменты, когда он вызывает у меня дрожь».

Герману Раушнингу, бывшему главе национал-социалистического правительства в Данциге, Гитлер
заявил: «Тот, кто видит в национал-социализме только политическое движение, совершенно его не
понимает. Наше движение есть нечто большее, чем даже религия: это воля свершить новое
творение». Он добавил: «Бескрайнее значение нашей длительной и тяжелой борьбы за власть
состоит в создании нового поколения господ, призванных взять в свои руки не только судьбы
немецкого народа, но и всего мира».

Возможно ли объяснить Гитлера, не являясь при этом гитлеровцем? Объяснить его, значит, понять
его, т.е. его систему, его видение мира. Но можно ли понять его мировоззрение, если его не
разделяешь? Дилемма кажется неразрешимой, а следовательно, выводы неутешительны, так как,

                                               70
пытаясь прояснить ситуацию, вместо этого, наоборот, сгущают мрак и создают легенду.

Кроме этого, очевидно, что говорить о явлении исторически возможно лишь в том случае, когда оно
уже принадлежит истории - т.е. когда оно уже не возбуждает страстей. (В связи с чем критики
постоянно a priori пытаются найти в историке своего сторонника.) В случае нацизма мы еще не
достигли подобного положения дел. На данный момент мы имеем гораздо больше сторонников и
противников национал-социализма, которые объединяются в своем противодействии всяким
попыткам отбросить это явление в историю, так сказать, назад, когда станет возможным говорить о
нем объективно и когда оно (в том числе и по этой причине) перестанет вызывать столь глубокий
отклик в душах современных людей.

С этой точки зрения все книги, написанные о Гитлере сегодня, способствуют исключительно
укреплению «гитлеровского мифа». Лучше сказать: любая критика, сколь бы сильной она не была,
предполагает актуализацию этой системы - требует сделать из «прошлого» вечное настоящее.

« На протяжении десятков или сотен страниц, - сказал писатель Голо Манн (Golo Mann), - можно
показать, что Гитлер был самым отталкивающим и ничтожным злодеем в европейской истории.
Однако до сих пор, изучая своего героя на протяжении более чем тысяча страниц, как это сделал
Фест, пытаясь прояснить движущие им силы и его психику, скорее приходишь к прямо
противоположному результату. От желания обвинить до восхищения всего один шаг. Вследствие
этого появляются самые противоречивые оценки».



Действия в военной области

Итальянский историк Ренцо де Феличе (Renzo De Felice Intervista sul fascismo, Laterza, Bari, 1975 г.)
считает национал-социализм архаичным явлением, тогда как фашизм, напротив, рассматривается им
как прогрессивное движение, что позволяет ему до некоторой степени приравнять его к идеям,
вдохновлявшим «левых националистов».

Однако, для Роберта Арона «Гитлеризм несомненно является конечным итогом современного
времени. Он не был, как претендовал на это Гитлер, реакцией против рационализма, но был его
извращением. Он стал безумным завершением великой человеческой эпопеи, технического
крестового похода, проповедуемого на протяжении более чем трех веков Декартом и его
последователями. На протяжении всего этого периода было затрачено невероятное количество сил и
веры, разума и мужества, были предприняты славные завоевания, сенсационные blitzkriege против
рутины и невежества, что изменило облик мира. И никогда до этого эксцессы, рождавшиеся из этих
завоеваний, не угрожали в такой степени самим основам западной цивилизации» («Retuor a
l’eternel», Albin Michel, 1946).

В военной области Гитлер, подобно Наполеону, за короткое время сумел восстановить против себя
союз трех факторов: сопротивление на оккупированных территориях, англосаксонскую мощь и
русскую степь. Если верить Герту Букхайту (Gert Buchheit, «Гитлер главнокомандующий», Arthaud,
1961), величайшей слабостью Гитлера в военном плане были, с одной стороны, его глубочайшая
вера в свою интуицию (понимаемой им как вера в свою миссию) и, с другой, отказ от гибкой,
оборонительной войны, допускающей добровольное - но временное - отступление с завоеванных
территорий. (Что привело к его столкновениям с командованием Вермахта.)

В предисловии, отведенном для стенографических записей конференций, проводимых Гитлером в
его главной ставке с 1942 по 1945 год («Гитлер и его генералы», Albin Michel, 1946) Жак Бенуа-
Мечин (Jacques Benoist-Mechin), автор Истории немецкой армии (Albin Michel, 6 том, 1936-61 гг.),
являющийся знатоком в военной области, выражает полностью противоположное мнение. Он
цитирует Гельмута Гайбера, по словам которого «несправедливо то мнение, согласно которому

                                                 71
всегда правильные и многообещающие замыслы, разработанные генеральным штабом, были
сведены на нет тупым невежеством дилетанта, который выдвигал лишь абсурдные планы и
безрассудные требования». Он добавляет: «Когда властители Третьего Рейха отдали своим дивизиям
приказ о наступлении на Россию, ими двигало не наплевательское отношение к тому риску, который
влекло за собой ведение войны на два фронта, но именно желание избежать этой опасности».

Это мнение подтверждается победителем битвы при Сталинграде, маршалом Андреем Ивановичем
Еременко, который в своих воспоминаниях утверждает, что Гитлер был прав, проявляя недюжинное
упорство во время битвы под Сталинградом и, что если бы немцы не отступили от своего
первоначального замысла, а именно массированного наступления в Северном направлении, то
сражение могло бы обернуться в их пользу.

Со своей стороны Раймон Картье заявляет: «Мое личное заключение (основанное, как я осмелюсь
утверждать, на тщательном исследовании) состоит в том, что Гитлер был великим полководцем и,
именно ему, немцы обязаны своими многочисленными победами в первый период мировой войны,
включая маневры у Седана».

23 февраля 1945 г. Геббельс писал в еженедельнике «Das Reich»: «Если немецкий народ сложит
оружие, Советы оккупируют всю Восточную и Юго-Восточную Европу, также как и большую часть
Рейха. Тогда на всех этих территориях, которые вместе с Советским Союзом составят огромное
пространство, немедленно опустится железный занавес (ein eiserner Vorhang.)» В своих последних
заметках, собранных Борманом и опубликованных в 1959 г. (Политическое завещание Гитлера,
Fayard), Гитлер подвел итог своим действиям, согласно историку Х. Р. Тревор-Ропер (H.R. Trevor-
Roper), ретроспективно осветив многие свои намерения.



Японцы и итальянцы

Он утверждал, что война была ему «навязана» и что она началась слишком рано и в то же время
слишком поздно. Слишком рано, потому что требовалось двадцать лет для созревания офицеров и
дипломатов, воспитанных в его школе. И слишком поздно, потому что противники Рейха
воспользовались временем, прошедшим после Мюнхенского соглашения, чтобы «достичь военного
превосходства». (По его мнению, войну необходимо было начать в сентябре 1938 г.).

Он заявлял, что начал войну против СССР прежде всего потому, что Сталин готовился к нападению
на Германию, а также затем, чтобы вынудить Англию признать превосходство Германии на
западном континенте. Он думал, что англичане пойдут на заключение «сепаратного мира» с Рейхом,
если убедятся, что на континенте более не осталось ни одной великой державы, способной помешать
осуществлению его политики. «Однако, решение о начале войны с Россией, - говорит он, - было
принято в тот момент, когда я убедился в том, что Англия продолжает упорствовать в своем отказе
от заключения мира» (26 февраля 1945 г.). Для достижения своих целей, необходимо было опередить
противника: «Идея оборонительной войны против России была неприемлема».

Гитлер сохранил огромное уважение к японцам. Он утверждал, что в будущем Германия должна
искать себе друзей среди китайцев, японцев и арабов. Однако он упрекал себя за свою англофилию и
«иллюзии», питаемые им по поводу латинских народов.

Англичане, говорил он, недооценили влияние, оказываемое на них «еврейским господством». Он
заявил: «Можно предсказать, что каков бы ни был исход этой войны, он станет концом британской
Империи. Она идет к своей гибели. Будущее английского народа это смерть от голода и туберкулеза
на своем губительном острове».Он считал, что Италия практически во всем стесняла Германию - и
лучше бы она осталась в стороне от мирового конфликта. Он уточнил, что войну против СССР
собирались начать весной 1941 г. и закончить осенью и, что именно вторжение итальянской армии в

                                               72
Грецию (о чем Германия не была заранее поставлена в известность) расстроило его планы. Греческая
компания Муссолини стала поистине бедствием. Ему пришлось пойти на открытое столкновение с
югославами, в результате чего развязалась война на Балканах, которой немцы пытались всячески
избежать. Великобритания послала свой экспедиционный корпус, и Гитлер был вынужден прийти на
помощь своему союзнику. Кроме прочего, это помешало осуществлению задуманной им
молниеносной войны (Blitzkrieg) против Сталина. Немецкая армия оказалась пленницей ужасной
русской зимы, и это стало началом конца. Таким образом исход войны решился в течение
нескольких недель.

Кроме этого, Гитлер обвинил итальянцев в том, что они помешали ему разыграть карту
деколонизации Средиземноморья и реализовать на практике политический антиимпериалистический
союз с Исламом.

Относительно Франции он считал, что его политика была ошибочной. «Нашей задачей - говорит он -
было освобождение рабочего класса и поддержка французских рабочих в свершении их революции.
Необходимо было беспощадно отвергнуть допотопную буржуазию, лишенную души и патриотизма
(...) Мы пренебрегли нашим долгом и не осознали своих интересов, не освободив в 1940 г.
французских рабочих».

«То же самое можно сказать о французских колониальных владениях, французский народ
безусловно ждал от нас избавления от груза Империи. В этом смысле народ этой страны всегда
проявлял больше здравого смысла, чем его так называемая элита. Подлинный инстинкт нации
лучше, чем эта элита. Как при Людовике XV, так и при Жюле Ферри они восставали против
абсурдных колониальных компаний».

Гитлер набросал картину будущего мира: «В случае поражения Рейха, в ожидании подъема
азиатского, африканского и, возможно, южноамериканского национализма, в мире останутся лишь
две силы, способные реально состязаться между собой: Соединенные Штаты и советская Россия.
Законы истории и географии приговорили эти две силы померяться силами как в военном, так и
экономическом ,и политическом плане. Те же законы обрекли их стать противниками Европы. Обе
эти державы несомненно в более или менее короткие сроки пожелают заручиться поддержкой
единственного великого народа, оставшегося после войны - немецкого народа. Я настойчиво
заявляю: этого не должно произойти ни в коем случае. Немцы не должны играть роль пешки в
партии, разыгрываемой русскими или американцами».

Он добавил: «На настоящий момент трудно сказать, что представляет для нас наибольшую
опасность в идеологическом плане, прожидовленный американизм или большевизм. Действительно,
русские под давлением обстоятельств могут окончательно избавиться от еврейского марксизма,
однако, лишь для того, чтобы возродить вечный панславянизм в его самом жестоком и диком
облике».

«Что касается американцев, то если им не удастся в ближайшее время сбросить иго нью-йоркских
евреев, их гибель последует незамедлительно - они так и не достигнут возраста зрелости. Их
огромная материальная мощь при столь же поразительной слабости духа навевает образ ребенка,
страдающего гигантизмом. Возникает вопрос, не является ли американская цивилизация
цивилизацией, обреченной развалиться столь же стремительно, как она и возникла».



Время тайной слезы

2 апреля 1943 г. Гитлер заявил: «Если мы окажемся побежденными в этой войне, это станет полным
крахом. Наши противники растрезвонили о своих намерениях так, что мы не можем питать никаких
иллюзий относительно будущего (...) Эта мысль непереносима. Я с ужасом воображаю наш Рейх,

                                              73
разодранный в клочья этими победителями, наш народ, отданный на растерзание диких
большевиков и американских гангстеров. Однако эта перспектива не может поколебать мою
твердую веру в будущее немецкого народа. Чем больше страданий выпадет на нашу долю, тем более
блестящим станет возрождение вечной Германии. Особенность немецкой души впадать в летаргию,
в том случае когда возникает угроза самому существованию нации, послужит еще раз. Но я лично не
могу вынести даже мысли о том, чтобы жить в этой переходной Германии, которая последует за
падением нашего Третьего Рейха».

Спустя некоторое время, 30 апреля 1945 г., канцлер Рейха, в возрасте 56 лет, накануне
обвенчавшийся со своей невестой, покончил жизнь самоубийством в окружавшей его атмосфере
конца мира. В своих «Военных мемуарах» (том 3: Le salut, 1944-46. Plon, 1959) генерал де Голль
пишет: «самоубийство, не предательство, положило конец его начинаниям». «Германия - добавляет
он - завороженная им до самых глубин своей души, служила своему Фюреру всеми силами. Она
сохранила ему верность до самого конца, отдав ему столько сил, как ни один народ никогда не
отдавал в распоряжение своего вождя...».

Он заключает: «Дело Гитлера было сверхчеловеческим и нечеловеческим. Он отстаивал его, не зная
сомнений. До последних часов агонии в глубине берлинского bunker’а, он оставался несгибаемым и
не знающим жалости, каким он был в дни своего торжества. Его борьба и память о нем покрыты
мрачным величием сделанного им выбора; никогда не колебаться, не идти на сделки, никогда не
отступать. Титан, пытавшийся удержать на себе весь мир ни сгибаясь, ни пытаясь облегчить
тяжесть. Но в тот момент, когда все было кончено, у побежденного и разгромленного не было ли
такого мгновения, когда глаза его заволокла потаенная слеза?».



Ален де БЕНУА



Перевод с французского Виктории Ванюшкиной

ЕВГЕНИКА

Autor: Warrax

Выражаю благодарность за предоставленный справочный материал по медицине Nicodimus’у.

Abusus non tollit usum (Злоупотребление не отменяет употребления).

Слово «евгеника» у многих вызывает инстинктивное неприятие - так хорошо поработала
пропаганда. В самом деле, всё, что хоть каким-либо образом связанно с национал-социализмом,
мировое сообщество объявило вне если не закона, то нравственности (человеческая мораль,
нравственность и их логичность - тоже интересный вопрос, но несколько другой). В качестве
примера напрашивается древний знак свастики, который сейчас многими воспринимается
исключительно как символ фашизма. Что интересно - сам термин «фашизм» тоже применяется
неадекватно, поскольку имеет значительные смысловые отличия от национал-социализма,
наличествовавшего в Германии.

Вообще всё, что связано с событиями Второй Мировой, искажено настолько, что даже «1984»
Оруэлла несколько не дотягивает до реальных подтасовок фактов. Рекомендую по этому поводу
изучить книги В.Суворова, но в данный момент речь идет не о том, у кого было какое воооружение и
т.п., а об отношении к отдельным фактам того времени. Я еще ни разу не видел, чтобы какой-либо
материал о событиях того времени подавался без политической либо моральной оценки - а только

                                               74
объективно.

Скажем, знаменитый д-р Менгеле - что о нем знает обычный человек, не являющийся специалистом
по этому периоду истории? Что был такой садист, палач, фашист, на людях опыты делал! - и все.
Какие опыты - об этом, поднатужившись, самые эрудированные могут вспомнить, что по
обморожению и реанимации замерзших, на близнецах... А подробнее? (Некоторые сведения
упомянуты в статье «Супермен против серости христианства».) Недавно я смотрел по каналу
Discovery полуторачасовую передачу, посвященную персонально д-ру Менгеле. Рассказали про его
детство, как он вступил в национал-социалисты, очень художественно рассказали, как он стоял
перед эшелоном заключенных и сортировал их, отбирая для опытов. Про многочисленные
выступления бывших лагерников я вообще молчу - половина эфирного времени они рассказывали
одно и то же.

А про конкретные научные достижения - ни слова. Только самая общая тематика опытов - и что
результаты, записанные в пропавших дневниках ученого, были значительными и ценными. Хоть это
признали, и то хорошо.

Конечно, д-р Менгеле делал опыты на невиновных людях и т.д. - я его и не собираюсь оправдывать.
Однако, задумайтесь, почему нигде не встречается объективной информации по его научным
достижениям: был такой-то, открыл то-то и то-то...?

Совершенно та же самая история происходит с евгеникой - большинство людей, услышав это слово,
вспоминают исключительно о «белокурых бестиях», расовых комиссиях и т.п. Однако,
обоснованность такого соответствия никак не более, чем попытки представить Ф.Ницше как
идеолога нацизма.

Рассмотрим происхождение слова. Греческое eu-genhx имеет несколько вариантов перевода, но все
они сводятся к оттенкам «благородное происхождение, хорошая порода» - в общем, превосходного
генетического качества. Можно возразить, что есть перевод, связанный с «благородным
происхождением», т.е. аристократией, на что и претендовали нацисты, считая свою нацию самой
полноценной. Не буду здесь тратить время на критику наци, бредовость таких идей очевидна.
Просто напомню, что благородное аристократическое происхождение тоже ведет название от
греческого aristox - «превосходный, наилучший» - как видим, разговор идет о качестве, а не о
национальной принадлежности.

Итак, как ясно из происхождения слова, евгеника - это стремление улучшить качество породы. В том
числе и человека, как бы это не шокировало моралистов. Почему считается, что человек не должен
развиваться далее как вид? Некоторых аспектов проблемы развития я касался в старой статье
«Эволюция человека закончена?». Можно рассмотреть происхождение антиевгенистической
направленности морали и со стороны инерции человеческого мышления.

В самые древние времена, когда люди остро ощущали недостаток пищи, часто практиковалась
смерть стариков и т.д. - тех, кто не мог прокормить себя сам. По мере развитии цивилизации люди
наоборот, стали заботиться о стариках как носителях мудрости, особенно если учесть, что
письменности еще не было (не путать мудрость и возраст, сказанное не относилось к впавшим в
маразм), а также приняли коллективную заботу о детях - интересующиеся могут более подробно
прочесть об этом в статье В.П. Эфроимсона «Родословная альтруизма». Однако людям свойственна
инерционность мышления. Станислав Ежи Лец, писавший, что до людей всё медленно доходит -
понимают только последующие поколения, был оптимистом. Еще чаще - вообще не понимают.
Судить по внешним признакам, а не по внутреннему содержанию, требует куда меньше знаний и
мудрости - неудивительно, что люди так и поступают.

Смотрите сами, на анализе вышеописанной тенденции. Внутреннее содержание: по возможности
надо улучшать возможности накопления знания и полноценного воспитания детей - как физически,

                                               75
так и умственно. Т.е. при дальнейшем прогрессе надо заботиться о том, чтобы не пропадали знания,
накопленные ранее (обратите внимание, что устная традиция уже отошла в прошлое), и чтобы
последующие поколения были более здоровыми, умными и т.д. - по всем параметрам. Я не хочу
здесь рассматривать вопрос «а зачем это нужно?» за абсурдностью такового. С одной стороны,
жизнь как таковая вообще не имеет смысла, а с другой, если уж что-то делаешь, то делай так, чтобы
не было стыдно перед собой за качество сделанного - это относится и к размножению. Как к
процессу, так и к результату.

Однако, люди редко способны видеть что-то большее, чем то, что плавает на поверхности, поэтому
именно в это они часто и вляпываются. В описанной ситуации они судят по внешним параметрам.
Скудные условия существования: никого лишнего. Сносные условия: можно позаботиться о тех, кто
не в состоянии делать это самостоятельно (стариках, детях). Позже причины такой заботы
упускаются из виду - уже пошла традиция. А приверженность традициям всегда ценилась больше,
чем наличие мозгов. Еще в 18-19 веках в книгах по куртуазному обхождению давался умный совет:
недостаток ума легко заменить знанием этикета.

Что же получаем при переходе к третьему этапу, используя внешние признаки? Элементарно,
продолжение этих самых признаков, а именно: заботиться надо о всех сирых и убогих, в том числе и
умственно, в том числе и от рождения... Забыты причины перехода ко второму этапу, и уже мало
кого волнует, для чего это делается. Было принято заботиться о стариках, будем заботиться и о
дегенератах. Еще больше повода гордиться собой - какие мы добрые, милосердные, гуманные etc.

При этом практически никто не задумывается над таким нюансом: прежние категории,
находившиеся под призором, не производили потомства. Старики (за редким исключением) уже на
это неспособны, у детей это в будущем. А здесь получаем категорию населения, о которой заботятся
(за счет полноценных!), и при этом оставляется возможность для размножения.

Реально страшны не те немногочисленные дебилы, которые не могут даже есть самостоятельно - им
редко предоставляется возможность произвести потомство, отклонения в физиологии чаще всего
слишком велики. Реальная опасность происходит от членов общества, которые считаются
полноценными, юридически дееспособными - но тупыми от рождения. Просто - с невысоким
интеллектом. Они делают свою работу (могут ямы копать, а могут не копать), получают за это
деньги, и, в общем, вполне себя обеспечивают.

Но рассмотрим это с точки зрения генофонда человечества. Надеюсь, никто не будет спорить, что
способности зависят не только от воспитания (это к Лысенко, а не к научной генетике), но и,
значительным образом, от генетической предрасположенности. В случае передаваемых по
наследству болезней это очевидно, для интеллектуальных и т.п. свойств это не так бросается в глаза
(однако, четко подтвержадется исследованиями интеллекта, образа жизни и т.д. однояйцевых
близнецов, которые были разлучены в детстве и воспитывались разными людьми, иногда даже в
разных странах). Стандартным возражением против такой позиции является народная поговорка «На
детях великих людей природа отдыхает». Однако, при этом совершается точно такая же ошибка:
путаются внешние признаки с внутренней сущностью. Действие приведенного высказывания
относится к области генеалогии, а не генетики.

Именно это и определило неудачу евгенической программы середины века: тогда генетика не была
достаточно развита, и практически единственным методом евгеники было скрещивание и
искуственный отбор по внешним признакам. Естественно, что такая неэффективная методика, да
еще с учетом совершенно ненаучной теории нацизма, не привела к каким-либо положительным
результатам (кроме того, эксперименты продолжались слишком недолго). На том уровне науки
отбор вынужденно производился исключительно отбраковкой неполноценных экземпляров, и
результатов можно было ждать только через ряд поколений, причем это не слишком уменьшало
возможность случайных мутаций - как известно, ребенок с синдромом Дауна может родиться у
вполне здоровых родителей, в настоящем времени нет никаких данных, от чего зависит такое

                                                76
событие.

Лирическое отступление: видел несколько кадров из агитационного фильма гитлеровской Германии
про необходимость следить за чистотой расы и полноценностью тех, кто в нее входит. Для
иллюстрации второго как раз показали несколько кадров тех, кого гуманисты считают необходимым
сохранять и поддерживать в них жизнь. Чтобы они их круглосуточно окружали и их дети только
такими бы и рождались! - больше никаких мыслей и не приходит после прочтения таких вот
высказываний. Я бы вообще рекомендовал иллюстрировать всеразличные гуманистические статьи
подобными фото - когда оторопь вызывает даже не физическое уродство, а абсолютно пустой, без
малейшего проблеска разума, взгляд того, кто de jure считается человеком.

Но суть евгеники все же не только в работе ОТК в роддоме. Современная наука имеет гораздо
больше возможностей даже для той же отбраковки, но на гораздо более раннем этапе. Скажем, тот
же синдром Дауна однозначно определяется на любой стадии, поскольку вызывается лишней
хромосомой. Многие наследственные болезни так же возможно определить генетическим анализом.
Но многие ли семейные пары считают необходимым произвести генетический анализ - кто у них
может родиться и стоит ли рожать вообще? Более того, многие отклонения от нормы сейчас
достаточно легко и с высокой степенью точности определяются УЗИ и т.д. Однако, большинство
людей даже не планируют беременность заранее. В лучшем случае просто перестают
предохраняться - когда получится, оно и ладно, а в самом распространенном: «Ой, я, кажется,
беременна - надо что-то делать!».

Завершая разговор об отбраковке, отмечу, что встречаются случаи (и не так уж редко), когда разум
пасует даже не перед этикой, а просто не знаю перед чем, такого и слова нет. Случай, описанный в
журнале (не желтого цвета), который я читал несколько лет назад: больной какой-то генетической
болезнью лежал в больнице на где-то 20-й пластической операции. Название не запомнил, я не
медик, но суть такова: при полном сохранении умственных способностей - врожденная глухота и
деформация костей черепа. Фото, приведенное в статье (после многочисленных операций),
производит впечатление: как бы полностью сделанное лицо, похожий вид кожи у заживших ожогов.
Так вот, в этого пациента влюбилась медсестра и вышла за него замуж. И тут началось самое
интересное: они решили завести ребенка, зная, что вероятность рождения с той же болезнью 50%.
Родили. Не знаю, как вы, а для меня как-то странно выглядит позиция «я рожу ребенка, и буду его
очень любить, и я знаю, что он будет вынужден перенести множество операций и все равно никогда
не будет полноценным». Думаете, этим все ограничилось? Через год или два, точно не помню, они
родили еще одного. Мотивация, описанная в статье, была приблизительно такой: одному ему будет
сложно в жизни (обратите внимание, что многие пластические операции нельзя делать до тех пор,
пока человек не перестает расти), а братик его поддержит. Вот такая история, проникнутая
гуманизмом....

Итак, каков другой аспект евгеники в современных условиях? Тот, который заложен в самом
названии - улучшение породы. Скажем, если наука сумеет на определенном этапе развития удалять
эту самую лишнюю хромосому из клеток, то болезнь Дауна будет побеждена. Понимаю, что сейчас
это звучит фантастически, но когда-то и идею компьютера, на котором вы это читаете, не приняли
бы даже в качестве сказочного сюжета.

Хотя здесь есть еще один аспект - целесообразность. Практически все генетические дефекты
определяются еще до рождения, поэтому нет никакого смысла рожать заведомого больного ребенка,
а потом его лечить. Более того - как бы не шокировало моралистов такое заявленое, но, тем не менее,
новорожденный - de facto еще не человек, а только заготовка для человека. Он еще не обладает
личностью, индивидуальностью, самоосознанием. Поэтому гораздо логичнее не тратить ресурсы (и,
видимо, весьма значительные) на то, что проще отбраковать.

На современном этапе, конечно, больший упор будет делаться на своевременную диагностику - и
тут уже надо бороться с ханжами, протестующими против абортов, но это другой аспект проблемы.

                                                77
Самое что интересно, современные медики уже могут определять не только дефекты физического
развития, но и тенденции к умственному и психологическому развитию. Даже в достаточно давно
написанной статье «Родословная альтруизма» есть данные, которые слабо относятся к теме статьи,
но которые я оставил специально, чтобы сделать ссылку отсюда; цитирую: «С частотой примерно
1:500 и 1:1000 встречаются среди мальчиков-младенцев аномалы, имеющие не 46, а 47 хромосом, а
именно одну лишнюю половую хромосому, X. или У. Первые (ХХУ) евнухоидны, вялы, безвольны.
Среди туповатых преступников они встречаются раз в десять чаще, чем среди остального населения.
Подростки с лишней У-хромосомой даже в хороших семейно-социальных условиях рано начинают
выделяться не только высоким ростом, но и эмоциональной неустойчивостью, несдержанностью и
агрессивностью, а затем и преступностью. Наиболее характерны для них бессмысленные поджоги и
воровство, сексуальные преступления, не столь уж редки и убийства. Среди высокорослых
преступников аномалия ХУУ встречается в несколько десятков раз чаще, чем среди нормальных
мужчин».

С моей точки зрения вполне логично не допускать рождения тех, кто настолько существенно
предрасположен к социопатическому поведению. Более того, генетика вплотную подбирается к
тому, что умственные способности будут определяться не тестами на IQ, а различными анализами,
которые будут давать потенциальные способности индивидуума, пусть даже сейчас и не развитые (в
том числе и в младенческом возрасте, когда тесты неприменимы принципиально). Скажем,
способность к обучению и запоминанию, согласно теории «холодных нейронов», зависит от
максимальной частоты и мощности импульсов, которые способны пропустить через себя нейроны
коры головного мозга. Дальнейшие сведения предоставлены мне Nicodimus’ом, профессиональным
медиком, работающим в этой области.

Примечание: в связи с тем, что я медиком не являюсь, а данные сведения передавались из Англии,
возможны некоторые неточности в переводе терминов и условных обозначений. Скажем, в России
могут применяться русские сокращения терминов, а не английские. Я сам не в курсе, что эти
термины обозначают - уж очень узкоспециализированная область затронута, а вставлять сюда
страницу объяснений, которые, опять же, смогут понять только медики, считаю нецелесообразным.
Сведения приводятся как иллюстрация возможности делать выводы о потенциальном интеллекте,
используя строго научные методики без вмешательства субъективных факторов.

· Тирозинкеназа - низкий уровень экспрессии - предрасположенность к тупости (сорри за ненаучный
термин, зато понятно) и алкоголизму.

· Пресенилин - присутствие обозначает прогрессирующую тупость.

· GluR2 субединица - недостаточный уровень - признак эпилепсии, избыточный - опять-таки
тупость.

· NMDA в общем / NADPH диафораза - недостаточный уровень - тупость + склонность к
шизофрении.

· NMDAR2C субединица - недостаток - тупость.

Кроме того, были исследования, показывающие корреляцию умственного развития и концентрации
ионов Zn2+ в крови и т.д. Данные, приведенные здесь, Nicodimus привел «с ходу», когда я его
попросил проиллюстрировать конкретными примерами обсуждаемую в переписке тематику.
Конечно же, этот список гораздо больше - однако, вряд ли где-то существует в скомпилированном
виде. Слишком уж он противоречит общепринятому мнению «все люди изначально равны», научно
опровергая этот тезис, если уж люди не могут понять его абсурдность, исходя из анализа
окружающего мира. Кстати говоря, я недавно заинтересовался истинностью общепринятого мнения,
что негры менее умны, чем представители белой расы. Знакомые в Америке мне сразу сказали, что
сведения такого рода открыто не публикуются (чтобы не обидеть негров). Мне говорили, что один

                                               78
знакомый как-то пролез в личные данные студентов колледжа, и из них однозначно следовало, что
IQ негров в среднем на 10-20 пунктов ниже - но ведь не будешь ссылаться на «один хакер, знакомый
моего знакомого...». Что характерно, единственная статья относительно сравнения рас, которую
вспомнил один из моих корреспондентов, была на тему «представители негроидной расы более
физически развиты». Если уж цензура «самой демократической страны в мире» скрывает такие
данные, то кто позволит свободно публиковать научные иследования на такую тематику? Я не про
расовые отличия, просто здесь пример хороший, а в более широком смысле - современная мораль
просто не допустит того, чтобы кто-то объективно, согласно науке, официально считался умнее
другого. А то возникнут вопросы типа «а чего этот сенатор делает в сенате (депутат в Думе), когда у
нашего дворника мозгов больше?»

Впрочем, мы отклонились от темы. Итак, как мне кажется, я наглядно показал, что возможности
евгеники в плане отбраковки нежелательных экземпляров, а также диагностики способностей
индивидуума по объективным параметрам в настояшее время находятся на этапе вполне
перспективного развития.

Дальнейшее развитие этого направления неизбежно приведет к возможности не только исправлять
генетические дефекты, но и улучшать общие либо конкретные параметры организма. Что вызывает у
меня особенный интерес, так это то, что многое, считающееся незыблемо инстинктивным,
врожденным и т.д., оказывается на самом деле также запрограмированным генетически. Разве у
человека нет того, от чего он хотел бы избавится? Правда, здесь возникает один нюанс: если,
скажем, против избавления от рака или гемофилии редко кто будет протестовать, то против многого,
что объективно мешает человеку, а субъективно - делает человека человеком, возражений будет
сколько угодно. Я даже не про какие-то совсем глобальные вещи, типа альтруизма (ну изжил он уже
себя!) и т.п., а, скажем, таких свойств, как ревность и т.п. Вряд ли существует «ген ревности»
конкретно, но комбинации генов, способствующих таким проявлениям, с моей точки зрения, вполне
могут наличествовать. Ревность здесь приведена как условный пример, просьба не зацикливаться на
этом. В качестве иллюстрации возможностей коррекций на уровне генома инстинктов читайте
нижеследующую статью.



Neuroscience

Плохая мышка-мама дает урок по молекулярным основам поведения

Майкл Гринберг и Дженнифер Браун открыли, что отсутствие единственного гена может глубоко
повлиять на первоначальное родительское поведение.

В эксперименте, по поводу которого Мать-природа наверняка бы нахмурилась, исследователи из
Гарвардской медицинской школы вывели мышей, которые игнорируют своих детей.

Мутация, которая была достигнута устранением единственного гена, демонстрирует, какой
необычный эффект может оказывать ген на поведение животного. Нормальная мышь, носитель гена,
бросается на помощь новорожденным мышатам - чистит их, собирает вместе, прикрывает, чтобы
согреть, и кормит молоком. Мышь, которая потеряла ген, называемый FosB, не обременяет себя
таким заботливым поведением.

«Они идут и исследуют малышей, и обнюхивают их, но затем отправляются в угол клетки и
игнорируют их. Как последствие пренебрежения мышата умрут, если их не отдать обычной мыши-
матери», - говорит Майкл Гринберг, профессор нейрологии и директор Отделения
нейроисследований при детском госпитале. Исследования публикуются 26 июля в издании «Cell».

Отсутствующий ген принадлежит к загадочному классу генов, известных как непосредственные

                                                79
ранние гены (IEGs). Хотя механизм действия пока не вполне понятен, известно, что IEGs
воздействуют на деятельность тканевых сигнальных систем, включающих в себя факторы роста и, в
случае нейронов, нейротрансмиттеры. Однажды задействованные, они активируют множество
продуктивных факторов, которые, в свою очередь, побуждают к работе другие гены.

FosB может влиять на эти эффекты подобным способом - задействованием целого семейства генов.
«Это ген, который предположительно регулирует действие разных других генов в критической
области мозга, модулируя этим поведение, вовлеченное в ухаживание за потомством», - говорит
Дженнифер Браун. Она доктор медицины, доктор философии, студент лаборатории Гринберга.

В данное время исследователи выясняют, как FosB функционирует в преоптической зоне
гипоталамуса, играющей важную роль в родительском поведении. Они надеются бросить свет на
роль FosB в других адаптивных процессах, как обучение и память.

Их работа может положить путь к лучшему пониманию генетического базиса поведения, не только у
мышей, но и у человека. «Ген присутствует у людей и высших млекопитающих. Его роль может
быть разной. Я думаю, что изучение его у мышей может дать ключ к размышлению», - говорит
Гринберг.

Исследователи не подозревали, что FosB мог оказывать такой глубокий эффект на родительское
поведение, когда они начинали работу. Хотя родственный IEG, названный C-Fos, был известен как
влияющий на протекание родительского ухаживания и других адаптивных процессов - как обучение,
память и т.п. - FosB не был известен как побуждающий к таким процессам. На самом деле было
загадкой, что FosB делает.

Узнав больше об этом гене, Браун решила создать группу мышей, лишенных FosB. В 1994 году она
получила первое поколение мутантов. К ее разочарованию, они выглядели вполне нормальными.

Матери лишаются материнского инстинкта

Однако, когда Браун познакомила мутанта с еще одним, она наблюдала ошеломляющий результат:
потомство погибало за несколько дней. «Все сосунки расползались по клетке, а самки сидели в углу,
не уделяя отпрыскам внимания», - говорит Браун.

Судя по общему невниманию самок к потомству, нарушение было скорее в матерях, нежели в их
отпрысках. Фактически, когда мышат-мутантов помещали к нормальным самкам, они выживали.
Когда нормальные мышата давались самкам-мутантам, те не обращали на них внимания.

В начале Браун предполагала, что проблема в лактации у самок-мутантов. Но когда она сравнила
соски мутантов и нормальных мышей перед родами, она не нашла различий.

Тем временем, она наблюдала яркие отклонения в родительском поведении у мутантов. Например,
когда мышат отделяли от матерей и затем подкладывали вновь, нормальные матери возвращали всех
своих детей. Половина матерей-мутантов возвращали одного мышонка; другая половина не
возвращала мышат вообще. Мутанты-самцы, которые в нормальном состоянии выбрасывают всех
мышат вон, также не проявляли внимания.

Исследователи пытаются определить, как FosB взаимодействует с другими генами и такими
факторами, как гормоны, выявить его отдаленные и побочные эффекты. Возможно, что ген
повышает чувствительность клеток в преоптической зоне гипоталамуса, усиливая стимуляцию
гормонами, которые учавствуют в родительском поведении.

«Итак, мы думаем, что можем получить молекулярный базис адаптации, идя этим путем», - говорит
Гринберг. - Очевидно, это будет больший комплекс, нежели один только FosB. Но имея ключ в

                                               80
молекулярном аспекте, мы можем с надеждой продвигаться дальше, чтобы найти, как это все
начинается и с какой целью».

Misia Landau

Перевод (C) Schakal, XXXIV A.S.

http://www.dulo88.narod.ru/

ЗАГАДКА ВОЗНИКНОВЕНИЯ HOMO SAPIENS

Опасные идеи

В ноябре 1859 года Чарльз Дарвин выступил со своей чрезвычайно опасной идеей - что все живые
существа развивались в процессе естественного отбора. Несмотря на то, что в книге Дарвина почти
не было упоминаний о человеке, выводы были неизбежны, и это повлекло за собой такие
радикальные изменения в самооценке человека, каких не происходило за всю обозримую историю.
Дарвин в одно мгновение разжаловал человека из состояния божественно сотворённого существа в
обезьяну, эволюционировавшую под действием бесстрастного механизма естественного отбора.

Эта идея представляла такую опасность для религиозных институтов, что в 1925 году школьный
учитель из Теннеси Джон Скоупс был привлечён к суду по обвинению в том, что он преподавал в
школе дарвиновскую новую «теорию эволюции». Состоялся шумный процесс, в котором тогдашние
иерархи Церкви одержали внушительную победу. С тех пор идеи Дарвина как будто взяли реванш.
Вне всякого сомнения, что современные эволюционисты, возглавляемые такими учёными, как
Ричард Доккинз, сейчас побеждают в спорах. Эти учёные значительно усовершенствовали теорию
Дарвина и теперь могут представить нам более основательные свидетельства действия процесса
естественного отбора. Приводя примеры из жизни животного мира, они полностью опровергли
библейскую версию сотворения.

Но правы ли учёные, когда они применяют законы эволюции к двуногому существу, называемому
человеком? Сам Чарльз Дарвин был удивительно сдержан в этом вопросе, но его соратник по
открытию эволюционных законов - Альфрэд Уоллес был более склонен к высказываниям по этим
вопросам. Уоллес явно подозревал, что здесь не обошлось без какого-то вмешательства со стороны:
он писал, что «какая-то разумная сила направляла или определяла развитие человека». За
последующие сто лет наука так и не смогла опровергнуть утверждение Уоллеса. Антропологи
потерпели полный провал в попытках отыскать ископаемые следы «недостающего звена» между
обезьяной и человеком, а с другой стороны, наука признаёт чрезвычайную сложность такого органа,
как мозг человека. Такое впечатление, что наука описала полный круг и вернулась к начальному
пункту, где многие ощущают некоторую неловкость, когда пытаются применить теорию эволюции к
Homo sapiens.

Таким образом, возникла новая опасная идея. Если мы подменяем сверхъестественный акт
сотворения человека Богом физическим актом генетической операции, произведённой Богами из
плоти и крови, то смогут ли эволюционисты в этом случае удержаться в реалиях рационального
спора на чисто научной основе?

В настоящее время четверо из десяти американцев считают маловероятным, что человек произошёл
от обезьяны. Почему же? Сравните себя с шимпанзе! Человек - разумное существо; тело у него
безволосое, и он весьма сексуален - ясно, что он принадлежит к иному виду, нежели его
предполагаемые сородичи-приматы. Возможно, это чисто интуитивные, но они подкрепляются
научными исследованиями. В 1911 году антрополог сэр Артур Кент составил список присущих
каждому из видов обезьян-приматов анатомических особенностей , которые отличают их друг от
друга. Он назвал их «критериями схожести». В результате у него получились следующие

                                               81
показатели: горилла - 75; шимпанзе - 109; орангутанг - 113; гиббон - 116; человек - 312. Тем самым
Кент показал, что человек в 3 раза более, чем другие обезьяны отличается от них.

Как можно согласовать исследование сэра Артура Кента с научно засвидетельствованным фактом,
что в генетическом отношении сходство между человеком и шимпанзе составляет 98%? Я бы
перевернул это соотношение и задался вопросом - как получилось, что разница в ДНК в 2%
определила разительное различие между человеком и его «родственниками» - приматами? Ведь,
например, у собаки 98% тех же генов, что и у лисицы, и эти животные очень похожи друг на друга.

Мы должны как-то объяснить, как 2% разницы в генах породили в человеке так много новых
характеристик - мозг, речь, сексуальность и т.п. Странно, что в клетке Homo sapiens содержится
всего 46 хромосом, в то время как у шимпанзе и гориллы их - 48. Теория естественного отбора
оказалась не в состоянии объяснить, как могло произойти столь крупное структурное изменение -
слияние двух хромосом.

Возможно ли, что естественный отбор методом случайного алгоритмического процесса может
сосредоточить 2% генетических мутаций в наиболее выгодных областях? Эта идея возникла из того
силлогизма, что если мы существуем и если шимпанзе - наш ближайший родственник по
генетической структуре, то, значит, мы произошли от общего с шимпанзе предка. Здесь не учтена
одна возможность, которая может объяснить радикальные изменения в ДНК человека, - оставлена в
стороне «немыслимая» идея о генетическом вмешательстве Богов. Но действительно ли это так уж
немыслимо?

Пятьдесят лет назад, когда ещё не был открыт генетический код, это действительно невозможно
было представить. Но теперь, в конце ХХ века, мы уже обладаем возможностью оперировать генами
и действовать как «Боги», создавая жизнь на других планетах.

В этой статье я представлю в качестве свидетельства самого человека. Как когда-то сказал один
мудрец: «поскольку мы - результат того, что мы ищем, большинство ответов мы найдём в себе». Мы
сопоставим свидетельства древних цивилизаций о внеземном вмешательстве с ныне принятыми
положениями о непрерывной и постепенной эволюции человечества. И что же мы здесь обнаружим?
Недостающее звено эволюции, слишком быстрые темпы развития и, наконец, биологические
характеристики человека, которые не соответствуют известным этапам истории эволюции на
планете Земля.

По сути дела я лишь усиливаю значение естественного отбора как общей теории. Ибо, смещая
эволюцию Homo sapiens в сферу эволюции самих Богов, я тем самым снимаю крупнейшую проблему
дарвинистов.



Дарвинизм сегодня

Если бросаешь вызов эволюционистам, очень важно, чтобы битва проходила на их собственном
поле. А для этого необходимо прежде всего ознакомиться с нынешним состоянием дарвиновской
концепции.

Когда Дарвин впервые выдвинул его теорию эволюции путём естественного отбора, он не знал,
каким образом это происходит. Только лишь столетие спустя Джеймс Уотсен и Франсис Крик
обнаружили, что механизмом этого процесса является ДНК и генетическое наследование. Эти
учёные открыли структуру двойной спирали молекулы ДНК, в химическом составе которой
зашифрована генетическая информация. Теперь уже любой школьник знает, что в каждой клетке
тела содержится 23 пары хромосом, в которых заложено около 100000 генов, являющихся
человеческим геномом. Информация, которая содержится в этих генах, в одних случаях может быть

                                                82
открыта, и тогда её можно прочесть, а в других - нет, в зависимости от того, какую клетку и какую
ткань (мускульную, костную или другую) необходимо воспроизвести. Теперь мы также знаем и
правила генетической наследственности: основной их принцип состоит в том, что половина генов
отца и половина генов матери соединяются.

Чем же генетика помогает нам понять теорию Дарвина? Теперь известно, что наши гены, проходя
через поколения, подвергаются случайным мутациям. Одни из этих мутаций отрицательные, другие
- положительные. Любая мутация, которая повышает шансы на выживание вида, в итоге, через
много-много моколений, распространяется на всю популяцию. Это соответствует идее Дарвина о
роли естественного отбора, о регулярной борьбе за существование, в процессе которой особи, более
приспособленные к окружающей среде, имеют больше всего шансов на выживание. В дальнейшем, в
ходе воспроизводства, гены выживших особей имеют статистически наибольшую вероятность быть
переданными следующим поколениям.

Очень распространённое ошибочное понимание действия естественного отбора выражается в том,
что гены непосредственно совершенствуются под влиянием окружающей среды и позволяют
организму оптимально к ним приспособиться. В настоящее время признано, что подобные свойства -
в сущности случайные мутации, которые произошли в соответствии с требованиями окружающей
среды и таким образом способствовали выживанию. По выражению Стива Джонса, «мы являемся
результатом эволюции - ряда последовательных ошибок».

Насколько быстро идёт процесс эволюции? Все специалисты соглашаются с главной мыслью
Дарвина о том, что естественный отбор - очень медленный, постепенный процесс. Как пишет
крупнейший в наше время сторонник эволюционной теории Ричард Доккинз: «Никто не будет
утверждать, будто эволюция когда-либо была настолько скачкообразной, что всего за один шаг мог
быть воплощён целый новый план перестройки организма». И действительно, специалисты
полагают, что возможность благополучного осуществления большого эволюционного скачка,
называемого макромутацией, чрезвычайно маловероятна, так как такой скачок вероятнее всего
окажется вредным для выживания видов, которые уже хорошо приспособились к окружающей
среде.

Таким образом, остаётся лишь процесс случайных генетических смещений и кумулятивный эффект
генетических мутаций. Однако, даже эти небольшие мутации, как полагают, в общем вредны.
Даниел Деннет изящно описывает ситуацию, проводя литературную аналогию: некто пытается
усовершенствовать классический литературный текст, внося только корректорскую правку. Если
большая часть правки - расстановка запятых или исправление ошибок в словах - даёт
незначительный эффект, то ощутимая правка текста почти во всех случаях портит оригинальный
текст. Таким образом, всё будто бы складывается против генетического совершенствования, но мы
обязаны упомянуть ещё об одном обстоятельстве: благоприятная мутация может состояться только в
условиях малой изолированной популяции. Так было на Галапагосских островах, где проводил свои
исследования Чарльз Дарвин. В иных условиях благоприятные мутации потерялись бы и
растворились в более обширной популяции; учёные признают, что в этом случае процесс протекал
бы значительно медленнее.

Если эволюция вида - процесс, занимающий много времени, то процесс расщепления на два
различных вида должен быть ещё более длительным. Видообразование, которое Ричард Доккинз
назвал «длительным прощанием», определяется как точка, в которой две различные группы внутри
одного вида уже не могут более скрещиваться между собой. Доккинз описывает гены различных
видов как реки генов, текущие сквозь миллионы лет. Источник всех этих генных потоков - это
генетический код, одинаковый у всех животных, растений и бактерий, которые подвергались
исследованию. Индивидуальный организм вскоре умирает, но в ходе полового воспроизводства
действует механизм, благодаря которому гены передаются во времени. Эти гены, хорошо
взаимодействующие с другими - парными им генами, и наилучшим образом способствующие
выживанию организма, в котором они заложены, передаются множеству сменяющих друг друга

                                                83
поколений. Но отчего этот генный поток или вид расщепляется на две ветви? Цитируем Ричарда
Доккинза: «Могут возникнуть споры по второстепенным вопросам, но никто не сомневается в том,
что важнейшим фактором в этом деле является случайное географическое разделение» (курсив мой.
- А. Э.).

Как бы статистически маловероятно ни было возникновение новых видов, в настоящее время на
Земле существует около 30 миллионов различных видов; раньше согласно подсчётам насчитывалось
ещё 3 миллиарда, ныне вымерших. Это возможно только в контексте катастрофического развития
истории на планете Земля - и эта точка зрения сейчас становится всё более популярной. Однако
невозможно привести ни одного примера, когда какой-либо вид за последнее время (в течение
последних полумиллиона лет) улучшился в результате мутаций или расщепился на два разных вида.

За исключением вирусов, эволюция - очень медленный процесс. Даниел Деннет недавно сказал, что
возникновение нового вида животных на временном отрезке в 100 тысяч лет можно рассматривать
как «внезапное» явление. А с другой стороны, обычный краб оставался практически неизменным в
течение 200 миллионов лет. Таким образом, можно согласиться, что нормальный период эволюции
лежит где-то посередине. Так, например, известный биолог Томас Хаксли утверждает: «Заметные
изменения (вида) происходят на протяжении более десяти миллионов лет, а для действительно
крупных изменений (макросдвигов) требуется сотня миллионов лет».

А в то же время кое-кто полагает, что в человеческом роде произошла не одна, а даже несколько
макромутаций всего лишь за 6 миллионов лет!

Поскольку мы не распологаем ископаемыми свидетельствами, нам приходится иметь дело с чисто
теоретическими построениями. Однако современная наука в ряде случаев сумела представить нам
достоверные объяснения того, как в результате постепенного эволюционного процесса может быть
создан тот или иной совершенный орган или организм. Самый известный пример - это эксперимент
Нильссона и Пельджера с имитированным на комьютере процессом эволюции глаза. Вначале
элементарный фотоэлемент глаза подвергался случайным мутациям, а затем компьютер воспроизвёл
его трансформацию в полностью сформированный глаз. При этом был определён показатель
изменений - он медленно возрастал и давал пик на каждом промежуточном этапе. Идея
постепенных, накопляющихся изменений является центральным стержнем современного
представления об эволюции. Ключевой момент состоит в том, что для того, чтобы любая мутация
благополучно распространилась на всю популяцию, каждый последующий шаг должен быть в
точности таким, чтобы вид удержался в пределах выживаемости. Ричард Доккинз для того, чтобы
показать, как функционирует это соперничество генов, приводит пример с гепардами и антилопами.
Гепарды как будто идеально сконструированы, чтобы убивать максимальное количество антилоп. В
свою очередь, антилопы столь же хорошо приспособлены для того, чтобы спасаться бегством от
гепардов. В результате эти два вида существуют в положении равновесия - слабейшие особи
погибают, но оба вида выживают. Этот принцип впервые был сформулирован Альфредом Уоллесом,
который говорил: «Природа никогда не наделяет данный вид излишком свыше того, что необходимо
ему для «повседневного существования». Это такое же положение, как в густом лесу, где деревья
длительное время тянутся ввысь в борьбе за солнечный свет.

Итак, мы вновь возвращаемся к вопросу об эволюции самого человеческого рода и намерены
бросить перчатку Доккинзу и Деннету на их собственной академической территории. Ибо в
дальнейшем в этой статье мы приведём поразительные примеры того, как человек развивался порой
гораздо выше того уровня, которого требовали условия его повседневного существования, и при
полном отсутствии интеллектуального соперника. Таким образом, в свете современных теорий о
постепенном накоплении изменений и о естественном отборе многие аспекты существования Homo
sapiens просто противоречат законам эволюции!




                                               84
Поиски недостающего звена

По мнению специалистов, потоки человеческих генов и генов шимпанзе отделились от общего
ствола предков в какой-то момент между 5-м и 7-м миллионами лет назад, в то время, как поток
генов гориллы, как пологают, отделился несколько ранее. Для того чтобы произошло такое
выделение вида, три популяции общих предков обезьян (будущих горилл, шимпанзе и приматов)
должны были оказаться географически изолированными и в дальнейшем претерпеть генетические
изменения, определявшиеся их различной средой обитания. Поиск недостающего звена - это поиск
самого древнего примата - прямостоящей двуногой обезьяны, навсегда распрощавшейся со своими
четвероногими сородичами.

Многие учёные с сомнением относятся к утверждению о том, что нашими ближайшими
родственниками являются шимпанзе - ведь они так отличаются от человека в культурном
отношении. Однако недавние исследования показали, что один особый вид карликовых шимпанзе
известных под названием «бонобос», обладает характеристиками, чрезвычайно схожими с
человеческими. В отличии от других обезьян, представители этого вида часто совокупляются в позе
лицом к лицу, и их сексуальная жизнь такова, что затмевает распущенность жителей Содома и
Гоморры! Предполагается, что виды бонобос и шимпанзе выделились 3 миллиона лет назад, и
весьма вероятно, что наши общие с этими обезьянами предки вели себя скорее как бонобосы, чем
как шимпанзе.

Теперь я попытаюсь вкратце суммировать - что нам известно об эволюции человека. В ходе поисков
недостающего звена было раскопано несколько скелетов приматов, живших 4 миллиона лет назад,
но картина всё же остаётся весьма неполной, а выборка слишком небольшой, чтобы можно было
сделать какие-либо статистически значимые выводы. Однако среди найденных скелетов имеются
три претендента на звание первого полностью двуногого примата. Все они обнаружены в Восточной
Африке, в долине Рифт, прорезающей территории Эфиопии, Кении и Танзании.

Первый скелет, найденный в 1974 году в эфиопской провинции Афар, был назван Люси, хотя его
научное имя - Australopithecus Afarensis (австралапитек афарийский).Было установлено, что эта
особь жила в промежутке от 3,6 до 3,2 миллиона лет назад. К сожалению, её скелет сохранился лишь
на 40%, и поэтому спорно - действительно ли она была двуногой, и нет даже ясности - была ли она
женского рода или мужского! Другой экземпляр, Australopithecus Ramidus, был найден в 1994 году
профессором Тимоти Уайтом возле Арамиса в Эфиопии. Он жил 4,4 миллиона лет назад и был
похож на карликового шимпанзе. Несмотря на то, что скелет сохранился на 70%, и в этом случае
нельзя с уверенностью утверждать, было ли это существо двуногим или четвероногим. Третий
претендент - Australopithecus Anamensis - найден доктором Мивом Лики в 1995 году у озера Туркан
в Кении, и возраст его датируется 4,1 - 3,9 миллиона лет. Берцовая кость этого экземпляра
приводится в учёных спорах в качестве доказательства того, что он ходил на двух ногах.



Чудо возникновения человека

Каким образом получилось, что Homo sapiens обрёл разум и самосознание, в то время как его
родственница-обезьяна провела последние 6 миллионов лет в состоянии полной стагнации? Почему
ни одно иное существо в животном мире не смогло продвинуться до высокого уровня умственного
развития? Обычно на это отвечают, что, когда человек поднялся на ноги, у него освободились обе
руки и он стал пользоваться орудиями. Такое продвижение ускорило обучение за счёт системы
«обратной связи», что, в свою очередь, стимулировало процесс умственного развития.

Последние научные изыскания подтверждают, что в некоторых случаях электрохимические
процессы в мозгу могут способствовать росту дендритов - крошечных рецепторов сигналов,
соединяющихся с нейронами (нервными клетками). Эксперименты с подопытными крысами

                                               85
показали, что если в клетку с крысами поместить игрушки, то масса мозговой ткани у крыс начинает
рости быстрее.

Но не слишком ли это простой ответ? Например, кенгуру очень проворна и вполне могла бы
пользоваться орудиями, но она этого не делает. Но в то же время в животном царстве есть масса
видов, представители которых пользуются орудиями, но при этом так и не становятся разумными
животными. Вот несколько примеров: египетский коршун бросает сверху камни в яйца страуса,
пытаясь разбить их твёрдую скорлупу. Дятел с Галапагосских островов пользуется сучьями или
иглами кактуса, применяя их пятью различными способами, чтобы выковырять древесных жуков и
других насекомых из гнилых стволов. Морская выдра на Тихоокеанском побережье США, чтобы
добыть своё любимое лакомство - ракушку «медвежье ухо», пользуется одним камнем в качестве
молотка, а другим в качестве наковальни, чтобы разбить раковину.

Всё это - примеры простейшего использования орудий, но нет никаких признаков того, что это
может к чему-нибудь привести. Наши ближайшие родственники - обезьяны шимпанзе тоже
изготавливают и используют простые орудия, но разве они достигают нашего уровня развития
интеллекта? Почему же человек стал разумным, а шимпанзе - нет? Может быть, здесь играет
решающую роль то, что человек существо прямостоящее? Антропологи допускают, что группа
обезьян в какой-то момент отделилась от своих сородичей, живших в лесах, и ушла в открытую
саванну - может быть, из-за изменения климатических условий. И там воздействие прямых
солнечных лучей вызвало генетические мутации, благодаря которым эти обезьяны смогли подняться
на ноги и защитить свой мозг от высокой температуры низких слоёв, близких к поверхности земли.
В дальнейшем уязвимость этих новых приматов в условиях открытой саванны, может быть,
способствовала возникновению случайных мутаций в мозгу, что повышало их шансы на выживание.

Новая вертикальная стойка могла также повлечь за собой физические изменения в мозгу.
Сторонники теории «черепного излучателя», например профессор Двин Фоуле, утверждают, что по
окаменевшим останкам можно установить расширение крайней затылочной доли черепа, а также
наличие мельчайших отверстий в черепной кости, известных как отводные отверстия, которые
позволяют кровяным тельцам проникать в череп и попадать в мозг. Предполагается, что эти
изменения могли каким-то образом ускорить развитие интеллекта. Но эти изменения не могли
произойти мгновенно. Маловероятно, что обезьяны какой-то одной группы вдруг сразу стали
двуногими, маловероятно по той простой причине, что они стали бы тогда менее проворными и
более беззащитными перед хищниками. Как говорится в одной шутливой присказке, если вы
посадите в большую клетку голодного льва, человека, шимпанзе, бабуина и собаку, то ясно, что
первым будет съеден человек!

Что же нам говорят ископаемые кости о развитии мыслительных способностей человека? К
сожалению, эти ископаемые останки не только скудны, но и рассказывают нам лишь половину того,
что происходило. Обычно пологают, что большая черепная коробка означает большую вместимость
черепа, и, следовательно, больший объём и лучшее качество головного мозга. Может быть, это и
правильно, но размеры черепа - это ещё не всё. Сравните, например, интеллект весящего 11 фунтов
мозга слона с человеческим мозгом в 3 фунта. Когда учитывается только объём мозга, упускают из
виду, что его совершенствование может проходить также и за счёт качества структуры связей клеток
мозга. Хороший пример тому - компьютер, функциональные качества которого значительно
улучшились главным образом за счёт лучшего программного обеспечения. Наше «программное
обеспечение» - это сама мозговая ткань, и, к сожалению, она недоступна для исследования
палеонтологов!

По мнению эволюционистов, развитие человеческого мозга должно было происходить путём
постепеннях изменений, то есть усовершенствования в результате очень большого числа очень
малых сдвигов. Естественный отбор благоприятствует лишь тем генам, которые способствуют
совершенствованию эффективности нервной системы и тем самым повышают уровень выживания.
Следует ли думать, что постепенные изменения в размерах и эффективности должны происходить

                                               86
параллельно, или же эффективность должна возрастать прежде, пока её рост не достигнет
физического предела? Это может казаться логичным, но процесс естественного отбора включает
случайные генетические мутации, и не всегда он достигает своих целей самым прямым путём. Но
независимо от избранного пути мы можем ожидать очень медленный прирост объёма мозга и,
следовательно, размеров черепа.

Теперь рассмотрим, каковы были размеры черепов, найденных скелетов. Эти показатели очень
сильно различаются, и к ним следует относиться с большой осторожностью (поскольку количество
образцов ограничено), но общая грубая оценка такова. У раннего примата Afarensis объём черепа
равен примерно 500 см3, а у Habilis Australopithecus - около 700 см3. Хотя ни в коем случае нельзя
утверждать, что второй произошёл от первого, эти данные позволяют проследить эволюцию за два
миллиона лет существования приматов в новой среде. Если мы продвинемся дальше, на 1,5
миллиона лет назад, то обнаружим внезапный скачок - объём черепа Homo erectus увеличился
примерно до 900 - 1000 см3. Если предположить, как считают большинство антропологов, что такое
увеличение объёма черепа сопровождалось развитием интеллекта, то это можно считать весьма
необычной макромутацией. В противном случае мы сможем объяснить эту аномалию только тем,
что Erectus - это особый вид, предки которого ещё не найдены ввиду скудости полученых от
раскопок результатов. Наконец, после того как примат Homo erectus просуществовал 1,2- 1,3
миллиона лет без каких-либо заметных изменений, а затем распространился из Африки в Китай,
Австралазию и Европу, с ним произошло нечто из ряда вон выходящее. Возможно, из-за
климатических изменений, его популяция начала сокращаться, пока он окончательно не исчез. И
вот, в то время как большая часть вида Homo erectus вымирала, другая его часть внезапно
превратилась в Homo sapiens - произошло резкое увеличение объёма черепа от 950 см3 до 1450 см3!
Широко распространено мнение о том, что человек является потомком Homo erectus. (А иначе чьими
же потомками мы могли бы быть?) Но такое внезапное превращение противоречит законам
эволюции! С этой точки зрения эволюция человека подобна песочным часам - численность
популяции Homo erectus сокращается, а когда от неё остаётся, может быть, всего один представитель
- мутант, он, со своей улучшенной генной системой, вступает в новую эру беспрецедентного
развития. Этот внезапный поворот от упадка к невероятному успеху просто поразителен. Пусть
дарвинисты говорят о необходимом условии малой, изолированной популяции, всё равно
понадобилось бы большое напряжение воображения, чтобы поверить, будто нашим предком был
некий «супер-erectus Кларк Кент», который сумел внезапно увеличить объём своего мозга на 50%. Я
полагаю, что палеоантропологи сосредоточили свои поиски недостающего звена в ошибочном
временном периоде. Мы постоянно читаем о поисках наших древнейших прародителей-обезьян, но в
действительности гораздо интереснее было бы отыскать недостающее звено Homo super erectus.

Выводы, делающиеся на основании скелетов этих наших древнейших предков, весьма
противоречивы, так как они, по-видимому, не находятся в прямом родстве друг с другом. Так,
например, «Anamensis» не приходится родственником «Ramidus»у. Из-за необъяснимого отсутствия
ископаемых скелетов приматов, живших за предшествующие 10 миллионов лет, невозможно
установить точное время, когда эти первые приматы отделились от четвероногих обезьян. Важно
также отметить, что у многих из найденных скелетов черепа имеют больше сходства с черепами
шимпанзе, чем человека. Возможно, что это были первые обезьяны, ходившие на двух ногах, но
тогда, 4 миллиона лет назад, они ещё были очень далеки от того, чтобы хотя бы отдалённо
напоминать человека.

Далее, учёные обнаружили останки нескольких типов первобытного человека. И здесь также много
неясного. Так, мы имеем скелет «Robustus» - возраст его 1,8 миллиона лет. Человек этот был
действительно крепкого сложения («Robustus» означает - могучий); «Africanus» - 2,5 миллиона лет
более хрупкого телосложения; Advanced Australopithecus - 1,5 - 2 миллиона лет. Последний, как это
видно из его названия, более, чем другие, похож на человека, и его иногда называют почти
человеком, или Homo habilis (человек умелый). Обычно считают, что Homo habilis был первым
действительно человекоподобным существом, способным хорошо передвигаться на двух ногах и
пользоваться очень грубыми каменными орудиями. По скелету невозможно определить, была ли на

                                                87
этом этапе развита рудиментарная речь. Примерно 1,5 миллиона лет назад появился Homo erectus
(прямостоящий человек). У этого примата была значительно более обширная, чем у его
предшественников, черепная коробка (cranium), он уже начинал создавать и использовать более
сложные каменные орудия. Широкий разброс найденных скелетов свидетельствует о том, что между
1000000 и 700000 годами Homo erectus покинул Африку и расселился на территории Китая,
Австралазии и Европы, но примерно между 300000 и 200000 годами по неизвестным причинам исчез
вообще. Не подлежит сомнению, по методу исключения, что это и есть та ветвь, которая привела к
возникновению Homo sapiens. Но недостающее звено продолжает оставаться загадкой. В 1995 году в
«Санди таймс» был подведён итог свидетельствам эволюционного развития: «Учёные в полной
растерянности. Ряд последних открытий заставил их перечеркнуть те простейшие схемы, на которых
они так любили рисовать линии связей... Знакомые нам со школы классические генеалогические
древа, показывающие, как человек произошёл от обезьяны, уступили место концепции генетических
островов. О мостах, соединяющих эти острова, каждый может только гадать». А поскольку это
касается ряда претендентов на звание предка человека, «Санди таймс» пишет: «Степень их родства
между собой остаётся тайной, и никто до сих пор окончательно не определил кого-нибудь из них в
качестве первого примата, породившего Homo sapiens». Поиски недостающего звена продолжаются.
Соперничающие между собой антропологи собрали миллионы долларов на субсидирование своих
раскопок. Несомненно, их исследования будут успешными. И всё же мы должны сохранить чувство
меры. Как пишет один комментатор, нет никакой гарантии, что все эти найденные скелеты в
действительности оставили после себя наследников. Найденных останков так немного, что даже
если и появится ещё несколько сенсационных находок, всё равно учёным придётся хвататься за
соломинку. История эволюции человечества будет по-прежнему окутана тайной. Ясно лишь одно:
найденные останки приматов охватывают период от 6 миллионов до 1 миллиона лет, и это
доказывает, что колёса эволюции вертятся очень медленно.



Вопреки всему

До 1954 года считалось, что приматы, от которых произошёл человек, отделились от обезьян 30
миллионов лет назад. И в течение этого времени человек постепенно эволюционировал к его
нынешнему состоянию. Этот отрезок времени служил мерилом того, сколь долго мог продолжаться
процесс эволюции. Но после того, как было обнаружено, что отделение приматов произошло лишь 6
миллионов лет назад, сторонники эволюционной теории, дабы объяснить существование человека,
были вынуждены принять значительно более ускоренные темпы эволюции.

Другим обескураживающим открытием, сделанным после 1954 года, было то, что период эволюции
Homo erectus и его предшественников, завершившийся примерно 200 тысяч лет назад, оказался
поразительно медленным. Таким образом, график эволюционного движения стал выглядеть уже не
как плавная прямая, а как мгновенный взрыв.

Антропологи всегда стремились представить эволюцию от Homo erectus к Homo sapiens в виде
постепенного процесса, хотя бы и с резкими скачками. Однако их попытки подогнать данные к
требованиям заданной концепции каждый раз оказывались очевидны при получении новых данных.
Так, например, вначале полагали, что современный в анатомическом смысле Homo sapiens
(кроманьонский человек) появился только 35 тысяч лет назад и, таким образом, произошёл от
неандертальца, который в это же время вымер. Одновременно произошло одно из самых
драматических событий в истории человечества. Кроманьонцы неожиданно появились в Европе,
стали строить жилища, образовывать кланы, одеваться в звериные шкуры и изготавливать
инструменты и оружие из дерева и кости. Именно к этоиу этапу развития Homo sapiens мы относим
великолепные наскальные рисунки, как, например, в Ласко (Франция), возраст которых 27 тысяч
лет. Но сейчас признано, что, несмотря на различие в поведении, европейские кроманьонцы по
анатомическому строению не отличались от Homo sapiens, найденного на Ближнем Востоке, 100
тысяч лет назад. И те и другие, если одеть их в современную одежду, практически ничем не

                                              88
отличались бы от современных людей. Ясно также и то, что Homo sapiens не произошёл от
неандертальца, как полагали раньше. Некоторые недавние находки на Ближнем Востоке
подтвердили без всяких сомнений, что Homo sapiens существовал одновременно с неандертальцем
100 - 90 тысяч лет назад. Так каковы же родственные связи человека с неандертальцем? Мы
привыкли основываться на художественном восприятии, согласно которому неандерталец неуклюж,
имеет грубые черты, но что касается всего остального, например обильной растительности на теле,
то это всего лишь догадка, призванная создать впечатление об эволюционном континууме. Недавние
открытия заставили коренным образом пересмотреть оценку неандертальца. В частности, в пещере
Кебара на горе Кармел был найден скелет неандертальца, жившего 60 тысяч лет назад, у которого
полностью сохранилась подъязычная кость, совершенно идентичная кости современного человека.
Так как от подъязычной кости зависит способность говорить, то учёные были вынуждены признать,
что неандерталец обладал этой способностью. А многие учёные считают, что речь является ключом
к разгадке большого скачка в развитии человечества.

Ныне большая часть антропологов считает, что неандерталец был полноценным Homo sapiens, и в
течение длительного времени по своим поведенчиским характеристикам был вполне равноценен
другим представителям этого вида. Вполне возможно, что неандерталец был не мение разумным и
человекоподобным, чем мы в наше время. Было высказано предположение, что крупные и грубые
линии его черепа - это просто результат какого-то генетического нарушения, наподобие
акромегалии. Эти нарушения быстро растворялись в ограниченной, изолированной популяции в
результате скрещивания. Когда был установлен возраст останков неандертальца и Homo sapiens,
возникла новая теория, согласно которой и тот и другой произошли от одного первобытного
«архаичного» Homo sapiens. Было найдено несколько экземпляров скелета этого так называемого
архаичного вида, который совмещает в себе различные элементы анатомии примитивного Homo
erectus и современного человека. В популярных изданиях обычно пишут, что эти архаичные
существа появились пимерно 300 тысяч лет назад, но опять же, это чистейшие предположения,
основанные на недостаточности выборки, предвзятости и догадках. А каковы же реальные факты? В
1989 году проводился научный семинар на тему «Истоки адаптации современного человека».
Подводя итог дискуссии, Эрик Тринкхаус заявил: «Ключевым пунктом согласия в ходе семинара
явилось то, что в какой то момент в период позднего плиоцена (последний 1 миллион лет) за
относительно недолгий переходный период произошло превращение архаичного человека в
современного - это превращение проявилось как в культуре, так и в анатомии... Такой переход от
архаичного человека к современному выразился не только в перестройке его мозга и физической
конструкции, но и в том, что технология обработки камня, до тех пор примитивная и чисто
утилитарная, сменилась сложным и изящным ремеслом; этот переход ознаменовался также
возникновением подлинного искусства, появлением символизма и расцветом формальных языковых
систем» (курсив мой - А.Э.). Главной целью семинара было установление различий между поздним
архаичным и ранним современным типом человека, но относительно датировки этой трансформации
Эрик Тринкхаус сказал следующее: «...мы не обладаем средствами определения точной хронологии
для периодов, где кончаются возможности применения метода изотопа углерода (примерно 35 тысяч
лет до нашего времени) и далее в глубину истории в течение всего среднего плиоцена».

Следующий семинар в 1992 году также был посвящён трансформации архаичного человека в
современного. В одном из представленных докладов было сказано: «Хронология переходного
периода не поддаётся определению методом изотопа углерода С14, и поэтому потребовалось
применение целого ряда новых методов определения времени». Несколько докладов, сделанных на
семинаре, были в 1993 году опубликованы Айткеном, Стрингером и Мелларсом. Они были в
основном посвящены совершенствованию методов определения времени. Были отмечены
значительные достижения в области установления временных дат - применение урана,
люминесцентный метод (тепловой или оптический) и метод электронно-спинового резонанса (ЭСР),
но каждый из этих методов в определённых условиях оказывается недостаточным. Тем не менее, на
основе этих методов (а не применения изотопов углерода С14) было получено много надёжных
данных о датировке материала. В частности, обнаружилось, что все найденные скелеты архаичного
человека были неправильно датированы и их датировка не подтвердилась этими новыми методами.

                                              89
Что же касается современных приматов, то самая ранняя - вполне определённая и надёжная -
датировка скелета, найденного в Кафцехе (Qafzeh) в Израиле, была 120 - 110 тысяч лет до нашего
времени (НВ). Среди других дат, установленных группой уважаемых учёных, не было ни одной
ранее 200 тысяч лет до НВ. Дату же возникновения современного примата можно лишь
предполагать в огромном диапазоне от 500 тысяч до 200 тысяч лет до НВ.

Таково было подлинное состояние научного знания по этому вопросу. У нас нет доказательств того,
что архаичный Homo sapiens существовал 300 тысяч лет назад, как нет и доказательств того, что
появление неандертальца относится ко времени 230 тысяч лет назад.

Факт тот, что по останкам Homo sapiens невозможно судить о его происхождении. В «Атласе
древней археологии» об этом говорится следующее: «Современная история Homo sapiens (sapiens)
остаётся и по сию пору непостижимо тёмной... Нам так мало известно о подходах к этому
поворотному моменту нашей всеобщей истории».

А Рджер Левин в 1984 году писал: «Происхождение совершенно современного человека,
обозначаемого именем подвида Homo sapiens (sapiens), остаётся и ныне одной из величайших
загадок палеонтологии». Появление Homo sapiens - это не просто непостижимая загадка, оно
представляется невероятным. В течение миллионов лет происходил лишь слабый прогресс в
обработке каменных орудий; и вдруг примерно 200 тысяч лет назад появился Homo sapiens с
объёмом черепной коробки на 50% больше прежнего, обладающий способностью говорить и
довольно близкой современной анатомией тела. В силу необъяснимых причин он продолжал жить
примитивной жизнью, пользуясь каменными орудиями, ещё в течение 160 тысяч лет, и лишь 40
тысяч лет назад, претерпел то, что можно было бы назвать переходом к современным формам
поведения. 13 тысяч лет назад он расселился почти по всему земному шару. За последующую тысячу
лет он научился вести сельское хозяйство, ещё через 6 тысяч лет создал великую цивилизацию с
передовой астрономической наукой. И вот, наконец, ещё через 6 тысяч лет мы выходим в глубины
Солнечной системы! Развёрнутый здесь сценарий представляется совершенно невероятным в свете
нашего понимания теории эволюции как медленного и постепенного процесса - он явно подрывает
её основы. Согласно здравому смыслу, должен был потребоваться ещё миллион лет, чтобы Homo
sapiens перешёл от каменных орудий к другим материалам, и, возможно, ещё сотня миллионов лет
для овладения математикой, инженерно строительным делом и астрономией.



Головоломка для Дарвина

Я уже говорил, что больший объём мозга не обьясняет разумность приматов. Однако объём даёт
несомненные преимущества, когда он сочетается с высоким уровнем оперативной эффективности.
Homo sapiens сочетает в себе всё самое лучшее: и сравнительно большой объём мозга, и
чрезвычайно эффективную конструкцию. За последние десять лет учёные стали применять новые
методы (например, позитронную томографию), что дало возможность узнать о строении
человеческого мозга больше чем когда бы то ни было, понять, насколько сложно устроены
миллиарды клеток головного мозга. Помимо сложного физического строения мозг обладает
безграничными возможностями в разных сферах - в области математического мышления и
художественного восприятия, абстрактного мышления и концептуализма, и, сверх того, в области
морального сознания и самопознания. В деятельности головного мозга многое ещё остаётся тайной.
Но открыто уже достаточно, чтобы «Нэшнл джиографик» могла смело заявить, что человеческий
мозг - это «самый сложный орган в познанном мире». Сторонники эволюционной теории
рассматривают человеческий мозг всего лишь как набор алгоритмов. Но и они вынуждены признать,
что мозг настолько сложен, что не представляется возможным воспроизвести эволюционный
процесс, в ходе которого он был создан. Именно поэтому в области формулирования теорий
эволюции мозга ведущую роль играют философы. Для теологов открытие, что человеческий мозг

                                               90
настолько сложный и совершенный орган, также было знаменательным. Однако, если оставить в
стороне иррациональные аргументы в пользу его божественного происхождения, как могли бы мы
опровергнуть теорию постепенной эволюции? Ведь мы не можем подвергнуть всех этих ранних
приматов тесту на уровень интеллекта! И мы не можем составить суждение об их разумности,
основываясь только на их поведении, поскольку вполне можно обладать развитым интеллектом и в
то же время не иметь материальной культуры, которую мы в настоящее время сочли бы высокой
цивилизацией. К счастью, мы можем в известной мере опираться на умозрительную логику, следуя
примеру уважаемого Ричарда Доккинза.

Человеческий мозг новорожденного составляет приблизительно одну четверть объёма мозга
взрослого. Из-за того, что мозг взрослого нуждается во вместительном черепе, человеческие
детёныши при рождении имеют очень большие головы (по сравнению с другими приматами).
Поэтому основная проблема деторождения - это чтобы головка ребёнка прошла через родовой канал,
и это причиняет матери острую боль. Многие биологи, гинекологи и анатомы теряются в догадках -
почему у женской особи человека не развился более широкий родовой канал? Ответ прост - дело в
конструкции человеческого тела. Такое изменение потребовало бы радикальной перестройки всего
скелета человека, что невозможно в силу ограничений, связанных с необходимостью хождения на
двух ногах. Таким образом, узкий родовой канал является ограничительным фактором для объёма
черепа человека. Если мысленно обратиться на несколько тысяч лет назад, когда не было ни
больниц, ни акушерок, то нетрудно представить себе, что значительное количество детей умирало
при родах. Поэтому кажется весьма сомнительным, чтобы естественный отбор благоприятствовал
появлению гена, определяющего большой череп, поскольку это могло повлечь за собой вредные
последствия как для роженицы, так и для ребёнка. Короче говоря, такой ген не мог возникнуть.
Представляется более вероятным, что естественный отбор должен бы был забраковать большой
объём мозга и вместо этого выбрать лучшую систему функционирования его нервных связей или же
какой-то способ, при котором рост черепа происходил бы после рождения ребёнка, а не до. Но в
действительности этого не происходит. Вместе с тем внутреннее устройство мозговых нервных
клеток выглядит чрезвычайно эффективно, настоятельно указывает на два существенных требования
эволюционного процесса. Первое - его невероятно длительный период, и второе - настоятельную
необходимость достичь оптимального уровня. Ни одно из этих требований не было удовлетворено в
ходе предлагаемого эволюционного развития. Современные эволюционисты признают, что
естественный отбор апробирует лишь те из новых, и в физическом отношении, лучших направлений,
которые необходимы для выживания вида. Пример с гепардами и антилопами, который я привёл
выше, типичен для системы представлений Ричарда Доккинза, согласно которой прогресс
проистекает из конструктивной борьбы между видами, в условиях критического равновесия между
выживанием и исчезновением того или иного вида.

Ричард Доккинз иллюстрирует свои рассуждения рассказом о том, как автомобильный магнат Генри
Форд велел своим работникам обшарить автомобильные кладбища и отобрать ту деталь «Модели
Т», которая окажется неизношенной. Таковой оказалась поворотная цапфа машины, и её,
соответственно, заменили иной конструкцией, которая быстрее изнашивалась. По мнению Доккинза,
в эволюции на основе естественного отбора заложен подобный принцип. Но имеет смысл
процитировать Доккинза полностью, так как мы намерены воспользоваться его аргументами против
него же:

«Существует вероятность, что тот или иной орган животного окажется слишком совершенным. В
этом случае мы можем ожидать, что естественный отбор будет снижать его качества, вплоть до того
момента, когда оно окажется на уровне других органов, но не ниже».

В этом-то как раз и обнаруживается слабое место эволюционной теории. Человеческий мозг
чрезвычайно эффективен, но средний человек никогда не использует его на полную мощность. Как
же Доккинз объясняет то, что человеческий мозг создан с таким огромным запасом качества? Какие
дополнительные возможности выживания давали нашему предку-охотнику - музыкальные и
математические способности мозга? Эволюционисты могут возразить, что эти алгоритмы мозга

                                              91
вырабатывались не для музыкальных или математических, а для совсем иных целей, а затем были,
соответственно «переобучены». Однако никто не может сказать, каковы могли быть эти иные цели,
ради которых возникали столь высоко развитые умственные возможности. Партнёр Чарльза Дарвина
Альфред Уоллес явно признал это противоречие. Он писал: «Такой инструмент (человеческий мозг)
был развит впрок для будущих нужд его обладателя».

Вернёмся на миллион лет назад, во времена, когда человек боролся за своё выживание.
Спрашивается, как Ричард Доккинз объясняет то обстоятельство, что эволюция благоприятствовала
не существенным его способностям в области искусства, музыки и математики? Почему же мозг,
который в это время уже был по крайней мере отчасти развит, не использовал преимущества любых
форм способностей, полезных для выживания, таких, как тонкое чутьё, инфракрасное видение,
обострённый слух и т.д.? Предполагается, что эволюционная теория может объяснить всё, но она
явно не в состоянии объяснить человеческий мозг. Именно поэтому некоторые весьма уважаемые
современные учёные стали искать иные механизмы развития, отличные от естественного отбора.
Первым начал эту дискуссию Альфред Уоллес - он высказал подозрение, что для объяснения
необычайных художественных и научных способностей человека необходимо привлечь другой
фактор - «некий неизвестный духовный элемент». Чтобы забить последний гвоздь в гроб
эволюционной теории, нужно задаться следующим вопросом: кто же был тем соперником, из-за
конкуренции с которым мозг Homo sapiens развился до такого размера и сложности? Какого рода
соперничество превратило интеллектуальные способности в такой важный фактор выживания? Кто
это был, кого человек стремился пересилить за счёт ума? Можно ли это объяснить межвидовой
конкуренцией? Так например, крупнейшие достижения нашего времени - космические полёты и
ядерное оружие - явились результатом соревнования сверхдержав. Может быть, неандерталец
представлял угрозу для Homo sapiens? Ничего подобного - напротив, факты показывают, что
неандерталец и кроманьонец вполне мирно сосуществовали. Находки в пещере Сан-Сезар во
Франции показывают, что они в течение тысяч лет жили в соседстве и не сражались друг с другом.
Эти древние приматы продолжали в течение миллионов лет пользоваться простыми каменными
орудиями (только 200 тысяч лет назад ситуация изменилась). И в то же время нет никаких
свидетельств совершенствования орудий, которое могло бы быть вызвано межвидовым конфликтом.
При отсутствии в этот период какого-либо обладающего разумом соперника, версия об
эволюционном развитии человеческого мозга остаётся совершенно неприемлемой.

Языковые барьеры

Многие учёные полагают, что язык был отправным моментом большого скачка человечества вперёд,
так как только речь даёт нам возможность общаться между собой и передавать опыт от одного
поколения другому. До последнего времени этот скачок вперёд ассоциировался с изменениями в
поведении приматов, расселившимися по Европе примерно 40 тысяч лет назад. В 1983 году было
сделано потрясающее открытие - как говорилось выше, был найден скелет неандертальца, жившего
60 тысяч лет назад, и у него нашли подъязычную кость, а это доказывает, что неандерталец мог
говорить. Проблема происхождения речи у человека остаётся очень противоречивой и порождает
больше вопросов, чем даёт ответов. Дэниел Дэннетт выражает это состояние растерянности в
следующих словах: «...работы нейроанатомов и психолингвистов показали, что наш мозг обладает
некоторыми особенностями, которые отсутствуют в мозгу наших ближайших живущих сородичей -
эти особенности играют решающую роль в восприятии языка и способности говорить. Существуют
совершенно различные мнения о том, когда именно в течение последних шести миллионов лет наши
предки приобрели эту способность, в каком порядке и почему».

Большинство учёных в настоящее время полагает, что Homo sapiens владел речью изначально.
Изучение ДНК митохондрии человека (mt ДНК) показало, что для того, чтобы достичь современного
уровня, речь должна была возникнуть в результате генетической мутации «у митохондрической
Евы» (Ева mt ДНК) 200 тысяч лет назад. В работах Ноама Хомского, впервые поднявшего этот
вопрос, показано, что дети генетически наследуют врождённую и высоко развитую речевую
структуру. Согласно недавно разработанной Хомским и принятой во всем мире теории

                                              92
универсальной грамматики, ребенок обладает способностью подсознательно осуществлять
несколько простых переключений для того, чтобы понимать язык, на котором говорят его родители,
и говорить на нем, где бы на Земле он не родился. Весьма показательно, что Хомски - ведущий
мировой специалист в области лингвистики, не может объяснить, каким образом система овладения
речью у человека могла бы развиться путем естественного отбора. Один из виднейших сторонников
теории эволюции Стефен Джей Гоулд признает, что проблема эволюции языка наталкивается на
трудности, и считает, что это был какой-то каприз природы или случайность: «Область языка
настолько отличается от всего прочего в природе, структура речи так пречудлива, что ее развитие
можно счесть скорее побочным результатом усилившихся способностей мозга, чем просто
прямолинейным движением вперед - от рычания и жестов наших предков»(курсив мой - А. Э.)

Почему человек приобрел такую сложную способность к речи? По теории Дарвина, ему для
повседневного существования довольно было несколько простейших звуков, а вот же - мы имеем
более 26 звуков в алфавите и обладаем средним запасом в 25 тысяч слов. Более того, способность
говорить не была такой уж и лёгкой и очевидной целью для естественного отбора. Способность
человека говорить связана с конфигурацией и строением рта и горла, так же как и с мозгом. У
взрослого человека ларинкс (голосовые связки) расположен гораздо ниже, чем у других
млекопитающих, а надгортанник (хрящ у основания языка) не может дотянуться до верхнего нёба.
Поэтому мы не можем одновременно дышать и глотать, не рискуя при этом захлебнуться! Такое
исключительное сочетание особенностей может иметь одну-единственную цель - способность
говорить. Во всех других отношениях это явный дефект эволюции. Из-за того, что существует
постоянный риск захлебнуться, зубы у человека растут очень близко друг к другу, а это значит, что
до появления антибиотиков любое заражение от больного коренного зуба могло оказаться
фатальным. Трудно понять процесс развития мозга и его функций по овладению языком, но не менее
трудно представить себе, как происходило развитие способности говорить. И мы вновь
возвращаемся к загадке человеческого мозга. Нас пытаются убедить, что всего лишь за 6 миллионов
лет естественный отбор привёл к тому, что объём человеческого мозга увеличился до физического
предела, определяющегося родовым каналом. Вот так эволюционные темпы! И за то же время мозг
приобрёл невероятно эффективное устройство и обрёл такие способности, которые фантастическим
образом превосходят потребности человека в повседневном существовании. Говоря словами Артура
Кёстлера:

«Кора головного мозга приматов за последние полмиллиона лет развивалась... беспрецедентными
темпами... со скоростью взрыва».

И в этом-то и заключается самая большая загадка. Ведь считается, что человек не мог стать
разумным мгновенно, и что эволюция шла очень медленно. Таким образом, если бы мы вернулись
назад на 1-2 миллиона лет, то должны были бы обнаружить полуразумное существо, пользующееся
своими только что обретёнными способностями для первых упражнений в письменности,
примитивном искусстве и в умножении простых чисел. Но это было не так. Все без исключения
полученные данные показывают, что человек ещё в течение 6 миллионов лет продолжал
пользоваться самыми примитивными каменными орудиями. И это не смотря на то, что его черепная
коробка так увеличилась в объёме. Всё это выглядит очень странно и крайне противоречиво и
требует более удовлетворительного объяснения.

Сексуальная революция

Перед тем, как завершить рассмотрение человека как существа, выпадающего из рамок теории
эволюции, я хотел бы остановиться ещё на некоторых загадочных моментах и временных
несообразностях. Прежде всего, на загадке исчезнувшего волосяного покрова. Кое-кто из
антропологов возражает, что ведь и современный человек покрыт мелкими волосками. Но это
возражение совершенно не убедительно. Десмонд Моррис в своем фундаментальном труде «Голая
обезьяна» отмечает эту странную аномалию:


                                               93
«В функциональном смысле человек совершенно гол и полностью предоставлен воздействию
внешнего мира. И сколько бы волосинок мы не насчитали на его теле, глядя в лупу, такое положение
вещей требует обьяснений». Десмонд Моррис сравнивает Homo sapiens с 4237 другими видами
млекопитающих, преобладающая часть покрыта шерстью полностью или частично. Не покрытыми
шерстью оказались только те виды, которые жили под землей (и, следовательно, не нуждались в
шерсти для сохранения тепла), животные, жившие в воде (для которых была важна обтекаемость
тела), и виды панцирных, например броненосец (для которых шерсть явно была бы излишеством).
Моррис комментирует это так:

«Голая обезьяна [человек] стоит особняком, отличаясь от тысяч волосатых, косматых или покрытых
шерстью сухопутных видов млекопитающих своей голой кожей... Если волосы у нее исчезли, то,
очевидно, на то должны были быть достаточно веские причины».

Дарвинизму еще предстоит найти удовлетворительный ответ на вопрос о том, как и почему человек
утратил свой волосяной покров. На этот счет предпологалось немало самых замысловатых теорий,
но до сих пор никто не предложил действительно приемлемого объяснения. Единственное
заключение, которое, по-видимому, можно из этого сделать, основываясь на принципе постепенных
изменений, это то, что человек в ходе своего развития провел длительное время либо в воде, либо в
теплом климате.

Другое уникальное свойство человека, которое может послужить ответом на вопрос о причинах
утраты волосяного покрова на теле, это его сексуальность. И эту тему детально и со смаком развивал
Десмонд Моррис, который осветил такие исключительные черты сексуального поведения человека,
как продолжительные ласки перед актом, длительный период совокупления и оргазм. Одна из
аномалий состоит в том, что женская особь человека всегда готова к совокуплению, но способна к
зачатию только несколько дней каждый месяц. Как отметил Джерд Даймонд, это загадка эволюции,
которую невозможно объяснить естественным отбором:

«Самые горячие споры вокруг эволюции воспроизводства человека состоят в том, почему мы,
вопреки всему, в конечном счете пришли к скрытой овуляции, и какая нам польза от наших
несвоевременных совокуплений». Многие ученые размышляют также об особенностях пениса.
Аномалия заключается в том, что у мужчины пенис в состоянии эрекции больше, чем у любого из
живущих ныне приматов. Генетик Стив Джонс говорит об этом как о загадке, на которую «наука не
дает ответа», и ему вторит Джерд Даймонд:

«... мы потерпели полный провал: наука XX века оказывается не в состоянии сформулировать
убедительную Теорию размеров пениса... Как это ни удивительно, важные функции пениса человека
остаются нераскрытыми». Десмонд Моррис называет человека самым сексуальным из живущих
ныне приматов. Но почему эволюция наделила нас таким щедрым даром? Все тело человека как
будто идеально приспособлено для сексуальных переживаний и для совокупления. По мнению
Морриса - это проявляется в размере груди женщин, в особой чувствительности ушных мочек и губ,
в положении влагалища, распологающего к совокуплению лицом к лицу. Он отмечает также обилие
у человека желез, выделяющих запахи, исключительную подвижность лица и способность проливать
обильные слезы - все эти свойства усиливают исключительное возбуждение женщины и мужчины
при половом акте. Совокупность всех этих свойств невозможно было бы представить себе, если бы
человеческие существа не утратили бы свой лохматый волосяной покров. И таким образом, казалось
бы, загадка отсутствия у человека волос на теле решена. Но к сожалению, все это в
действительности не так просто, ибо эволюция не раскрывает пути осуществления своих великих
проектов! Дарвинисты поразительно сдержанны в вопросе о том, какие постепенные этапы были при
этом пройдены, но как бы то ни происходило, это должно было потребовать много, очень много
времени. Никто еще убедительно не показал, в какой последовательности за такое короткое время -
всего за какие-то 6 миллионов лет - произошли эти крупнейшие изменения. Вместо длительной
сексуальной эволюции человек, по-видимому, претерпел внезапную сексуальную революцию, в
полном противоречии с законами дарвинизма.

                                               94
Еще три аномалии достойны того, чтобы упомянуть о них. Первая из них - поразительное отсутствие
у кожи человека способности восстанавливаться. В условиях, когда вставший на ноги человек
выходил на просторы саванны, где он становился легкой добычей хищников, при том, что он
постепенно терял защитный волосяной покров, представляется поистине непостижимым, что
человеческая кожа оказалась столь непрочной по сравнению с кожей наших сородичей - других
приматов. Вторая странность - это отсутствие у мужских особей кости пениса, в разительном
контрасте с прочими млекопитающими, которым она позволяет сразу же приступить к
совокуплению. Исчезновение этой жизненно важной кости могло поставить под угрозу само
существование человеческого рода, если только оно не происходило в условиях длительного
развития и мирного окружения.

Третья странность связана с характером поглощения пищи. Большая часть животных заглатывают
пищу сразу, человек же позволяет себе роскошь тратить целых шесть секунд на доставку пищи из
полости рта в желудок. Это также предполагает длительный период мирной эволюции. В связи с
этим возникает вопрос - откуда могла взяться эта длительная эволюция в мирных условиях, коль
скоро это совершенно не укладывается в рамки принятого ныне сценария развития Homo sapiens?



Генная инженерия

Теперь рассмотрим иной вариант возникновения человека - альтернативный эволюционному пути,
оказавшемуся невозможным. Могли ли боги создать человека «по своему образу и подобию»
генетическим путем? Древние шумерские и библейские тексты показывают, что была осуществлена
хирургическая операция, в результате которой ДНК Адама была использована для создания Евы.
Далее в этих текстах сообщается, что человеческие существа были размножены путем процедуры,
которую мы именуем клонированием. Что касается первого Адама, то, судя по тексту, можно
предположить, что он представлял собой некий гибрид бога с Homo erectus. Возможно, это
покажется вам совершенно невероятным, но давайте остановимся на этом вопросе и порассуждаем о
гентической науке.

Ген в сущности представляет собой пакет химической информации, составленной из
дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК). В настоящее время известно, что характеристики вида
определяются четырехбуквенным алфавитом ДНК, или «базовыми элементами»: A, G, C и Т,
расположенными в трехбуквенных словах, что дает 64 возможные комбинации слов. В этих словах
закодированы аминокислоты, которые, соединяясь, образуют белки - строительный материал
организма. Недавно ученые научились «читать» эти «буквы» и «слова» генетического кода,
выделять многие гены и определять их специфические функции. Человеческий геном включает все
гены из 23 наших пар хромосом. Подсчитано, что в человеческом геноме содержится в общей
сложности 3 миллиарда химических «букв», что соответствует количеству информации,
вмещающейся в телефонной книге в 1 миллиард страниц. Ученые называют геном «нашим
наследственным генетическим посланием», или же «биологическим рецептом человека». Обычно
приводят следующую статистику: ДНК каждой клетки в развернутом виде растянется на 2 метра, а
протяженность ДНК всего человеческого организма равна 8000 расстояний от Земли до Луны. С тех
пор, как в 1953 году Уотсон и Крик открыли ДНК, открытия в области генетики посыпались как из
ведра. Два крупнейших открытия ученые сделали в 1980 году и были удостоены Нобелевской
премии по химии. Уолтер Джильберт из Гарвардского университета и Фредерик Зингер из
Кембриджа совместно предложили быстрые методы прочтения больших отрезков ДНК, а Пол Берг
из Стэнфорда впервые открыл процесс сращивания генов.

Каким образом боги из плоти и крови пользовались генетикой, физически вмешиваясь в создание
человека? Давайте вкратце рассмотрим возникшие за последние двадцать лет три главные
направления прикладной генетической науки: клонирование, сращивание генов и слияние клеток.

                                              95
Клонирование человека стало в научном отношении возможно уже много лет назад, хотя из
этических соображений применялось оно только к животным. Процесс заключался в том, что
вначале из женской яйцеклетки извлекался один комплект из 23 хромосом. Затем в эту яйцеклетку
пересаживали из любой клетки человека полный набор из 46 хромосом. В результате
оплодотворения рождался экземпляр с заданными характеристиками - точная копия исходного
образца с нерасщепленным набором хромосом. Другой способ - без извлечения женских хромосом,
состоит в дезактивации ядра яйцеклетки либо химическим способом, либо методом облучения.
Методика сращивания генов, известная также под названием технологии перестройки ДНК, может
заключаться во внедрении нового гена или же удаления нежелательного гена из пучка ДНК. В
процессе перестройки применяются ферменты (энзимы) для того, чтобы разорвать нити ДНК в
нужном месте, а затем - либо удалить составляющее ген предложение, либо вживить «чужой» ген.
Затем ДНК перестраивается. Одним из примеров процедуры сращивания генов была «огромная
мышь», выведенная исследователями Вашингтонского и Пенсильванского университетов в 1982
году. Они пересадили мыши ген роста от крысы - мышь выросла вдвое крупнеее своего нормального
размера. Таким способом было создано много «улучшенных» видов растений, в том числе печально
известный образец негниющего помидора. Позже шведские ученые создали «суперсемгу». На
будущее запланировано даже выведение овцы, которая сама сбрасывает собственную шерсть!

Если сращивание генов представляет собой попытку усилить избранное свойство данной особи, не
меняя вида, то слияние клеток - еще более противоречивая операция - означает создание нового вида
- гибрида. Эта операция осуществляется путем слияния клеток особей двух различных видов в одну
«сверхклетку» с двумя ядрами и двойным комплектом парных хромосом. Когда такая клетка
расщепляется, получается гибридное соединение. Так, например, в 1983 году ученые скрестили овцу
с козой (что невозможно путем естественного скрещивания) и создали «джип» - гибрид с густой
шерстью и козьими рогами. Пока еще не найдена возможность заранее предугадать результаты
такой операции, а потому подобные эксперименты остаются непредсказуемыми. В 1989 году в США
было официально объявлено о начале проекта человеческого генома, который должен был
координировать международные исследования в этой области. Стоимость проекта была оценена в 3
миллиарда долларов. Цель этого международного проекта состояла в том, чтобы найти, исследовать
и записать 3 миллиарда химических «букв», из которых составлен геном человека, и составить карту
наших 100 тысяч ген, чтобы локализовать их на хромосомах. В декабре 1993 года в Центре
исследований полиморфизма человека (Ceph) в Париже была опубликована «физическая карта
генома человека». То была важнейшая веха в проведении этих исследований. Эта карта была введена
в Интернет и таким образом стала доступна во всем мире. Центр полагает, что благодаря этому
искатели генов в дальнейшем смогут работать в 10 раз быстрее, и это дает реальную надежду, что в
начале XXI века удастся расшифровать все 3 миллиарда химических букв генетического кода
человека. Доктор Дэниел Коэн, директор центра писал: «До сих пор физическая карта охватывала
всего лишь 2% человеческого генома; на нашей карте представлено 90%» (На данный момент геном
человека полностью расшифрован - Арий). Когда же это исследование будет завершено,
человечество сможет создавать организмы по своему образу и подобию. К тому времени, если нам
удастся найти на какой-нибудь другой планете существо с подобной нашей ДНК, человек сможет
скреститься с ним и выбрать, какие свойства желательно включить, или, напротив, исключить из его
характеристик. Полученные таким образом существа вполне смогут именовать нас «богами».

Сто лет назад предположение о том, что человек мог быть сконструирован генетически, как гибрид,
а затем клонирован, звучало бы как чистейшей воды фантастика. Скандальным могло бы показаться
и утверждение, будто библейский бог Элохим действительно прибегал к таким операциям. В наше
же время такие предположения являются вполне допустимыми. Вопрос теперь в другом - не
открываем ли мы сейчас заново те технологические методы, которые применялись еще 200 тысяч
лет назад?



ВЫВОДЫ

                                               96
Homo sapiens внезапно возник около 200 тысяч лет назад. Его головной мозг тогда также внезапно
увеличился на 50%, и кроме того, он обрёл способность говорить, и у него было строение тела
современного человека. Если основываться на теории естественного отбора, то статистическая
вероятность этого события практически почти равна нулю. ДНК человека, судя по ряду признаков,
должна была пройти чрезвычайно длительный путь эволюции в сравнительно спокойных условиях.
Что абсолютно не согласуется с тем фактом, что эволюционное ответвление обезьян произошло
всего 6 миллионов лет тому назад. Эволюционные аномалии человека полностью соответствуют
гипотизе о целенаправленном генетическом вмешательстве богов из плоти и крови. Согласно
древним сказаниям, первый Адам был выращен в пробирке младенцем; боги создали его из уже
существовавшей живой материи. ДНК Адама (а не его ребро) была использована для создания
первой женщины. А затем человеческие существа методом клонирования были размножены для
того, чтобы облегчить «труд» богов.



А. Ф. ЭЛФОРД



ВСЕЯСВЕТНАЯ ГРАМОТА ЧЕРЕЗ ТЫСЯЧУ ЛЕТ РАСКРЫВАЕТ ТАЙНЫ
РУССКОЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ



Всемирная история – от первой до последней строки далеко небезобидная ложь, навязанная миру
западноевропейской историографией. Разоблачение этой диверсии в трудах: Н.А.Морозова
(«Христос»), А.Т.Фоменко («Империя»), П.П.Орешкина («Вавилонский Феномен»), Я.А.Кеслера
(«Русская цивилизация»), В.А.Чудинова («Загадки славянской письменности»), А.Г.Егурнова
(«Древние Русичи заговорили»), Г.Гайзе («Кем были римляне на самом деле», 1994 г., ФРГ) и мн.
других. Ясно, как божий день: стратегическая направленность этой псевдоисториографии– стереть
из исторической памяти народов мира основополагающую роль Русской Протоцивилизации в
создании всех мировых цивилизаций, в том числе и западноевропейской.

Славная когорта вышеупомянутых учёных-подвижников в своих исследованиях использует простую
логику, то есть заново переосмысливает факты, лежащие на поверхности или почти что на
поверхности, извлекают замалчиваемые первоисточники или находят злонамеренные подтасовки в
трактовке широко известных. Но, как замечает Я.А.Кеслер, если подступиться к многочисленным
музейным экспонатам, якобы неопровержимо подтверждающим существование Древней Греции,
Древнего Рима, империи Карла Великого, татаро-монгольского ига на Руси и т.д. с современными
методами проведения анализов (химического, спектрального и др.), то все они окажутся либо
подделками, либо изготовленными совсем не там и не тогда, и не теми древними мастерами, как об
этом везде написано. Например, происхождение золота, из которого сделано то или иное
современное изделие, запросто идентифицируется на молекулярном уровне. Эту методологию
(которая, естественно, потребует определённых затрат) можно применить и к золотым, и к
бронзовым, и к железным изделиям «глубокой древности». То есть, как бы не противились
«историки» всех мастей, придёт время, и правда всё равно восторжествует.

Разумеется, и в древности широко применялись различные методы воздействия на подавление
сознания соседа-противника от соответствующей экипировки воинов до распространения
панических слухов и лжерелигий. Тем не менее, Западной Европе, конкретно–высшим иерархам
Ватикана–принадлежит приоритет теоретической разработки и практического применения на
«цивилизованном» уровне того, что мы сегодня называем идеологией. Подтверждением тому – ясно
видимая осмысленность и в написании «великой истории» для избранных государств Западной

                                              97
Европы, и в сочинении «плохой истории» для Руси с целью унижения её исторического достоинства.
Это одно направление. Второе направление – это уничтожение при помощи массово-
принудительного внедрения примитивной латиницы в русский язык, который вплоть до XY века был
господствующим от берегов Тихого океана до Атлантики. «...по крайней мере до XY века общим
разговорным языком подавляющей части Европы был именно праславянский язык» (Кеслер Я.А.
Русская цивилизация. М., «ЭкоПресс», 2002, с.12). Трудно в это поверить, но на этом же языке в
Европе говорили даже в начале... XYII века, о чём свидетельствует живший в Москве в XYII веке
шведский дипломат Петр Петрей (Пер Персон):

«Московитяне или другой кто-нибудь, вполне изучивший русский язык, может говорить с поляком,
литовцем, кашубом (Германия), славонцем, богемцем (Чехия), вендом, долматом, болгаром,
хорватом, понимать их и ехать через Татарию и Турцию в Константинополь: там в употреблении тот
же самый язык, даже и при дворе говорят на нём» (Персон П. История о великом княжестве
Московском // О начале войн и смут в Московии. М. «Рита-Принт», 1997, с. 217). Эту всплывшую на
волне «перестройки» цитату приводит в книге «Русская цивилизация» Я.А.Кеслер (с.12),
убедительно доказавший, что алфавиты как латиницы, так и древне«греческого» бессовестно
скомпилированы на базе существовавших на территории Руси задолго до «благодеяния» Кирилла и
Мефодия азбук. Невероятно, но успеху поголовной латинизации населения Западной Европы
способствовали и природные факторы. Вот ещё одна цитата из труда Кеслера:

«Когда же и почему «Господь смешал языки»? Расслоение общеевропейского языка началось не с
падением Константинополя, а гораздо раньше: с глобальным похолоданием и чумой XIY века. Не
столько изоляция отдельных групп населения, сколько ЦЫНГА, явившаяся следствием похолодания,
резко изменила фонетическую картину Европы.

Младенцы, зубы которых выпадали, не успевая вырастать, ФИЗИЧЕСКИ не могли произносить
зубных звуков, а остальной их речевой аппарат вынужденно перестраивался для мало-мальски
внятного произношения самых простых слов (поэтому в английском при произнесении
неопределённого артикля «the» надо «вываливать» язык. – О.Г.). Вот в чём причина разительных
фонетических перемен в ареале, где свирепствовала цынга!

Звуки d, t, «th», s, z ВЫПАДАЛИ ВМЕСТЕ С ЗУБАМИ, а распухшие от цынги дёсны и язык не
могли выговорить стяжение двух согласных. Об этом молчаливо свидетельствуют французские
circonflexes над гласными буквами. Помимо территории Франции, сильно пострадала фонетика на
Британских островах, в Нижней Германии и частично в Польше («пшеканье»). Там же, где цынги не
было, фонетика не пострадала–это Россия, Прибалтика, Украина, Словакия, Югославия, Румыния,
Италия и далее к югу» (с. 15).

В России как и при вступившим в непримиримый конфликт с автором пресловутой «норманской
теории» немцем Миллером М.В.Ломоносовым, так и в последующие времена (вплоть конца ХХ
века), несмотря на усилия множества поколений русских мыслителей, так и не было создано
мощного заградительного щита от идеологических и лингвистических поползновений Запада
(«русский язык самый примитивный из языков»; «отсталые русские были не в состоянии придумать
себе азбуку» и т.п.) на великую русскую цивилизацию и её культуру. Самый последний
«эксперимент»–насаждение в XIX веке на немецкие деньги среди Малороссов так называемого
«украинского языка», искусственно сконструированного на базе польских слов (некоторые из них не
понимают даже сами «украинцы») и южнорусских разговорных диалектов, хотя грамматика (с этим
уж ничего нельзя поделать!) осталась на сто процентов русской. Если сравнить ситуацию с игрой на
футбольном поле, то отстаивающим право Руси на её неповторимую самобытность назабивали
столько голов, что и не сосчитать. Современное политическое и экономическое состояние России,
прозападное мировоззрение её политических «вождей» определились, в частности, и этим.

Сегодня мы можем смело констатировать, что такой шит у нас, Русских, имеется. Это неожиданно
появившаяся в 1979 году Всеясветная Грамота Руси Великой, в которой 147 Буков и которая

                                               98
существовала у Русских за много тысячелетий до Р.Х. Она передавалась из поколения в поколение в
роду Шубиных-Абрамовых, один из современных представителей которого, Ананий Фёдорович,
решил (возможно, по указанию совета волхвов) снова приобщить к Грамоте некогда создавший её
народ. Обратим внимание на дату – 1979-й, то есть это знаменательное событие случилось тогда,
когда до «перестройки» с её гласностью было ещё далековато. Несомненно, здесь присутствовал
определённый риск, так как могли явиться люди из КГБ и благополучно прихлопнуть кружки
первых энтузиастов учения Анания Фёдоровича, никак не совместимого с марксизмом-ленинизмом.
Этого всё-таки не произошло потому, будем думать, что кружки эти выглядели в глазах
соответствующих чиновников скорее самодеятельно-фольклорными, пустяковыми, сказочными.

Всеясветная Грамота даёт нам уникальную возможность наполнить известную истину – «русский
язык велик и могуч»–весьма и весьма доказательными аргументами. До сих пор исследования
нашего языка крутились где-то около него, так как не было возможности проникнуть в глубину
массива русского языка на уровне отдельных букв и слогов: было не вполне понятно, что они
обозначают и совсем уж за пределами досягаемости была символика, скрытая в графике букв.
Впрочем, никому и в голову не приходило, что графика буквы тоже может быть предметом
пристального исследования. Ситуация эта и комична, и драматична. По осколку-метеориту с Марса,
обнаруженного в Антарктиде, учёные пытаются проникнуть в тайны этой планеты. Понятно: другой
возможности пока нет. Но зачем же по отношению к русскому языку применять этот же метод? Вот
она, скала, рядом, на Земле. Не ходите впустую вокруг неё, не собирайте отдельные камешки,
упавшие с её склона, а сверлите, просвечивайте, анализируйте пробы, взятые из недр её. Тогда будет
понятно, что русская цивилизация существовала ещё тогда, когда и в помине не было не только
«Древнего» Рима и «Древней» Греции, но и якобы 8000-летнего Китая. Тогда будет понятно, что
русский язык первичен по отношению не только к латинскому и древне«греческому» языкам, но
даже к санскриту, что Русские обладали высочайшими знаниями, которыми они в глубокой
древности щедро делились со всеми народами Земли.

Обнаружение в России Всеясветной Грамоты – явление знаковое, выдающееся, эпохальное. Оно не
потребовало никаких археологических раскопок и прочих усилий со стороны государства: пришёл
человек и... принёс. Вы думаете, что академики-»лингвисты» ахнули, сначала побледнели от
неожиданности, а потом их лица засветились детской радостью энтузиастов-учёных, заполучивших
наконец универсальный инструмент познания Всего и Вся в русском языкознании, в русском
мировоззрении? Ничего подобного! Нулевая реакция. Редактор газеты «Аркаим» Олег Николаевич
Попов обратился в Министерство просвещения РФ с вопросом, когда же оно начнёт преподавание в
школах и ВУЗах Всеясветной Грамоты? И получил следующий ответ: «Ваша Всеясветная грамота
науке не известна. Зав. редакции истории и обществоведения Л.И.Соколова» («Аркаим» N56,
февраль 2002 г.). То есть просветительская деятельность А.Ф.Шубина-Абрамова продолжается без
малого четверть века, а в Министерстве просвещения об этом до сих пор ничего не известно. «Не
известно» и в Российской Академии Наук (РАН, до сих пор считающей и Влесову Книгу «научной
фальшивкой»), хотя туда и лично к Президенту РФ обращался сам Ананий Фёдорович. Кстати
заметить, что и Слово о Полку Игореве только через сто лет после его публикации А.И. Мусиным-
Пушкиным «учёные» признали выдающимся фактом русской культуры. Выводы о том, что за люди
засели в этих учреждениях, может сделать сам читатель.

В редакцию газеты «Потаённое» приходят письма читателей с просьбой просто и понятно
разъяснить значение всех Буков Всеясветной Грамоты и их графики. В своих книгах «Белый Конь
Апокалипсиса» и «Магия Русского Имени» я сделал такую попытку, почерпнув соответствующую
методологию из «Буковника», издаваемого Шубиным-Абрамовым. А в целом даже на таком уровне
это большой объём работы. К примеру, «Магия...» в основном посвящена краткому освещению
значения только одной группы Буков И-Иже, состоящей из 12 подБуков, чтобы пробиться к
пониманию имени Иван и фамилии Иванов. «Белый Конь...», в числе прочих тем, посвящён
проблеме происхождения имён Русь, Русский, Россия, Скифия, Монголия. Если официальная
«наука» не хочет заниматься Всеясветной Грамотой, то мы, редакторы-составители этого сборника,
решили начать изучать её методом всенародного научного поиска, для чего воспроизводим Грамоту

                                                99
на страницах этой книги полностью. Думаем, интерес к ней несомненно возникнет небывалый, так
как это позволит каждому расшифровать свои имя и фамилию. Ведь кроме якобы «понятных»
фамилий есть и превеликое множество таких, к которым и близко подступиться нет возможности
даже с помощью во множестве появившихся сегодня русофобских «Словарей современных русских
фамилий». Немало людей рождаются, живут и умирают, так и не поняв «странной» своей фамилии, а
то и душевно страдают, если она, не дай Бог, «неблагозвучная», «позорная» (таких фамилий, к
счастью, в принципе быть не может!). Пусть народный интерес сосредоточится на русских фамилиях
и именах, ибо они воистину необъятный кладезь познания. В наших фамилиях дышит нам в затылок
Древняя Всемирная Протоимперия Великая Русь.

В каком направлении должна устремиться исследовательская мысль нашего дорогого читателя?
Прежде всего надо понять, что наши фамилии вовсе не произошли от дворовых кличек, деревенских
прозвищ, названий животных, растений, профессий и тому подобной навязываемой нам чепухи. Да
есть соответствующее в отдельных случаях созвучие. Но здесь с подачи псевдоисториков и
псевдолингвистов всё повёрнуто с ног на голову, ибо русский человек не экстраполировал
(переносил, проектировал) названия окружающий его предметов и явлений материального
(видимого) мира на себя, а наоборот, своё духовное и философское видение воплощал в названиях
этих самых предметов и явлений. Что касается наших имён, то они по своему происхождению вовсе
не являются «древнегреческими», «древнееврейскими» или «латинскими» по той простой причине,
что они, будучи когда-то бесцеремонно заимствованными из русской культуры, теперь нам же
преподнесены в соответствующих упаковках. И это выглядит «естественным», так у Русских якобы
до принятия христианства (об этом не устаёт кричать православная «историография») собственно
истории не было, а вместе с ней и письменности, и культуры.

Далее. Буковы Всеясветной Грамоты не рассказывают о вещах низменных, бытовых, будничных.
Они глаголют о категориях божественных, трансцендентных (запредельных, «мистических»).
Фамилия и правильно подобранное к нему имя обозначали общественный, духовный,
интеллектуальный и нравственный статус человека, который в свою очередь определялся, исходя из
индивидуальных качеств, от рождения данных ему Матерью-природой. В древних гармоничных,
неизуродованных технократической цивилизацией и демократическими «ценностями» сообществах
люди занимали свою социальную нишу согласно своим природным данным, что и отражено в
именах и фамилиях. Причём статус этот был настолько высок, что подтверждается историческая
догадка о том, что Русские в древности были тем самым таинственным и якобы исчезнувшим
Народом Богов. Природные способности людей были настолько выдающимися, что современному
деградировавшему человечеству их трудно и вообразить. Некоторые могли управлять: погодой;
генетическими процессами (выведение новых растений и животных, вплоть до «конструирования»
монстров–крокодилов и лошадей с человеческой или любой другой головой); социальными
процессами (Высшее Ведение); гравитацией (не было нужды в подъёмных и транспортирующих
механизмах при возведении крупных сооружений); околоземными энергетическими процессами
(КосмоВедение и КосмоВидение) и т.п. Все эти качества хорошо прослеживаются на Буковах
семейства И-Иже.

Если Русские экстраполировали своё духовное видение на предметы и явления окружающего их
материального мира, то с чем же они отождествляли самих себя и, следовательно, конструировали
свои фамилии и имена? А из своего поистине всеохватного видения и понимания процессов,
происходящих в Космосе, в Мироздании, из понимания того, что человек это воплощённый на Земле
Микрокосм (в самом прямом смысле, т.е. человек и по своему «устройству», и по своим физическим
возможностям реализует себя именно как Микрокосм) в качестве проекции Макрокосма. Первые
шаги в осмыслении этого делает современная наука (см., например, книгу президента
Международной Славянской академии Б.И.Искакова «Жизнь параллельных миров. Новая парадигма.
Лептонно-вихревая концепция», М., 2001 // «Потаённое» N19,20, 2003).

Но куда же все эти качества делись? Они никуда не делись, а просто до поры до времени
законсервировались по причине стирания их из памяти людей христианизаторами. Дело ещё и в том,

                                             100
что человечество живёт от одной глобальной геофизической или литосферной катастрофы к другой.
Причём в промежутках времени между ними человечество подвержено естественному процессу
интеллектуальной, духовной и физической деградации. Ну, скажут учёные, 65 млн. лет назад
действительно упал крупный метеорит, и на Земле вымерли динозавры. А вообще-то теория
глобальных катастроф, которая в настоящее время пробивает себе дорогу и которая подразумевает
гораздо более частые природные катастрофы, уничтожающие человеческие цивилизации одну за
другой, официальными прикормленными властью учёными не признаётся и, более того,
высмеивается. Порассуждать о последнем, библейском, всемирном потопе они сегодня соглашаются,
но не более того и никаких выводов не делается. Однако мы живём на опасной планете, что
убедительно доказывается целой плеядой современных сторонников этой теории, которые
вынуждены издавать свои книги на собственные средства мизерными тиражами. Для любопытных
назову некоторые: Грошев В.Л. От гравитации–через ядрон, Тунгусский феномен, Чернобыль и
Сасово–до литосферных катастроф. Основы естествознания XXI века. СПб., 2002, тираж 1000 экз.;
Сагалович О.И. Хроника глобальных катастроф. Бинарная геодинамика. СПб., 2003, тираж 500 экз. и
др. Зарубежные издания: Хэнкок Г., Бьювэл Р., Григзби Д. Тайны Марса. История заката двух миров.
М., «Вече», 1999 и др.

Внушительны картины катастроф, описываемых этими авторами. Волны высотой в несколько
километров обегают вокруг Земли несколько раз, перехлёстывая через материки. Энергетические
вихревые сгустки вырывают из тела Земли значительные площади и уносят их в космос, оставляя на
ней следы-астроблемы, ошибочно принимаемые учёными за «жерла древних вулканов» или за удары
метеоритов (хотя удар крупного метеорита очень редко оставляет круглый след, так устремляется,
как правило, к поверхности Земли по касательной). На Марсе всё северное полушарие как бы
содрано ударом в его южное подбрюшье мощным астероидом и унесена неизвестно куда (согласно
концепции В.Л.Грошева, это мог быть вовсе не астероид). В 1994 году в Юпитер со скоростью 70
км/сек врезалась комета, которая перед нанесением удара раскололась на 21 осколок диаметром от
10 до 100 км и подвергла поверхность Юпитера полному разгрому. И т.д. Спрашивается, а как же
выживает человечество в подобных ситуациях? Того качества человеческий материал, который
рисует нам Всеясветная Грамота, вполне на это способен. И портрет этот верный, так как относится,
по-видимому, к сохранившимся на Земле людям белой расы после последнего природного
катаклизма, случившегося предположительно около 7 500 лет назад. Но это вовсе не значит, что
непосредственно перед катастрофой все люди были такими выдающимися. Громадное большинство
погибло, а в тех, в ком пробудился генетический ресурс, выжили, дав начало новым родам и
племенам, новой цивилизации. К примеру, не погибли от голода те, чей организм быстро
переключился на питание невидимыми энергетическими полями окружающей среды. С некоторыми
это происходит и сегодня, когда человек годами ничего не ест и не умирает. Недавно ТВ показывало
латышку-крестьянку, которая вдруг стала есть одну землю, нормально себя чувствуя.

В настоящем сборнике помещена статья автора из Интернета А.Ф.Элфорда «Загадка возникновения
Homo Sapiens», который, вдребезги разбивая эволюционную теорию Ч.Дарвина, считает, что
внезапное преобразование неандертальца в кроманьонца явилось результатом клонирования
пришлых инопланетян на местном биологическом материале, т.е. на неандертальцах самих себя. Я
же считаю, что «клонирование» производит с человеком сама Мать-Природа во время внезапных
глобальных геофизических и литосферных катастроф: он получает удар, сильнейший во всех
отношениях, переживает его в лице немногих особей, затем увеличивает свою численность и строит
новую цивилизацию. Генетический аппарат подвергшегося такому удару человека, качественно
преобразуется; и «на выходе» мы видим представителя другого, более совершенного вида. Таким
образом человек и продвигался от одной катастрофы к другой.

Отсюда забота наших предков всячески сохранять те драгоценные генетические и родовые качества,
которые они приобрели во время последнего «приключения», чтобы во всеоружии встретить
следующее.

В свете вышеизложенного подтверждается гипотеза Е.П.Блаватской о том, что не человек

                                              101
произошёл от обезьяны, а, наоборот, обезьяна произошла от человека. С частью случайно выживших
неандертальцев, которые в спокойный отрезок геологической истории Земли не заботились о своём
духовном, нравственном и физическом совершенстве, в результате катастрофы произошла обратная
метаморфоза: они оказались сброшенными на свою стартовую позицию и стали шимпанзе и
гориллами. А гиббоны и прочие многочисленные мартышки – результат всех предыдущих
катастрофических встрясок человечества.

Как уже сказано выше, пережив очередную катастрофу, отстроив заново цивилизацию и
размножившись, люди постепенно и неизбежно деградируют и физически, и духовно, что приносит
гораздо большие бедствия, чем мировые войны. Поэтому деградации и расслабленности следует
всячески противостоять. Ситуация с современным Homo вообще ужасна, так как вся информация о
соответствующих событиях на Земле варварски уничтожена христианизаторами, для которых
благостное спасение ждёт верующих на каких-то там небесах, что спровоцировало людей вести
совершенно противный Природе образ жизни, деградируя неслыханными, по сравнению со всеми
«допотопными» периодами, темпами.

На определённом этапе деградации наши мудрые предки вынуждены были пойти на крайние меры:
моделировать ситуацию Апокалипсиса. Так, чтобы поддерживать род человеческий в приличной
физической форме, были придуманы «войны»: сначала, видимо, это были вооружённые «разминки»
без жертв, вроде сохранившихся на Руси ещё в конце XIX века поединков: кулачных – улица на
улицу, деревня на деревню и т.д. Опасность «мирных периодов загнивания» и необходимость войн
хорошо показал русский философ Л.А.Тихомиров (1852-1923) в статье «О смысле войны». В свете
теории глобальных катастроф его мысли становятся совершенно понятны. Статья эта тоже помещена
в настоящем сборнике, и нет необходимости цитировать Тихомирова, так как настоящий сборник мы
рассматриваем как нечто органично целостное. Ныне истинное понимание смысла войны
совершенно утратилось, стёрлось из человеческой памяти.



Однако вернёмся к Всеясветной Грамоте. Обратим внимание на то, что Буковы прописаны в
пространстве трёх параллельных линий. Но это не «прописи». Эти линии обозначаются словами-
синонимами и символизируют:



КОСМ=НАВЬ



ЛАВ=ПРАВЬ



ТВЕРДЬ=ЯВЬ



КОСМ=НАВЬ – это вибрации сверхтонкой («лептонной») материи Высшего Космического Разума.
ЛАВ=ПРАВЬ – это мир упорядоченных энерго-информационных силовых полей околоземного
пространства, существующих в такой форме как результат воздействия на них КОСМО=НАВИ.
ТВЕРДЬ=ЯВЬ–мир видимый (в том числе биологический, включая самого человека), возникший
вследствие преобразования различной плотности энергетических вихрей атомарного уровня в те или
иные виды осязаемой нами материи. Поэтому каждая «завитушка» Буков наполняется глубоким
философско-мировоззренческим смыслом.

                                             102
Некоторые Буковы пишутся на 4, 5, 6 и даже 7 линейках, что, применительно к человеку, означают,
видимо, необыкновенное развитие в нём квантовых лептонных «скафандров» (согласно
Б.И.Искакову) или биоэнергетических оболочек, позволяющих ему обладать качествами
КосмоВедения и КосмоВидения.

Часть Буков имеют заострённые концы, опущенные ниже линии ТВЕРДЬ-ЯВЬ или чуть выше линии
КОСМ=НАВЬ, что символизирует «прорастание» связанных с ними понятий или в «землю», или в
«небо».

Значение Буков можно приблизительно узнать, если посмотреть на их Имена как на аббревиатуру,
сложенную из имён других Буков. Например, Б-Буки: Буки УКрепляет Ижейных; Г-Глаголь:
Глаголет ЛАГ ОЛу (L-Лагъ -это ещё одна Букова, так же как и–ОЛъ, начертанная на 5 линейках), т.е.
кОЛЛективу. Чтобы читатель не ошибся, имена Буков в Буковнике прописаны и знаками самих
Буков, и при помощи современной фонетической азБУКИ.

Наши фамилии и имена сложены из Буков Всеясветной Грамоты, которые присутствует в них:

– в виде имён одной или нескольких Буков, которые и являют собой протослоги;

– в виде фонетического звучания Буков (обозначено внутри квадратных «[ ]» скобок) в сочетании с
именами других Буков;

– в виде обратного (справа налево) прочтения имён Буков;

– в виде двойного, а то и тройного наложения одной Буковы на другую, что семантически
значительно обогащает фамилию;

– в виде устойчивых из-за своей особой значимости Буковосочетаний ИС=СИ, КАН=НАК, АК=КА,
ОН=НО и мн. др.

– в виде своеобразного окончания громадного большинства наших фамилий: -ов, -во; -ев, -ве; -ин, -
ни; -ок, -ко; -ец и т.д., которые не есть «фамильные суффиксы», как считают «лингвисты», а ныне
забытая уважительная форма обращения людей друг к другу или к человеку белой расы
представителей других рас, ибо содержат в себе понятия высших достоинств, гораздо более
значимее современных: «бек», «де», «фон», «граф», «маркиз», «лорд» и т.п.

Ударная Букова в фамилии – главная по смыслу, неударные - уточняют обозначаемое этой Буковой
основное качество человека.

Каждая Букова раскрывает нам какую-то часть древнего Ведического Знания и о каждой можно
написать отдельную книгу. Например, Букова -Ма рассказывает о том, что Вселенная существует не
в 3-мерном и даже не в 4-мерном измерении, а в 10000-мерном. В Букова -Ма употребляется в слове
«МАМА», так как женщина-МАть способна воспроизводить человека как Микрокосм путём
«конструирования» его методом 10х10х10х10-мерного воздействия на оплодотворённую яйцеклетку.
Отголосок этого Знания несут в себе китайцы. Например, чтобы сделать человеку высший
комплимент, они говорят: «Вы прекрасны со всех четырёх сторон!»

Слово «аллах» (есть и такая Букова) присутствовало в русском языке ещё в XYII веке и
заимствовано, опять же, из русской культуры. В Букове - Аллах вы видите два маленьких крестика.
Малый крест, присутствующий в графике и некоторых других Буковах, это Букова + а-глубинное.
Она не касается ни «земли», ни «неба» и означает те качества человека, которые связаны с
интуицией. Женщина, и это всем известно, обладает более развитой, по сравнению с мужчиной,
интуицией. Поэтому много женских имён оканчивается на «-а». Но это не фонетическое звучание

                                               103
Буковы А-Аз, а именно а-глубинное. Имя Аллах подразумевает в Боге качества глубокого
интуитивного прозрения, которые и позволили Ему дать части человечества соответствующее
вероучение.

У каждого человека может быть свой путь усвоения Грамоты через пробуждение генетической
памяти. «Расшифровки» значений Буков можно добиться путём выстраивания в ряд слов (хорошо
пользоваться словарями В.И. Даля и И.И.Срезневского, словарями топонимов и этнонимов,
«просторечными» словами и т.д.), эти Буковы содержащих, в том числе «иностранного»
происхождения. Тогда Вы сможете «почувствовать» Буковы. К примеру, что означает Букова -Торъ,
присутствующая в фамилиях ТОРбин, ТОРопов, ТОРчигин, ТОРбеев и мн. др. и наделяющая их
основным смыслом? Попробуем выстроить (желательно в столбик) самые разнообразные слова,
содержащие этот протокорень: просТОР, прокураТОР, тракТОР, роТОР, стаТОР, ТОРа
(«всеохватное» вероучение евреев: как видите, и это слово взято из русского языка), исТОРия,
ТОРжество, ТОРг, ТОРнадо, ТОРба, ТОРпеда, ТОРс, ТОРчать, ТОРец, ТОРопыга, терминаТОР,
губернаТОР и т.д. Затем таким же образом выписываем слова, содержащие обратное прочтение
имени этой же Буковы, так как ТОР=РОТ: РОТ (человека), РОТа (рота солдат это не количество
едоков-ртов, а тоже ТОР), РОТмистр, пРОТопоп, пРОТоимперия, РОТонда, РОТор (интересное
слово с наложением: РОТ+ТОР, как бы ТОР в квадрате), РОТонда и т.д. Фамилии, содержащие
протокорень РОТ (РОТмистров, ПРОТасов, ПРОТов, ПРОТогенов и др.), следовательно, тоже
содержат в себе экстраполяцию Ведических знаний, содержащихся в Букове -Торъ.

В графике Буковы -Торъ мы видим как бы вставленные в друг друга две Буковы О-Коло: внешнее О-
Коло вписано между КОСМО=НАВЬЮ и ТВЕРДЬ=ЯВЬЮ, внутреннее «нанизано» на линию
ЛАВ=ПРАВЬ. Букова О-Коло рассказывает о том, что околоземные энерго-информационные и
силовые поля существуют в пяти мерах, умением управлять которыми и, следовательно, овладевать
сверхсилой могли наши былинные богатыри. Это: Глубость, Ширость, Долгость, Толстина,
Пенность. В концентрированном виде эти пять мер-сил несёт в себе именно ЛАВ=ПРАВЬ (малый
кружок). В разрезе электродвигателя стаТОР (неподвижная часть) и РОТОР (вращающаяся часть),
вставленные друг в друга, и являют собой Букову -Торъ. Если эти названия придумал славянин-
изобретатель Никола Тесла, то он знал, видимо, Всеясветную Грамоту и понимал, что электричество
черпается из окружающего Землю «астрала». Заметим, что планета Земля в разрезе тоже
представляет собой стаТОР (её твёрдая оболочка) со вставленным в него РОТОРОМ (массивное
кипящее раскалённое ядро). Не исключено: Букова -Торъ раскрывает часть Ведического знания,
касающегося «устройства» Земли и её приповерхностных оболочках. Итак, глубинные смысл
фамилий, содержащих ТОР=ТОР в том, что далёкие предки носителей их были людьми,
управляющими энергией этого «астралом».

Надо всматреться в фамилии известных русских людей, безусловно реализовавших свои
потомственные качества и способности, о которых-то и рассказывают содержащиеся в их фамилиях
Буковы. (А нет ли таких же Буков в Вашей фамилии?) Например, в фамилии выдающегося русского
учёного-энциклопедиста М.В. Ломоносова не случайно присутствует очень значимая Букова -ОМО,
которая изображается на 7(!) линейках и знаками фонетической азбуки прописывается только
прописными («заглавными») буквами. Кроме того, в «ЛОМОНОсов»е тройное семантическое
наложение тоже весьма значимых Буков-протослогов: -ОЛъ, -МО и -Онъ. В якобы еврейском имени
библейского персонажа Соломона тоже -ОМО, то есть это имя выкрадено из Пантеона русских имён
и фамилий.

Ещё один путь. С утратой Всеясветной Грамоты значение некоторых Буков забывалось раньше,
других – позже. Поэтому часть слов представляют собой «винегрет» из понятных и непонятных
слово-слогов. Например, в слове «суматоха» С УМА ТО понятно, а ХА не понятно. Но ведь именно
ХА и насыщает это слово соответствующим смыслом, так как ХА: Херовых (глупых, неумелых,
чаще всего детей) Аз. В самом деле, суматоха это нечто несерьёзное, по детски безобидное.

По всей видимости, в период забывания Грамоты составлено и якобы индейское слово «томагавк»:

                                              104
ТО МА ГАВКнуло, то есть погибло живое существо (человек или зверь) – для убийства и
предназначен боевой топор индейца томагавк. В просторечии мы ещё говорим «КВАКнул» и тоже в
смысле «исчез», «погиб». Прочтя ГАВК в «томагавк»е справо налево, получим КВАГ(к). Но ни
лягушка, ни собака здесь ни при чём. Кроме того, мы можем вернуть правильность написания
«томагавк»а, с искажением, видимо, внесённого в словари индейцев: томакавк. Таких ситуаций в
русском языке, безусловно доказывающих приоритет русского народа в становлении всех
древнейших цивилизаций человечества предостаточно. Очень убедительно это показано в книге
П.П.Орешкина «Вавилонский Феномен» («ЛИО Редактор», СПб., 2003).

Сходная картина со словом «переделка» («попал в переделку»). ПЕРЕДЕЛ–понятно. Чего? КА. А это
не понятно. КА, согласно Грамоте: Концентрация + а-глубинного, то есть чего-то мистического,
странного, запредельного, что и придаёт слову соответствующий (с оттенком лёгкой иронии)
смысловой отпечаток.

Что касается топонимов, то часть их тоже придумана в период забывания Грамоты. Например,
название реки Волга: В ОЛ ГА. Простейший «перевод»: В (не В-Веде, а предлог направления) ОЛ
(людское сообщество) ГА (идущая, устремлённая). См. Букову -Гъа, символизирующую собой идею
движения. Присутствие -Гъа в фамилии означает: человек прекрасен в своём устремлении к
духовному совершентву или к тому, что обозначено в других Буковах его фамилии (ГАвРИков,
ГАвРИЛИн, ГАЛЫгин, ГАРИн, ГАШков, ОГАрёв и мн., мн. др.).

К этой же группе топонимов относится и название горы Пидан (высота 1332 м) в Приморском крае:
ПИ дан. Сейчас она легкомысленно переименована в Ливадийский хребет под предлогом якобы
китайского происхождения топонима. В действительности же он – исконно русского
происхождения. – Пи это Букова Всеясветной Грамоты (она перенесена в древне«греческий» даже
графически), которая рассказывает о явлениях Природы, которые ныне зовутся «аномальными». И в
самом деле: на ней бесследно исчезают люди, самопроизвольно перемещаются камни, обнаружены
дольмен и скульптуры «Палец жреца» и «Каменная лягушка». Последняя «охраняет» вход в
подземелье искусственного происхождения, куда ещё никому не удалось проникнуть. Потому-то
названию этой горы Пи дан. В 1950-х гг. в одном из отрядов Ленинградского ВСЕГЕИ в Приморье
работал человек по фамилии Пидан, с сыновьями которого я в детстве дружил. Другие фамилии с -
Пи: ОПИмахов, ПИвень, ПИвов, ПИгасов, ПИдгаец, ПИдсуха, ПИрогов, ПИскун, ПИслегин, ПИтин,
ПИтимов, ПИтов, ПИхно, ПИчета, ПИщик, ПоПИлин и т.д. Имена: КаПИтон, ОлимПИя, ПИама,
ПИмен, ПИнна, ПИтирим, ПрозерПИна, ПИфагор, ПИфия и т.д.

Дышит, дышит Русский Язык Всеясветной Грамотой и велик ею, и могуч! Велик и могуч создавший
её Русский Народ!

«Можно было бы заснять Азбуку из ПервоИсточных Книг, но опыт показал, что ныне есть
продажные, которые даже по фотографии могли бы определить места нахождения Документов,
содержащих информацию о Буковах. Посему пришлось проделать истинно Титанические Работы по
графическим описаниям каждой Буковы, по оформлению других иллюстраций и текстовок к
Буковнику. «Нить Ариадны» начинает(!) расти для образумливания Человечества планеты Земля,
ныне пока оккупированной враsями» (Шубин-Абрамов А.Ф. «Лукоморье» А.С.Пушкина. М.,2000).

Графика Буков представлена в исполнении художницы Н.В.Косыревой. Её жреческое имя – Гарната.


...Нашего читателя в его поисках смысла Буков ждут интереснейшие открытия...

Олег ГУСЕВ

(Адрес для интересующихся Всеясветной Грамотой: 103055, г. Москва, а/я 49. Шубину-Абрамову
А.Ф.)

                                              105
Подписано в печать 18.08.2003. Формат 60x84 1/16
Бумага офсетная. Печать офсетная
Печ. л. 12. Тираж 999 экз. Заказ №
Отпечатано в типографии ООО «АНТТ- Принт»
195279 Санкт-Петербург, пр. Ударников, дом 20
  Библиотека альтернативной информации. Источник: http://www.zrd.spb.ru/book.htm
По указанному адресу можно заказать эту и другие интересные книги в бумажном виде.
 Новый самиздат. Прочти, распечатай и передай другому.




                                             106

								
To top